Financial Times: Санкции США – не «мелочь» для российской нефтяной отрасли

19:25, 11 августа 2014
Политика
2 0

Геннадий Тимченко сел на мель. С тех пор как российский миллиардер и друг Владимира Путина еще в марте попал в санкционный список США, его частный самолет застрял на взлетной полосе: компания Gulfstream отказывается обслуживать его или предоставлять запасные части.

REUTERS

Об этом пишет Гай Чазан в своей статье под названием «Санкции США – не «мелочь» для российской нефтяной отрасли», опубликованной в британской газете Financial Times.

В интервью для ИТАР-ТАСС на прошлой неделе г-н Тимченко признал, что штрафные санкции США вызвали у него «определенные трудности», но это «мелочи» по сравнению с задачей защитить национальные интересы России.

Г-н Тимченко является одним из самых статусных российских предпринимателей, против которых были приняты меры в рамках санкционной кампании, направленной на стратегические отрасли российской экономики – нефть и газ. В прошлом месяце Министерство финансов США закрыло доступ для компаний «Роснефть» и «НОВАТЭК», в которых г-н Тимченко имеет 23-процентную долю, к долгосрочным рынкам капитала США.

Тем не менее, такие санкции могли бы оказаться такой же мелочью, как небольшие трудности г-на Тимченко.

Возьмем, к примеру, «Роснефть». Контролируемая Кремлем нефтяная группа взяла в долг огромную сумму денег, чтобы профинансировать покупку ТНК-BP за 55 млрд. долл., российско-британского совместного предприятия, и большую часть на короткий срок. Компания должна выплатить 20 млрд. долл. кредита к концу первого квартала 2015 г., по данным  Moody 's. Но риск для ликвидности компании минимальный. «Роснефть» имеет около 20 млрд. долл.  на своих счетах после того, как она получила авансовые платежи по долгосрочным контрактам с китайскими компаниями CNPC, Glencore и др. Представители компании сказали, что будут использовать эти деньги для погашения кредитов.

Даже без этих денег «Роснефть» может вести себя более гибко, чем большинство других крупных компаний. Она генерирует немереное количество иностранной валюты от продажи своей нефти, которую пока никто не собирается бойкотировать. У нее также есть привилегированный доступ к финансированию из государственных банков. Если произойдет самое худшее, компания могла бы отложить некоторые из своих крупных проектов, чтобы уменьшить потребность в новых кредитах. Игорь Сечин, исполнительной директор компании, который, как и г-н Тимченко попал в санкционный список, именно об этом и сказал в прошлом месяце.

 «НОВАТЭК», крупнейший независимый производитель газа в России, также в довольно хорошем положении. У компании есть синдицированный кредит на сумму 350 млн. долл., который нужно погасить в течение 18 месяцев, но «НОВАТЭК» генерирует достаточно денежных средств для погашения его в полном объеме, если рефинансирование окажется невозможным. Как и «Роснефть», эта компания может корректировать свою программу капиталовложений для сохранения денежных средств, если это понадобится.

Но доступ к долговому финансированию является лишь частью проблемы. Настоящую головную боль вызывают ограничения ЕС и США на экспорт технологий, используемых в Арктике для поиска месторождений сланцевой нефти и нефти на глубоководье. Это разумный шаг, направленный непосредственно на будущее России.

Производство на устаревших «рабочих лошадках» нефтяной промышленности страны – обширных обычных месторождениях Западной Сибири – быстро идет на спад. Москва полна решимости компенсировать этот спад, выйдя за границы страны, разрабатывая месторождения в богатом нефтью Северном Ледовитом океане или обширное месторождение  «Баженов» в Сибири, а также инвестируя в многомиллиардные предприятия, которые занимаются производством сжиженного природного газа на полуострове Ямал и на острове Сахалин. Такие амбиции имеют решающее значение для экономического здоровья России, так как доходы от продажи нефти составляют 44 % доходов в бюджет. Для Москвы это дойная корова, без которой она не может обойтись.

Но для развития в таких областях необходим доступ к западным технологиям, капиталу и опыту. Россия не нуждается в западных технологиях для производства обычной нефти – она перекачивает нефть из своих месторождений на суше в течение более чем ста лет. Но совершенно непонятно, как она сможет добывать свои сланцевые запасы нефти без сложного западного оборудования, используемого при гидроразрыве пласта. Россия также не может построить буровую морскую платформу, которая необходима в таких местах, как в Карском море, где Роснефть и ExxonMobil начали бурить первую скважину в субботу. (Санкции не коснулись этой сделки с компанией Exxon, поскольку платформа была установлена еще до их введения).  

Россияне равнодушно относятся к введенным ограничениям, утверждая, что они могут получить оборудование из Азии, а также от отечественных производителей. Но аналитики понижают свои прогнозы роста нефтедобычи в России. Представители Morgan Stanley предположили, что Россия будет производить дополнительные 250 тыс. баррелей в день из своих сланцевых месторождений и целинных арктических месторождений к 2018 г. – которые сейчас, по их словам, находятся под угрозой. Аналитики Barclays считают, что производство упадет в 2015 г., это также коснется и поставок вне ОПЕК.

После введения санкций Тимченко переехал из Швейцарии в Россию, поселившись в большом доме, украшенном произведениями искусства советской эпохи в социалистическом стиле реализма. Он продал свою долю в компании Gunvor, нефтяного трейдера, соучредителем которого он являлся, отказался от использования карты Visa и поменял её на китайскую кредитную карту.

Запад, по его словам, является прекрасным местом, чтобы потратить деньги и отдохнуть, но ему «легче дышится в России». После введения последних санкций, и, несмотря на заявления российских властей, того же не скажешь о нефтяной промышленности страны.

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
ИноСМИ
телеграм-канал переводов зарубежной прессы
Читать в Telegram