Нужно ли нам понимать российского диктатора Владимира Путина? Если мы хотим его победить, то, конечно, нужно. Эмоциональные всплески или попытки игнорировать и маргинализировать сам дискурс российской стратегии, возможно, являются для кого-то психологической защитной реакцией. Но это не помогает в войне. Поэтому мы думаем о Путине и стараемся думать так же, как Путин.
Традиции украинского романтизма и психоэмоциональная травма побудили общество искать причины нападения Российской Федерации в 2022 году в какой-то личной одержимости Владимира Путина или историческом фатуме "вечного противостояния" России и Украины. Опять же, если кого-то эта мифология греет и вдохновляет, то пусть работает. Но для стратегического анализа нужны более рациональные подходы.
На самом деле в событиях 2022 года нет ни одержимости, ни фатальности. А есть достаточно прозрачная стратегическая необходимость, которая может быть интерпретирована даже в экономических терминах.
После первой декады пребывания у власти команда Путина (кооператив "Озеро") оказалась в классической ситуации, когда первоначальное накопление капитала состоялось в полном объеме и встал вопрос о его инвестировании в будущее процветание. Традиционные мафиозные вложения в недвижимость и банки-копилки имели определенные ограничения, поскольку осуществлялись индивидуально и скрытно. Но масштаб накоплений требовал какого-то общенационального проекта с высокой степенью легальности.
Попробовали новые технологии, начали строить космодром и "Сколково"... Не пошло. И тогда решили вкладывать в силу и величие. А конкретнее – в пропаганду и силовые структуры, включая армию. То есть, в армию – в последнюю очередь. После ФСБ, ГРУ, УБОП и Росгвардии.
Но когда заинтересованные люди подошли к военному бюджету, то поняли, что там – золотое дно.
По замыслу Кремля, Россия должна была занять вакантную в условиях либерально-демократического идеализма нишу главной военной силы Евразии, с тем чтобы конвертировать это влияние в экономические дивиденды – от европейского энергетического рынка до добычи золота в Африке. Достаточно рабочий бизнес-план, сопутствующими задачами которого были окончательная легитимация пожизненной власти Путина и новая геополитическая диспозиция – партнерство с Китаем, сдерживание США, контроль над Европой.
Когда мы говорим об инвестициях, то имеем в виду, что на протяжении примерно полутора десятилетий Кремль накапливал ресурсы и резервы, тренировал и вооружал армию, накачивал пропагандой собственное население. Путин в этом отношении действовал по сталинским методичкам периода подготовки к Второй мировой войне.
Но если СССР планировал захватить Европу, Дарданеллы и Иран, неся "пламя пролетарской революции" дальше по всему миру, то проект Путина был значительно скромнее – выгодное вложение в стабильные доходы и нишевая самореализация.
Успешная операция против Украины должна была существенно повысить капитализацию основного силового российского актива, независимо от дальнейшей судьбы украинской государственности.
Но на сегодняшний день уже очевидно, что этот бизнес-план провалился. И все, что сейчас пытается сделать Путин, – это спасти остатки своих активов и вложений. Он упорно не хочет выходить из игры, блефует, надеясь на чудо, которое позволит вытащить какой-то козырь (в частности, Трампа).
Наша же стратегия заключается в том, чтобы такого чуда не допустить. И чтобы снижение "котировок" ускорялось с каждым днем продолжения войны. А главное – чтобы оно не прекратилось после ее завершения.
