Возможна ли настоящая демократия в Грузии?

16:57, 24 января 2012
Разное
3573 0

После седьмой годовщины Оранжевой революции, когда у украинского общества в очередной раз появился повод пожалеть о потерянном шансе прорыва к лучшей жизни, интересно сравнить, как живут наши постсоветские соседи, пережившие подобные цветные революции.

Для Украины таким примером успеха послереволюционных реформ является, бесспорно, Грузия. Многие украинцы побывали в Грузии и своими глазами увидели достижения реформ: стеклянные мосты, резиденции, министерства а-ля Сингапур, машины-автоматы для выдачи справок за 5 минут, патрульную службу в современных униформах.

Бесспорно, Грузия до и после революции Роз - это две разные страны. Главными достижениями президента Саакашвили, которые признают в один голос как его сторонники, так и критики, является успешная борьба с преступностью и коррупцией - в народной лексике «наведение порядка».

Часто провал Оранжевой революции объясняют слабостью гражданского общества и тем, что сразу после выборов люди разошлись по своим делам, перестали контролировать новоизбранную власть и требовать от нее реформ. Зато все надеялись на оранжевых лидеров, а лидеры эти оказались неспособными на изменения.

Однако ошибочно считать, что успех Грузии объясняется большей ответственностью граждан. В случае грузинской революции Роз, все случилось примерно так же, как и в Украине. Люди полностью положились на власть. Наконец, гражданское общество и СМИ этой страны - еще слабее, чем у нас. Реформы были инициированы исключительно из-за политической воли лидеров, в частности президента Михаила Саакашвили. А вот отсутствие механизмов общественного контроля сказалось в другой сфере - в свободе слова и демократии.

Если в первые четыре года после революции, руководство Грузии действительно занималось трансформацией и развитием страны, то после разгона мирных демонстраций в 2007-м и, окончательно после войны с Россией 2008 года, власть сконцентрировалась в основном на самосохранении любой ценой: от международного пиара до ставки на силовиков внутри страны.

Это был мой первый визит в Грузию.

Когда прилетаешь в Грузию в комфортный аэропорт «Тбилиси» и едешь по новенькой автостраде имени Джорджа Буша Младшего прямо к отреставрированному и сияющему центру города, еще в такси, водитель начинает хвалиться тем, что теперь никто не рискует требовать взяток и ночью можно спать спокойно, даже не замыкая дверей. Сначала трудно поверить, что ты в постсоветской кавказской стране, которая прежде была центром преступности и почти полностью разрушенной государством, не могла обеспечить даже такие элементарные потребности своих граждан, как свет в квартирах. Кажется, что ты попал в какой-то сказочный оазис успеха, который уже трудно назвать постсоветским. Все такое блестящее, современное, с английскими надписями, все - для людей, как и должно быть. Однако это впечатление утопии очень быстро заканчивается, если остаться в Грузии дольше, выйти за пределы туристического центра города, и попытаться понять, чем живет общество.

За несколько дней своего пребывания в Грузии я разговаривала со многими знакомыми и незнакомыми людьми: таксистами, продавцами, крестьянами, абхазскими беженцами, журналистами.

Из этих разговоров оказалось, что за ярким фасадом грузинской демократии и прогресса скрывается хорошо знакомый затхлый советский дух - страх, давление, ощущение человеком зависимости от государства, невозможность защитить свои человеческие и гражданские права.

Во время общения с грузинами меня поразила одна деталь: каждый раз, когда человек высказывался критически в адрес власти, он переспрашивал меня, точно ли его имя или фотография не будет фигурировать в статье.

"А чего вы боитесь?", - допытывалась я. Вот перечень ответов, которые я получила: «Урежут социальную помощь, которую я получаю от государства», «Могут прислать налоговую на предприятие, которым я владею», «У меня родственник работает на государственной службе, могут уволить из-за меня» и т.д.

Я не берусь судить, действительно ли в Грузии установлен авторитарный политический режим и однопартийная политическая система и насколько обоснована запуганность людей. Возможно, это просто их постсоветская психология, которая еще не успела трансформироваться за два десятка лет свободы. Однако история, которая случилась с не совсем простым грузином, который этой осенью решил пойти в политику с критикой власти Саакашвили, свидетельствует о том, что политическую атмосферу Грузии трудно назвать либеральной.

Речь идет, конечно, о загадочном грузинском олигархе Бидзине Иванишвили, который заявил о намерении создать оппозиционную партию. Реакция властей поражает молниеносностью: Иванишвили и его жену лишили грузинского гражданства и изъяли несколько миллионов евро из его тбилисского банка «Карту» по обвинениям в отмывании средств.

Сейчас Иванишвили удалось зарегистрировать лишь свое общественное движение «Грузинская мечта», а вот партию ему как не гражданину Грузии возглавить никак нельзя.

Самый богатый этнический грузин мира, который нажил свое более пятимиллиардное состояние в России еще при Ельцине, годами не просто инвестировал, а отдавал свои деньги родной Грузии. Отстраивал средневековые церкви, театры, детские площадки, военные базы. Даже дофинансирование зарплат грузинским правительственным чиновникам, которое ранее приписывали американскому филантропу Джорджу Соросу, теперь тоже якобы оказалось делом рук Иванишвили.

