В Берлине говорят о новой Ostpolitik, в которой почему-то нет места для обсуждения болезненных для Украины вопросов / фото УНИАН

После российской оккупации Крыма Германия изменила свою политику в отношении России. Но трудно сказать, как долго еще она будет придерживаться более жесткого курса.

«Обе стороны должны приложить усилия для деэскалации конфликта», - сказал министр иностранных дел Хайко Маас в Киеве после встречи с украинским коллегой Павлом Климкиным, во время которой они обсуждали ситуацию в Керченском проливе.

Эти его слова вызывают беспокойство по поводу того, не изменил ли Берлин свою точку зрения на украинско-российскую войну, которая продолжается на Донбассе, пишет польское издание Rzeczpospolita. Тем более, что Хайко Маас как раз ищет формулу для новой «восточной политики», которая была бы «не немецкой, а европейской».

«Если Россия остановит свои действия, не будет войны. Если это сделает Украина, то не будет Украины», - прокомментировал слова немецкого дипломата эксперт Джеймс Голтум.

Такого же мнения и посол Украины в Польше Андрей Дещица. Он также обратил внимание на то, что отношение Берлина к Москве претерпело серьезные изменения после аннексии Крыма российскими войсками. И Киев это высоко ценит. В Германии уверяют, что не изменили своих подходов. При этом как доказательство приводится то, что немецкая сторона поддерживает сохранение санкции против России за ее преступления в Крыму, на Донбассе и Сирии.

«Правительство настаивает на позиции, что двери к диалогу с Россией и далее будут открыты, а также участвует в поисках решения для конфликта на Востоке Украины», - говорится в заявлении на сайте немецкого МИД.

Читайте такжеWall Street Journal: Германия убеждает Европу, что газовая зависимость от России полезна

Однако, в ней не хватает прямых ссылок на слова Хайко Мааса в Киеве, хоть и подчеркивается, что в вопросе территориальной целостности Украины компромиссов быть не может. Эта формула также включает вопросы судоходства в Керченском проливе. В ближайшее время должна состояться встреча экспертов, которые будут обсуждать размещение наблюдательной миссии в регионе, которая бы состояла из немцев и французов. Но вообще, это все, что Берлин может сказать об Украине. На самом деле, ничего нового.

Ничего нового нет и в новой «восточной политике», о которой с определенного момента постоянно говорит глава немецкой дипломатии. О ее направлениях Маас сказал еще в ноябре на конференции в Берлине. Новый подход должен быть переосмысленной формой Ostpolitik канцлера Вилли Брандта, но при этом он должен стать частью европейской общей политики в сфере международных отношений и безопасности. Его ключевые элементы провозглашают стабильность и безопасность в Европе на основе принципа нерушимости границ, укрепления экономических связей между Востоком и Западом, а также усиления демократии, верховенства закона и прав человека через активный обмен на уровне гражданских обществ.

Все эти пункты – модификация немецкой политики в отношении России, которую Берлин проводил вплоть до момента оккупации Крыма. Этот подход создали политики СДПГ, канцлер Герхард Шредер и встречи так называемого «Петербургского диалога». Общая концепция предусматривала сближение Германии с Россией через соглашения и инициативы, чтобы Кремль стал более предсказуемым. Но ничего из этого не вышло, так же как и из дальнейшей инициативы под лозунгом партнерства по модернизации, которая бы предусматривала улучшение российской системы не только в техническом измерении (чего хотела Москва), но и социально-экономическом и политическом (что Кремль жестко отверг).

Читайте такжеГермания заявила о необходимости новой динамики в Минском процессе

Но в новой концепции немецкой восточной политики почему-то нет места для дискуссий о «Северном потоке-2». Маас недавно признал, что санкции США против европейских компаний могут заставить немецкие фирмы выйти из проекта построения российской «трубы».

«Но это не означает, что она не будет реализована», - сказал он.

«Новая Ostpolitik Мааса – это манипуляция с этикеткой», - прокомментировало усилия министра иностранных дел ФРГ берлинское издание Tagesspiegel, объясняя, что нельзя подражать политике Брандта и в это же время закрывать глаза на все изменения в Европе и мире, которые произошли с 70-х годов, когда он возглавлял немецкое правительство.