В Алтайском федеральном бункере в окружении ответственных товарищей, безутешных мальчиков и двойников умирал от шести видов рака, Паркинсона, Альцгеймера, Аспергера, аутизма, шизофрении и лавинообразного отвала гениталий президент России Владимир Владимирович Путин. И, набравшись сил, чуя смертный час, он товарищам отдавал наказ.

- ...И чтоб на месте Майдана была одна сплошная бездонная воронка! - орал Путин, выкашливая отторгнутые организмом гланды через задний проход. - И полную воронку трупов накидайте заподлицо, нет, лучше с горой! И чтобы каждый был ограблен и изнасилован самым ужасным образом, как... как... Минуточку.

С этими словами Путин подманил видавшей виды конфеткой ближайшего безутешного мальчика и показал на нем, что именно он имел в виду.

Лаврова вырвало в пепельницу.

- Есть, товарищ Путин! - сказал Шойгу, поспешно закрывая лицо фуражкой, в которой, впрочем, были прорезаны дырочки для подглядывания. - Немедленно организуем в военкоматах специальные курсы с привлечением...

- Так, импотенцию вычеркиваем, - со всегдашней пьяной важностью перебил его Медведев. - Право же, господа, после той прекрасной сцены, свидетелями которой мы сейчас стали, никто не поверит, что Владимир Владимирович мог утратить любовь к детям, чем бы он при этом ни болел.

- Но позвольте, - забеспокоился Лавров, - профессор Соловей утверждал, что у Владим Владимыча - неоперабельный рак простаты и воспаление придатков! Какие, к черту, дети?

- Дети - это святое, - сухо сказал Путин, небрежно заталкивая труп мальчика ногой под стол. - Дети - цветы смерти.

- Надо вам, Владим Владимыч, еще какую-нибудь смертельную болезнь придумать, чтоб Запад в ожидании вашей скоропостижной кончины с оружием для нацистов притормозил, - задумчиво сказал Лавров. - Старые болезни уже не помогают, Байден начинает что-то подозревать. В Украину уже "Гарпуны" едут, а у вас всего шесть видов рака уже лет десять, и все без толку.

- Родильная горячка! - воскликнул Медведев. - Неоперабельная ф... ффф...

Путин, изловчившись, ударил его маральим рогом в глаз. Рог сломался, Медведев упал и уснул беспокойным запойным сном.

- Шойгу, новый маралий рог! - потребовал Путин, протягивая руку.

- Извините, поставки маральих рогов временно прекращены вследствие досадного сбоя в логистике, - побледнев, пробормотал Шойгу. - После начала специальной военной операции некоторым образом на краткий промежуток времени порвались логистические цепочки и возникла легкая путаница с ценообразованием, все же мы были ориентированы на...

- При чем тут специальная военная операция?! - закричал Путин. - Специальная военная операция здесь совершенно ни при чем!

- Так точно! - закричал Шойгу. - Так точно!

- И это при том, что сегодняшний курс евро обвалился до уровня 1913 года! - продолжал негодовать Путин.

- Уже 1812-го, - заметил Лавров с многозначительной улыбкой. - Прошу заметить, что в то время Россия освободила Европу от наполеоновой чумы, а наш раскосый фельдмаршал нынче под Харьковом обосрался.

- Предлагаю причислить Кутузова к лику святых сразу после Суворова, - быстро сориентировался Шойгу. - Также вношу рационализаторское предложение присвоить Нашему Православному Богу внеочередное воинское звание генерал-майор.

- Отличная идея, - одобрил Путин, прилаживая на место отвалившуюся от неоперабельного диабета ногу. - Но, пожалуй, пусть пока будет просто майор.

- Так точно, товарищ полковник, - снова быстро сориентировался Шойгу. - Майор так майор...

- И все же, господа, предлагаю вернуться к вопросу новой актуальной болезни Владим Владимыча, - сказал проснувшийся, как от толчка, Медведев. - Ко мне во сне пришло отличное решение. Оспа обезьян! Очень модная болезнь, последнее изобретение украинских биолабораторий. Что скажете?

- С одной стороны, прикольно, - задумчиво сказал Лавров. - А с другой - очень вредная и несвоевременная идея.

- Чего это? - спросил падкий на новые болезни Путин.

- Видите ли, Владим Владимыч, - осторожно подбирая слова, сказал Лавров, - православная церковь считает, что это болезнь гомосексуалистов. Как сообщает Маргарита Симоньян, еврогеи заразились обезьяньей оспой от обезьян, гм, традиционным для еврогеев путем, ну, вы поняли, да?

Глаза Путина заблестели.

- Маленький мальчик-обезьянка, - со вкусом пробормотал он. - Какое, однако же, безобразие.

- Подумаешь, безобразие, - обиделся Медведев. - Может, рассказать вам, как сама Симоньян подхватила бобровый герпес?!

- Хм, - пробормотал Шойгу. - Как раз вчера господину Кадырову диагностировали овечий хламидиоз. Ума не приложу, где он умудрился им заразиться, а между тем, у бедняги жар, он уже Польшу за шесть секунд берет.

- Ахмат - сила, - уважительно сказал Путин.

- Ну вот пускай сам ее и берет, раз сила, - сказал Шойгу. - Овце#б вонючий.

- Что? - спросил Путин.

- Ничего, - сказал Шойгу и поспешно вернулся к основной теме совещания: - Однако мне кажется, что мы на верном пути, не хватает только какой-то важной детали, завершающего штриха. Все эти модные иностранные болезни - это так чуждо истинно русскому президенту...

- Импортозамещение! - воскликнул Лавров. - И как я раньше не додумался про импортозамещение! Болезнь должна быть сугубо нашей. Русское - значит лучшее!

- Свинособачья оспа, - веско сказал Медведев.

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Все благоговейно умолкли и заулыбались. Впервые за всю свою жизнь Медведев придумал что-то действительно получше, чем забухать с утра.

- Вот оно, - сказал Путин. - Гениально.

Медведев торжественно встал из-за стола, вальяжной походкой подошел к двери и, пошептавшись с охраной, ввел в бункер свинью и собаку, одетых в матросские костюмчики.

- Вот, Владим Владимыч, - скромно сказал Медведев. - Извольте любить и...

Путин бросил на бедных животных вожделеющий взгляд.

- Ну идите же ко мне, противные, - радостно сказал он.

Василий Рыбников