Иллюстрация / REUTERS

В истории еще не было такой агломерации человечества, как Facebook. Около 2,3 миллиарда человек, то есть 30% населения планеты, каждый месяц взаимодействуют с социальной сетью.

Экономисты подсчитали, что она может быть оценена в триллионы долларов только за своих пользователей. Но Facebook также обвиняют в различных социальных кошмарах: от зависимости и буллинга до эрозии основанного на фактах политического дискурса и развязывания рук геноцида. Новое исследование указывает на то, что все эти обвинения нельзя назвать незаслуженными. Вероятно, настало время подумать о том, какой бы была жизнь без Facebook, пишет The Economist.

Чтобы представить такой мир можно было бы собрать тестовые группы людей, лишить их доступа к социальной сети и посмотреть, что будет. На самом деле несколько команд ученых именно это и сделали. В январе Хант Аллкотт из Университета Нью-Йорка вместе с Люкой Брагийери, Сарой Эйхмайер и Мэтью Генцковым из Стэнфордского университета опубликовали результаты крупнейшего подобного эксперимента. Они собрали несколько тысяч пользователей Facebook и сортировали их на группы контроля и процедуры. Члены процедурной группы деактивировали свои страницы в социальной сети на четыре недели в конце 2018 года. Исследователи проверяли своих «подопытных», чтобы они никак не контактировали с сайтом. При этом они наблюдали за жизнью людей в «цифровой пустыни».

Читайте такжеFacebook хочет объединить WhatsApp, Instagram и Facebook Messenger

Те, кто выключил Facebook, в среднем получили дополнительный час свободного времени. Они не использовали этот ресурс на пользование другими сайтами или социальными сетями, а в основном переключились на телевидение, а также на друзей и семью. Такие пользователи меньше потребляли новостей, а следовательно были менее полярны в своих взглядах по сравнению с теми, кто был в сети. Отказ от Facebook повысил ощущение счастья и сократил напряжение и депрессию.

Это также помогло людям избавиться от привыкания к Facebook. После нескольких недель деактивации пользователи начали на 23% меньше времени проводить в социальной сети, чем те, кто никогда не отказывался от нее. А 5% участников эксперимента вообще не восстанавливали свой аккаунт. Также после четырех недель без Facebook пользователи на 13% сократили сумму, которую они бы хотели получить за продление своего отказа еще на такой же период. Другими словами пользователи переоценивали то, как сильно они ценят сервис. Месяц отказа исправил это. Вместе с тем, большинство из них не захотели отказываться от Facebook раз и на всегда. Это означает, что несмотря на все проблемы социальная сеть создала ценность для потребителей, которая исчезнет вместе с ней. Впрочем, это не точно. После четырех недель без Facebook пользователи оказались перед выбором: вернуться в сеть или остаться офлайн пока остальной мир продолжает раздавать лайки. Вероятно, что выбор в пользу Facebook был продиктован желанием остаться на одной стороне с 2,3 миллиардами пользователей.

Читайте такжеFacebook удалила 20 аккаунтов из-за связей с российской "фабрикой троллей"

Но не исключено, что мир стал бы лучшим местом, если бы социальной сети не существовало вообще. Как такое возможно? Социальные сети процветают благодаря росту масштаба. Чем больше людей в сети, тем больше потенциальных контактов она может предложить. И тем больше ее ценность для каждого пользователя. Этот эффект стоит за подъемом Facebook. После основания в 2004 году сайт достиг успеха благодаря резкому увеличению «населения» интернета. Новые пользователи стекались в социальную сеть, которой пользуются их друзья и члены семьи. Это пошло на пользу Facebook. Таким же образом города, которые быстро развиваются, привлекают еще больше новых жителей. Потому что большое скопление людей предлагает больше возможностей.

Можно сказать, что Facebook – это первый в мире напакованный людьми электронный мегаполис, который дает плохие и хорошие контакты. В жизни обычных городов привлекательная возможность быть близко к другим может привести к чрезвычайно долгой истории населенного пункта. Промышленные города быстро возникали в районе Больших озер в 19 веке из-за преимущества доступа к водному транспорту. Особенно это ценилось после того, как каналы соединили озера с Атлантическим океаном.

Большие озера теперь не имеют такой экономической силы, как в давние времена. Но миллионы людей до сих пор живут в Чикаго, Детройте, Кливленде и Буффало. Однако, трактовка долговечности – не простое дело. Например, команда исследователей могла бы предложить нескольким тысячам людей со среднего запада США ради эксперимента провести месяц на Юге Калифорнии. Участники эксперимента могли бы получить удовольствие от такого опыта, но потом все равно вернулись бы домой. Потому что там живут их друзья, семьи, там их профессиональные контакты. Выбор вернуться домой может стать отражением уникальной ценности, которую создали города на Среднем западе США. Но можно также и сказать, что их жители на самом деле застряли в гиблом балансе. Их качество жизни повысилось бы, если бы они только захотели перебраться в более солнечное место.

Читайте такжеFacebook накануне выборов усилит борьбу с фейковыми новостями и дезинформацией

Такие вещи происходят на самом деле, за пределами мысленных экспериментов. Гай Майклс из Лондонской школы Экономики, который также работает на Оксфордский университет, исследовал судьбы старых городов времен Римской империи в Британии и Франции. Когда империя пришла в упадок, их судьбы разошлись. Во Франции политический порядок был меньше нарушен крахом, чем в Британии. Поэтому на французской территории продолжило свое функционирование больше городов, чем на британской. А потому на протяжении последующих веков возникало больше новых британских населенных пунктов, чем французских. И их преимущество из-за доступа к судоходным водам быстро стало очевидным. В период с 1200 до 1700 лет население городов с набережной росло в разы быстрее, чем там, где не было доступа к акватории. Британцы получили историческую выгоду от «перезагрузки» своей урбанистической сети. А французы застряли в устаревших логистических соединениях времен Римской империи.

Такие вещи трудно заметить в реальном времени. И вполне вероятно, что сеть вроде Facebook имеет ценность. Когда Марк Цукерберг решит однажды выключить свое детище, вполне вероятно, что другие подобные платформы добьются доминирования. Но не исключено, что эра Facebook была порождена уникальными, мимолетными историческими условиями. В таком случае более «солнечная» экология социальных сетей может быть вполне достижимой. Нужно лишь, чтобы пользователи Facebook захотели искать лучшей жизни.