Убытки украинцев от войны - колоссальные / фото УНИАН (Владимир Иванов)

Предложения по получению компенсаций от РФ, озвученные недавно заместительницей министра юстиции Ириной Мудрой, вызывают смешанные мысли: от полной поддержки некоторых тезисов до удивления и возмущения от определенных утверждений.

Да, полностью соглашусь, что Россия самостоятельно платить репарации Украине не будет. Однако убытки украинцев уже колоссальны, а за рубежом уже арестованы многие активы России, которые могут быть направлены на выплату потерпевшим. Поэтому дельным и направленным на помощь пострадавшим украинцам уже сейчас является предложение Минюста о том, чтобы страны-союзники Украины уже сейчас подписали между собой договор о конфискации активов Российской Федерации, создали на основании договора комиссию, которая будет рассматривать споры о компенсации, и образовали фонд, который будет наполняться арестованными российскими активами и распределяться между потерпевшими.

Такая идея призвана обеспечить быстрое рассмотрение жалоб украинцев и получение хотя бы частичной материальной компенсации. Почему частичной? Потому что, вероятно, компенсации будут за разрушенное и поврежденное имущество, а вот поврежденную технику, ремонт помещений, моральный ущерб, расходы на лечение оставят за пределами полномочий упомянутой международной комиссии.

Россия самостоятельно платить репарации Украине не будет.

А вот другой тезис заместителя министра юстиции о том, что судиться с Россией за причиненные убытки в украинских судах нет смысла, поскольку решения украинских судов вряд ли будут признаны за рубежом, а Российская Федерация, как государство, имеет судебный иммунитет от частных споров, вызывает недоумение и даже возмущение со стороны юридического сообщества.  

Ведь, во-первых, суды для того и созданы, чтобы рассматривать споры и выносить решения в отношении нарушителей и преступников. Кроме того, решение о возмещении вреда, причиненного россиянами, может быть утверждено как в рамках гражданского спора, так и в рамках уголовного производства на основании собранных доказательств.

Вероятно, тысячи правоохранителей, прокуроров, адвокатов и судей будут задействованы в процессе сбора, фиксации и доказательств ущерба от вооруженной агрессии россиян, а также дальнейшем закреплении преступлений в судебных решениях. Такая титаническая работа, которая может длиться годами, как раз призвана сделать наказание необратимым и взыскать убытки с нарушителя.

Во-вторых, решение украинского суда может быть выполнено в других странах на основании двусторонних договоров о правовой помощи и международных конвенций. По данным с сайта Министерства юстиции, Украина имеет 67 международных двусторонних договоров о сотрудничестве, на основании которых могут быть выполнены решения украинских судов. В частности такие договоры существуют с теми странами Европы, в которых есть арестованные активы РФ.

Кроме того, в Европейском союзе было принято несколько директив Европейского парламента и Европейского совета, в частности Регламент №1215/2012 и Регламент №44/2001, которые предусматривают исполнение решений, принятых судами государств-членов ЕС. В соответствии с указанными регламентами, для исполнения решения, которое вступило в силу в одной из стран ЕС, нужно обратиться непосредственно в органы принудительного исполнения в той стране ЕС, где должник имеет активы. Никакой дополнительной процедуры признания не предусматривается. Это означает, что если решение украинского суда, условно, будет признан в Польше, то оно подлежит исполнению в любой стране ЕС.

В-третьих, судебные решения украинских судов станут весомым доказательством в переговорном процессе со странами, в которых арестовано имущество России. Да, мы все понимаем, что международное право сейчас переживает кризис, что много международных договоров не работает. Украинцы это почувствовали на себе как никто. Однако, при наличии международных договоров, регламентов, решения украинских судов однозначно усилят переговорную позицию украинских чиновников со своими иностранными коллегами.

Представьте ситуацию, когда в иностранной прессе начнут распространяться статьи о том, что, допустим, во Франции и Германии отказываются выполнять решения украинских судов для пострадавших из Мариуполя или Буче? Украинские дипломаты также могут использовать решения украинских судов в своей работе в соответствующих странах.    

В-четвертых, судебное решение украинского суда при поступлении арестованных средств в Украину, может помочь изменить очередность в получении возмещения убытков. Мы все понимаем, что, в первую очередь, репарации пойдут на восстановление больниц, школ, ремонт водопроводов, газопроводов и Электрических станций и тому подобное. Но решение суда подлежит обязательному исполнению и может помочь пострадавшим получить компенсацию, скажем, не через 20 лет после победы Украины в войне с Россией, а значительно быстрее.

Главное - это арестовать активы России и договориться со странами-партнерами Украины о получении компенсаций пострадавшим

В-пятых, судебное решение имеет персонифицированный подход и поможет учесть не только рыночную стоимость уничтоженного жилья, но и ущерб здоровью, потерю ремонта и техники в помещении, моральный вред.

Конечно, главное - это арестовать активы России и договориться со странами-партнерами Украины о получении компенсаций пострадавшим.  И здесь полная поддержка предложения Минюста о создании международной комиссии и фонда. Но ни в коем случае не следует списывать со счетов судебный механизм и судебную защиту украинцев как в нашей стране, так и за рубежом. Наоборот, следует настаивать, чтобы решения украинских судов были обязательными для любых международных органов, которые будут рассматривать вопрос выплаты репараций украинцам от преступлений россиян. Для восстановления доверия к международному праву следует добиваться, чтобы решения украинских судов стали обязательными для исполнения, и это будет отдельной победой над хаосом, который принесла Россия. 

Павел Богомазов, адвокат