Ученые годами пытались понять, что переживают родители, когда их дети взрослеют. Психолог Изабелла Чейз описала одну из версий такого состояния в статье для сайта Global English Editing, откровенно рассказывая о своей семье.
Она пишет, что ее мама до сих пор беспокоится, не забывают ли ее взрослые дочери, которые имеют образование и живут отдельно, планировать техническое обслуживание своих машин. Она пишет, что взрослых детей это чаще всего смешит или раздражает. А сама Чейз пришла к выводу, что навязчивое желание родителей помочь своему взрослому ребенку часто имеет очень мало общего с самим ребенком.
Автор пишет, что определенный тип родителей можно быстро узнать – они готовы стирать белье взрослых детей, звонят им, напоминая взять зонтик. "На первый взгляд, это выглядит как любовь. Но в глубине души действует что-то более сложное", – отметила она.
Она пишет, что динамика старения человека, дети которого выросли, "разрушает психологические опоры, которые поддерживали их ощущение целостности человека". И поэтому помощь взрослому ребенку становится последней "несущей стеной", когда человек пытается удержать знакомую ему роль.
Психологи проводили исследования о том, как меняются ощущения человека от осознания определенной роли, и что лишение его этой роли ощущается, как лишение себя собственного "я". "Для родителей, которые вкладывали все в воспитание детей (часто в ущерб дружбе, хобби, карьерным амбициям или собственному эмоциональному развитию), независимость ребенка не ощущается как выпускной. Она ощущается как выселение", – пишет автор.
Она вспомнила, что ее отец работал семьдесят часов в неделю, все ее детство он был "эмоционально отсутствующим". Но начал звонить чаще, когда вышел на пенсию. И во время этих разговоров предлагать незваные советы. Стал присылать статьи о финансовом планировании, иногда "по три в день". "Тогда я воспринимала это как его последнюю попытку наладить связь. Теперь я думаю, что он пытался оставаться нужным", – пишет она.
Она отметила, что поколение, которое усвоило стоицизм как любовь, "особенно уязвимо к этой модели":
"Если человек усвоил, что обеспечить кого-то – это связь, а потеря способности обеспечивать – это полная потеря связи, то помощь – это не щедрость с его стороны, а спасательный плот".
Что на самом деле означает "помощь"
Она пишет о закономерностях подобных семей. Например, хроническая непрошенная помощь. По ее мнению, это свидетельствует о том, что родители считают, что ребенок все еще в них нуждается.
Исследование, опубликованное Центром научных исследований "Великое благо" Калифорнийского университета в Беркли, доказывает, что родители, которые теряют связь со своими взрослыми детьми, искренне не понимают, что пошло не так. Разрыв между намерением и следствием огромен. Отец, который звонит пять раз в день, считает, что проявляет заботу. Отец, который настаивает на том, чтобы заниматься финансами за способного тридцатилетнего ребенка, считает, что таким образом предотвращает ошибки. Взрослый ребенок при этом сталкивается с вотумом недоверия.
А отец, который бросается решать каждую проблему еще до того, как она будет полностью сформулирована, считает, что он защищает ее. Взрослый ребенок никогда не развивает стойкости, которая возникает только тогда, когда достаточно долго сидишь в затруднительном положении, чтобы найти свой собственный путь.
Любовь становится контролем
Как отмечают клинические эксперты, большинство родителей, которые теряют уважение своих взрослых детей, не были жестокими или небрежными. Они потеряли его из-за моделей поведения, которые искренне считали любящими. Это чрезмерная вовлеченность, нежелательные мысли. Неспособность относиться к взрослому ребенку как к ровеснику, а не как к проекту.
Ведущей чертой всех этих моделей поведения является отказ обновлять операционную систему отношений. Родители до сих пор используют программное обеспечение 2004 года, когда их ребенку было двенадцать, и ему на самом деле нужен был кто-то, кто бы запланировал визит к стоматологу. Теперь ребенок использует совершенно другую программу, которая требует автономии, доверия и свободы на ошибки. Эти две системы несовместимы, и родитель постоянно пытается заставить ребенка обновить систему, которую он никогда не просил.
Как выглядит здоровое отпускание
Она предполагала, что от подобной опеки нужно отгораживаться стенами, но изменила мнение и предлагает образ мембраны. Это позволит обмен, но сохранит целостность каждого отдельного организма.
Здоровое отпускание не означает исчезновение. Это означает переход от "делать ради" к "быть с". Это означает позвонить и спросить: "Как ты относишься к смене работы?" вместо "Ты обновил свое резюме? Я могу переписать его для тебя". Это означает терпеть дискомфорт от наблюдения за трудностями вашего ребенка, не спеша избавить его от этих трудностей.
"Я размышляю над тем, как на самом деле выглядит настоящая самореализация, и она редко предполагает быть незаменимым для другого человека. Обычно она предполагает что-то более спокойное: способность посидеть наедине с собой, не нуждаясь в том, чтобы быть полезным", – пишет она.
Разговор, который никто не хочет вести
Она написала, что если вы узнаете своих родителей в этой статье, то лучшее, что можно для них сделать, это не отрезать их от себя или проглотить свое разочарование. "Нужно понять, что является причиной такого поведения. Их чрезмерная помощь – это симптом, а не недостаток характера. За нежелательными советами, неожиданными доставками продуктов и постоянными сообщениями о возвращении домой скрывается человек, который борется с одним из самых сложных переходных периодов в жизни: переходом от того, чтобы быть нужным, к тому, чтобы быть избранным", - пишет автор.
Она добавила, что страх быть ненужным реален. Но противоядие существует, и заключается в том, чтобы научиться сидеть спокойно достаточно долго, чтобы понять, что ты больше, чем то, что ты делаешь для других людей. Что твоя ценность не зависит от транзакций. Что тебя любят за то, кто ты есть, а не за то, что ты даешь, если ты можешь вынести уязвимость ее получения.
Как действует "синдром старшей дочери"
Напомним, что иногда во взрослой жизни проявляются черты, заложенные родителями своим взрослым детям. Речь о чрезмерных переживаниях, самокритике и перфекционизме. Это понятие известно как синдром старшей дочери.
Старшие дочери часто испытывают чрезмерную ответственность за свою родную семью. Они могут чувствовать ответственность за младших братьев и сестер, а также даже за своих родителей. И это может распространяться на другие отношения, чувство ответственности в собственных семьях, дома и даже чрезмерную ответственность на работе.
