https://www.facebook.com/president.gov.ua/

После мощной победы на выборах весной 2019 года президент Украины Владимир Зеленский пытался показать, что, в отличие от своего националистического предшественника, он готов вести переговоры о компромиссе с лидером России Владимиром Путиным.

Однако, теперь становится все более очевидно, что такой подход не сработает. И Украина мало что может с этим сделать. Желание Зеленского достичь мира через компромисс – это просто анафема для Путина, который рассматривает любые компромиссы как слабость. Он отвергает любые предложения, которые бы означали тактическое признание, что у Украины есть право на полную независимость от России. Об этом в статье для Atlantic Council пишет британский и канадский политолог украинского происхождения Тарас Кузьо.

Читайте такжеBild: Путин водит всех за нос и на переговорах относительно Украины тоже

Более того, мир на основе компромисса позволит Киеву продолжать двигаться в направлении евроатлантической интеграции. А главная цель Путина – это держать соседнюю страну там, где, по его мнению, ей и место, а именно в так называемом «русском мире». Несмотря на то, что Зеленский выступает за диалог с Россией, он поддерживает сохранение украинской интеграции с Евросоюзом и НАТО. Для Кремля это красная линия, которая лежит в основе нынешнего конфликта. Путь, который привел к началу необъявленной войны между Россией и Украиной, длиный, но моментальной причиной ее начала стало давление Путина в ноябре 2013 года на тогдашнего украинского президента Виктора Януковича с целью заставить его отказаться от интеграции с ЕС и не подписывать соглашение об ассоциации с союзом.

Путину приходится занимать бескомпромиссную позицию, потому что его видение ориентированной на восток Украины все больше конфликтует с украинским общественным мнением. По иронии, российская агрессия заставила украинское общество стать более лояльным к евроатлантической интеграции. После начала боев негативное отношение к Москве, которое ранее наблюдалось на западе Украины, распространилось во всех регионах. И это произошло не в последнюю очередь потому, что русскоязычные украинцы больше всего пострадали от военного вторжения Кремля. Недавние опросы показали, что 74% избирателей партии «Слуга народа», большинство из которых происходят из русскоязычных регионов Украины, считают Россию агрессором. Это подрывает российскую пропаганду об «угнетенных русскоязычных украинцах».

Читайте такжеThe Economist: Путин провалился в попытках изолировать Украину

Автор пишет, что прослеживается определенный эффект «дня сурка» в вере Зеленского, что с Москвой можно договориться. Четверть века назад Леонид Кучма, который победил на президентских выборах своего «националистического» предшественника Леонида Кравчука, тоже говорил, что сможет более успешно вести переговоры с Россией. Но ему это не удалось.

«Любому украинскому лидеру, который имеет дело с Россией, нужно смириться с фактом, что российское политическое руководство не уважает украинский суверенитет и границы. Оно считает украинцев и русских «одним народом». Не зависимо от того, кто сидит в Кремле, там существует консенсус, что Украина – это внутренняя российская проблема. Путин сам подтвердил эту точку зрения во время ежегодной пресс-конференции 19 декабря, назвав украинские южные и восточные регионы «исконными русскими землями». Фундаментальная несовместимость между европейскими амбициями Украины и российскими имперскими претензиями делает длительный мир недосягаемым», - говорится в статье.

Автор считает, что война на Востоке Украины де-факто заморожена. Она никуда не денется еще много лет. Также существует фундаментальное несогласие относительно ключевых элементов дорожной карты к миру. Как и предыдущий украинский президент, Зеленский не может согласиться с Путиным в порядке политических и военных шагов, прописанных в Минских соглашениях, которые российский лидер отказывается пересматривать. Украинский президент также отвергает российские попытки превратить оккупированные восточные регионы в «троянского коня» через закрепленный в Конституции специальный статус для них.

Читайте такжеFinancial Times: Западу придется выбирать между независимой Украиной и дружбой с Россией

Даже если бы дорожная карта к миру была согласована, проблемы в ее реализации были бы слишком большие. Кремль контролирует около 35 тысяч боевиков на Донбассе. Демилитаризация оккупированных регионов займет много лет, если не десятилетий. К примеру, демилитаризация в Северной Ирландии продолжалась несколько лет. Хотя там было лишь несколько тысяч бойцов с легким вооружением. На украинской территории сейчас развернуты фактически две армии России, у которых больше танков, чем у многих стран Европы. Россия не может просто вывести эти войска через границу и при этом не подорвать попытки Кремля выставить войну как внутренний украинский конфликт.

Существует много политических препятствий для мира на Востоке Украины. Но ни одна из них не играет столь решающую роль, как отказ Кремля смириться с потерей контроля над страной, которую в Москве до сих пор считают ключом к русской национальной идентичной и геополитической безопасности. Это подводит к выводу, что долговременный замороженный тупик – это лучший вариант среди плохих сценариев, доступных сейчас для Украины. Вызовом сейчас остается убедить украинскую и международную общественность, что украинская власть сделала все в ее силах, чтобы добиться мира. И поэтому она заслуживает продолжения поддержки.

Читайте такжеSüddeutsche Zeitung: Путин добровольно не согласится на мир с Украиной

Недавно в Париже Зеленский смог успешно показать себя миротворцем, который хочет компромисса. В это время, Путин занял роль жесткого оппонента. По мнению автора, это хорошее начало. Украинскому лидеру теперь нужно быть честным с украинцами. Он должен сказать им, что мир на условиях Путина – это угроза для независимости страны. И поэтому не остается другого выбора, как смириться с реальностью замороженного конфликта. В это же время США и ЕС должны признать российскую ответственность за создание еще одной открытой раны на теле Европы.