После событий в парке Гези на площади Таксим в Стамбуле стало очевидно, что Турецкая республика переживает некий этап внутренней трансформации, как и большинство стран на Ближнем Востоке и в Северной Африке.

Внешние оценки происходящего в Турции весьма отличаются от восприятия ситуации самими турецкими экспертами, обозревателями и журналистами. Турецкие внутриполитические и общественные изменения заслуживают отдельного анализа. Но не менее интересные изменения происходят во внешней политике Турецкой Республики, которая неразрывно связанна с внутренними процессами. 

Основной рефрен современной турецкой внешней политики, - «ноль проблем с соседями», остается прежним, хотя и претерпевает коррекцию. К слову, автором нынешней  политики Турции в отношениях с внешним миром является действующий министр иностранных дел Ахмет Давотоглу (его авторитет весьма высок).

Ныне Турция переходит к еще большей многовекторности. Профессор Бюлент Арас (Bülent Aras), возглавляющий Центр Стратегических исследований при министерстве иностранных дел Турции, считает, что нынешняя структура внешней политики Турецкой Республики разделена на три круга. Первый – 12 стран-соседей Турции. Из этой группы напряженными отношения в данный момент остаются с Арменией, Сирией и Египтом, после смещения президента Мурси. Второй круг –  соседние с Турцией регионы, приоритеты среди которых отдается Кавказу, Центральной Азии, Ближнему Востоку и Балканам. Третий круг – дальнее зарубежье. Особый интерес для Турции представляет Африка (на данный момент на этом континенте открыто 24 посольства, больше только у Китая), Азия и Латинская Америка. В целом для турецкой внешней политики не теряет актуальность «синдром Вены» - поиск баланса разных векторов.

Мурат Еткин (Murat Yetkin), известный политический обозреватель и журналист, считает, что пик роста внешнеполитического авторитета Турции продолжался до 2009 года. После этого у Турции испортились отношения с Израилем (причины - публичная защита премьером Тайипом Эрдоганом палестинцев и инцидент с турецким судном, атакованным израильским спецназом). Далее Турция повернулась спиной к ливийскому лидеру Муаммару Каддафи, дав добро на участие своих сил в свержении режима последнего. Позже похожая история произошла у Тайипа Эрдогана с бывшим лидером Египта Хосни Мубараком. Таким образом, за короткий период времени турецкие лидеры радикально поменяли свое отношение к некоторым бывшим союзникам.

В то же время, турецкие эксперты утверждают, что в последнее время по внешнеполитическим позициям страны было нанесено несколько ударов. Первый – трансформация «Братьев мусульман» в Сирии в боевую региональную ячейку «Аль-Каеды». Второй – военный переворот в Египте с отстранением тех же «Братьев-мусульман», которых активно поддерживает Эрдоган, от власти. Тем не менее, нынешний турецкий премьер пытается использовать проблемы союзников для укрепления своего авторитета внутри страны. В частности, египетский прецедент, грозящий перерасти в гражданскую войну, Эрдоган использует для консолидации вокруг себя разных групп населения и недопущения дальнейшего развития протестов на Таксиме. Египетский прецедент Эрдоган использует как пример для устрашения, рекомендуя «не раскачивать лодку» внутри страны. 

В целом поиск внешнеполитического баланса Турции приводит к потери части старых союзников и появления новых.  Профессор Тунчай Кардаш (Tuncay Kardas) – турецкий политический исследователь и преподаватель теории международных отношений в университетах Сакария и Мармара, считает, что за последнее время Турция испортила отношения с Ираном (из-за Сирии), с Саудовской Аравией (которая поддержала военный переворот, в отличии от Эрдогана, сделавшего ставку на «Братьев-мусульман»), с либеральными слоями собственного населения, вышедшего на протесты на площади Таксим. В то же время, Турция укрепила свои отношения с «Братьями-мусульманами», а также с ХАМАСом. Как показывает практика, поиск баланса чреват неожиданными результатами.

Что касается отношений с Украиной, то по мнению профессора Бюлента Араса, они остаются далекими от раскрытия их истинного потенциала. Сейчас Турция пытается балансировать между Россией и ЕС. В этом контексте, внешняя политика на украинском направлении предусматривает минимальную активность, дабы «не навредить Киеву» в отношениях между Брюсселем и Москвой. В целом большинство турецких экспертов согласны с тем, что Украина и Турция мало уделяют внимания друг другу, хотя реальный потенциал отношений очень велик. В таких условиях, учитывая нынешнее увязание Турции в ближневосточных проблемах, Украине не следует ожидать особой турецкой активности в развитии двустороннего диалога. С другой стороны – это хороший шанс для Киева самому проявить инициативу, сформировав повестку дня отношений с Анкарой дабы начать наконец реализовывать потенциал отношений, хотя бы в экономической и энергетической части. Что особо актуально для Украины сейчас в контексте частичной переориентации экспорта с российского рынка. Турецкий опыт отношений с ЕС Украине также будет актуален. В любом случае, Турция остается одним из немногих соседних государств Украины, где новая стратегия двустороннего экономического взаимодействия может дать высокие результаты уже в краткосрочной перспективе.

Роман Рукомеда

политический эксперт