Поэтому, когда этот человек-легенда, заявил о намерениях сотрудничества (читай: «финансирование») с оппозиционерами, в частности, например, с бывшим послом Грузии в ООН Ираклием Аласания и его умеренной партией «Свободные Демократы», похоже власть не на шутку испугалась. Есть шанс, что, впервые после революции, выборы - парламентские в 2012 и президентские в 2013 - перестанут быть театром одного актера, а превратятся в настоящее политическое соревнование.

Фактически почти десятилетие своего президентства Саакашвили наслаждался одиночеством на политической арене Грузии. Приходилось ему бороться разве что с рукой Москвы, но не с домашними серьезными оппонентами. Вообще в пестрой и маловлиятельной оппозиции в обществе сформировалось отношение как к инфантильным маргиналам, ну, или же к как к российским наемникам.

«Через контролируемые властью СМИ и в общественном дискурсе в целом людям навязан стереотип, что власть - это все современное, прогрессивное, прозападное, тогда как оппоненты власти - неудачники», - говорит редактор Интернет-издания «Либералы» Шорена Шавердашвили.

«Никто из граждан не хочет признавать себя оппозицией, - признается бывший грузинский чиновник, который перешел работать в частный сектор. - Это все равно что признать себя представителем секс-меньшинства».

И это, несмотря на то, что поводов для недовольства властью накопилось предостаточно.

Минуя критику правозащитников о случаях вроде убийства полицией Сандро Гиргвлиани, гораздо более вопиющего, чем украинская история с Игорем Индило, по поводу государственного мониторинга коммуникации или переполненных тюрем, скажу, что, по моему наблюдению, у простого народа растет мотивация для поддержки оппозиции.

 В Грузии чрезвычайно высок уровень безработицы: по официальным данным, около 15%, однако реально эту цифру можно смело умножить на два. Зарплаты и пенсии остаются низкими.

Инфраструктура села не была отстроена за годы реформ, люди живут в бедности. Крестьяне пострадали от эмбарго России на экспорт вина. Сегодня они даже рады продавать государству виноград за 30 американских центов за килограмм. Политика полной либерализации торговли и недостатка защитных механизмов в отношении собственных фермеров и производителей, привело к тому, что последние оказались неконкурентоспособными по сравнению с турками или китайцами. Поэтому множество людей оказались за бортом экономики и живут за счет родственников или же мизерных государственных выплат.

К тому же, несмотря на все маркетинговые усилия властей, уровень иностранных инвестиций в грузинскую экономику не является высоким. После войны Грузия пережила отток иностранного капитала: часть инвесторов вышла из грузинской экономики из-за ощущения нестабильности и незащищенности.

Грузия рекламирует себя на Западе как страна, где легко заниматься бизнесом. Правильнее сказать, что это страна, где легко открыть бизнес - действительно, за 10 минут. Но дальше, по статистике, у половины компаний дело не идет, и они закрываются. И дело здесь не только в недостаточном размере грузинского рынка и бедности населения.

Чтобы преуспеть в бизнесе, нужно быть лояльным к власти, тогда все двери тебе открыты. Если же не идти на уступки в определенных вопросах, или еще хуже - поддерживать оппозиционные силы, давать рекламу в оппозиционных СМИ, можно получить усиленные проверки налоговиков и прочие неприятности. Эту аксиому вместе с конкретными примерами мне повторили множество раз, причем люди из разных политических лагерей.

Учитывая такую ​​картину, неудивительно, что Иванишвили вызывает беспокойство у властей. Ведь его рассматривают как потенциального финансиста оппозиции. К тому же обедневшему населению очень импонирует тот факт, что Иванишвили имеет такие доходы. По логике людей, он, во-первых, не будет воровать у государства, придя к власти, во-вторых, поделится своими деньгами с населением. Программа Иванишвили несет в себе не только определенные социалистические элементы, но и обещания такого уровня подлинной демократии, которому, по словам Иванишвили, должны позавидовать даже европейцы.

Не понятно, как закончится это испытание деньгами для грузин и приведет ли появление Иванишвили к смене власти в Грузии. Саакашвили и его правящая партия «Национальное движение» вызывают смешанные чувства большинства населения. Люди благодарны за успешные реформы постреволюционных лет, однако видят все больше злоупотребление властью, коррупцию на высших уровнях руководства, двойные стандарты в применении законодательства, несоблюдение прав человека и ограничение мирных собраний.

Уже сам тот факт, что Саакашвили будет первым президентом Грузии, который добыл свой срок до конца, ставит его на почетный уровень в истории. Если же он позволит переход властей в стране демократическим путем, а не русским, это будет еще более важным шагом в направлении необратимости демократических изменений. Однако последние события в Грузии показывают, что, если грузинский президент и имеет такое намерение, он его тщательно скрывает.

Елена Трегуб

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter