Потребность постоянно все контролировать во взрослом возрасте часто уходит корнями в детство. По мнению психологов, такое поведение нередко формируется у людей, которые росли в условиях эмоциональной нестабильности или отсутствия эмоциональной поддержки со стороны родителей. Об этом пишет Bolde.
Специалисты отмечают, что речь идет об адаптации нервной системы к среде, где безопасность не была гарантирована. В таких условиях ребенок вынужден постоянно быть начеку, чтобы предвидеть возможную опасность.
"Детям нужна предсказуемость. Не совершенство, а предсказуемость. Ощущение, что мир функционирует по правилам, которые они могут выучить, что их опекуны будут реагировать последовательно, и что то, что работало вчера, вероятно, сработает сегодня", – говорится в статье.
Если же родители ведут себя непоследовательно – их настроение резко меняется или они эмоционально недоступны, – ребенок не может расслабиться, пишет автор. В ответ формируется гипербдительность: ребенок постоянно "сканирует" ситуацию, пытаясь предвидеть, что произойдет дальше. Со временем это превращается в потребность контролировать все вокруг.
Исследование, опубликованное в Nature Neuroscience, показало, что такой опыт может влиять даже на развитие мозга, в частности на области, ответственные за эмоции и принятие решений. В результате чувство тревоги и потребность в контроле могут сохраняться даже тогда, когда реальной угрозы уже нет.
Психологи подчеркивают, что не только нестабильное поведение родителей, но и их эмоциональное отсутствие может привести к тем же последствиям. Если ребенок не получает достаточной эмоциональной поддержки, он не знает, получит ли ответ на свои потребности. Это также создает ощущение непредсказуемости.
В таких случаях контроль становится своеобразной стратегией: ребенок пытается "заслужить" стабильность, делая все идеально и избегая ошибок.
Иллюзия безопасности
Как отмечается, во взрослом возрасте эта модель мышления трансформируется в убеждение: если все правильно спланировать и учесть все риски, ничего плохого не случится.
Причем это убеждение не является рациональным, потому что не затрагивает нервную систему так, как это делает ранний опыт. Хотя рационально человек может понимать, что это не так, на уровне нервной системы страх остается. Именно поэтому даже незначительные изменения или неопределенность могут вызывать сильный дискомфорт, пишет автор.
В то же время у такого поведения есть и "плюсы": эти люди часто ответственны, организованы и способны эффективно действовать в кризисных ситуациях.
Как это влияет на отношения
Потребность в контроле часто проявляется во взаимодействии с другими людьми. Это может быть нежелание делегировать задачи, стремление все проверять или тревога из-за изменения планов.
Иногда такой человек может казаться слишком требовательным или перфекционистом. Однако, как отмечают психологи, за этим обычно стоит не желание доминировать, а страх.
Цена постоянного контроля
Постоянная необходимость держать все под контролем изматывает. Значительная часть ресурсов тратится на планирование, анализ и предвидение возможных проблем.
Снаружи это может выглядеть как эффективность и ответственность, но внутри человек часто испытывает напряжение и усталость. По словам психологов, такие люди обычно являются одними из самых надежных, но в то же время и одними из самых измотанных.
Что стоит за этим поведением
Автор подытоживает: в центре этой модели – ребенок, который не получил достаточной эмоциональной поддержки. Чтобы справиться с этим, он выработал стратегии контроля, которые помогли ему адаптироваться. Однако во взрослой жизни эти механизмы продолжают работать автоматически, даже если опасности уже нет.
Поэтому люди, стремящиеся все контролировать, – это не "сложные" личности, а те, чья нервная система когда-то научилась выживать в нестабильной среде и до сих пор действует по старым правилам.
Ранее УНИАН писал, что люди, выросшие в 1960-х, обладают особой чертой – специфическим видом эмоциональной устойчивости, который сегодня становится все более редким. Речь идет о способности испытывать дискомфорт и не требовать немедленного его устранения, находиться с неприятными эмоциями и не разрушаться. Теперь же, когда взрослые постоянно вмешиваются, дети не развивают эти навыки. В результате первые серьезные эмоциональные трудности приходят не в 8 лет, а в 18, и тогда уже поздно формировать некоторые механизмы преодоления.
