Реакция на недавнее «заявление» Виталия Кличко о намерении баллотироваться в президенты имела одну интересную особенность, подмеченную некоторыми коллегами. А именно: при всем обилии комментариев и реплик промолчали остальные потенциальные участники борьбы за президентское кресло из оппозиционного лагеря. Отмалчивающимся пеняли на медлительность, заторможенные рефлексы, отсутствие мыслей по столь важному поводу и тому подобное.

Вскоре последовало опровержение, сделавшее очевидной глупость тех, кто, сломя голову, кинулся озвучивать мысли по поводу, и правильность тактики воздержавшихся от личного комментирования партийных лидеров. В результате к заторможенным рефлексам и отсутствию мыслей добавилась еще одна возможная причина – партийные лидеры оказались умнее кое-кого из нетерпеливых комментаторов.

Это оказалось несложно, поскольку в обстоятельствах появления на свет несостоявшейся сенсации имелось много поводов, позволяющих в ней усомниться. И речь идет, конечно, не об отсутствии амбиций у чемпиона мира по боксу – политических вообще и президентских в частности. Такие амбиции, разумеется, есть, и у Кличко пока что на 2015 год планы – самые серьезные. Уже в силу этого столь легковесный подход к такому серьезному шагу со стороны тяжеловеса не мог не удивить.

Свои походы за добычей президентского кресла политики обставляют целым рядом пафосных ритуалов, на которые хватает фантазии их политтехнологов и имиджмейкеров и их собственной. Боксерскому матчу за чемпионский пояс предшествуют громкие вызывающие заявления, совместные пресс-конференции с постановочными скандалами и потасовками, открытые тренировки и публичные взвешивания и, как кульминация, выход на ринг под светомузыкальное сопровождение.

Все эти акции направлены на привлечение внимания публики к будущему поединку. В большом профессиональном спорте не хуже, чем в политике, знают законы жанра масштабных зрелищ и придают им должное значение. Исходя из этих законов, Кличко, оппозиционный фаворит выборов, которого будущим победителем считают очень многие, и не только его сторонники, не мог делать первое прямое публичное заявление о своем окончательном решении баллотироваться в президенты: а) на иностранном языке; б) на сайте, посвященном профессиональному боксу; в) в разгар курортного сезона; г) в придаточном предложении при разговоре на другую тему. Список может быть продолжен.

Политики промолчали, поскольку не поверили в такой подарок. И правильно сделали. Конечно, взорвись они осуждающими и язвительными ответными репликами, оставалась возможность плавно отыграть ситуацию в медийной сфере, чтобы не выглядеть совсем уж глупо – поставить под сомнение опровержение Кличко. Но даже такая модель поведения чревата имиджевыми потерями.

Самое интересное, что речь идет исключительно о форме подачи в то время, как в содержании никто не сомневается. Поход Кличко на президентские выборы 15-года давно стал реальностью для политизированной публики, как и поход Яценюка с Тягнибоком, и намерение каждого из них поддержать во втором туре коллегу-оппозиционера против Януковича. По последнему пункту можно, конечно, сомневаться, но это единственная стратегия, при которой возможна победа оппозиционного кандидата. Точнее – кого-то из двоих, но не из троих.

Время и форма, в которой кандидаты официально заявят о своем участии, - дело относительно недалекого будущего. Не исключено, что в качестве лучшего информационного повода кто-то из них рассматривает результаты будущего саммита с ЕС, привязывается к другим значимым событиям или изобретает свои, но стартуют все, когда и как сочтут нужным. Псевдозаявление Кличко уже назвали его президентским фальстартом. Пожалуй, этот термин был бы уместнее, если б заявление действительно прозвучало так, как это было подано, и не было после этого опровергнуто.

А фальстарты нежелательны не только в спорте. Достаточно привести пример Виктора Януковича на неудачных для него президентских выборах-2004. 19 февраля того года, на следующий день после создания коалиции партий парламентского большинства, Леонид Кравчук озвучил, кто будет ставленником этого объединения – премьер Янукович. Формально этого имени в документе тогда не значилось. Предполагалось, что кандидатуру должны утвердить съезды партий большинства, намеченные на середину марта.

Но вместо нескольких партсъездов обошлись совещанием в одном из кабинетов президентской администрации. О его результатах поведал координатор большинства Степан Гавриш. Самого Януковича известие о том, что его новый статус стал достоянием гласности, застало в далекой Киргизии. «Мы не будем делать никаких фальстартов», - сказал Янукович, подчеркнув, что решение о его выдвижении должны еще утвердить съезды партий, входящих в коалицию. Но фальстарт сделали без него. Новость о появлении у «единого» имени и фамилии вслед за Гавришем озвучил Тигипко, потом на эту же тему высказался Кучма, а Медведчук даже успел слетать в Москву и Варшаву и поведать тамошним президентам о случившемся.

Чем закончилась тогда для кандидата кампания, начавшаяся фальстартом, помнят все. Так что, кроме рациональных аргументов, свою роль играет даже суеверная мнительность. И порой роль столь значимую, что рационально этого не объяснить…

Игорь Гридасов