Михаил Сирота: И Президент, и премьер стали жертвами...

Михаил Сирота: И Президент, и премьер стали жертвами...

Если форма госстроя президентская, то Президент не имеет права распускать парламент, если парламентская, – то Президент может распустить парламент в любой момент... На вопросы УНИАН ответил “отец” Конституции 1996 года

ПЕРВОПРИЧИНУ СЛЕДУЕТ ИСКАТЬ В ИЗМЕНЕНИЯХ 2004 ГОДА

Михаил Дмитриевич, считаете ли Вы Президентский указ о роспуске парламента легитимным?

Опасно выделять из контекста событий только один указ Президента и обсуждать его легитимность. Хотел бы провести аналогию: когда вы с горы бросаете камешек, то это только камешек. Но если он задевает ещё камешек, и ещё камешек, то в результате с горы сходит лавина, которая все сметает на своем пути. И первопричиной всего я считаю грубые ошибки, которые были внесены в Конституцию. Они не просто разбалансировали систему сдержек и противовесов, а создали два центра управления исполнительной власти, а следовательно, и государства. И именно эти изменения вынудили – хотели того Президент и премьер или не хотели – их воевать, воевать вплоть до того момента, когда кто-то из них не победит и не закрепит свою победу соответствующими изменениями в Конституцию. Это – общая ситуация. Вспомните, как все шло: закон о Кабмине, заявления о трехстах голосах, переход кинаховцев. При этом – одни ничем не лучше от других... Участники войн – не виноваты, и президент, и премьер, и оранжевые – жертвы процесса разбалансирования Основного Закона.

Видимо, не стоит снимать с политиков их персональной ответственности за происходящее...

Я бы все же таки назвал их жертвами. Иначе можно обвинять и общество, которое не смогло обеспечить свое развитие соответствующим политическим истеблишментом.

Что касается самого указа... В нем речь идет о досрочном прекращении полномочий депутатов Верховной Рады. Известно, что только статья 90 регламентирует, когда и как может проводиться досрочное прекращение полномочий Верховной Рады. Поскольку в указе нет ссылки на статью 90, то начинают говорить, что дух Конституции дает такое право. Кто бы что ни говорил, это всё эмоциональные или профессионально-эмоциональные оценки. А точку в этом вопросе должен поставить Конституционный Суд. Поэтому поскольку в указе о досрочном прекращении полномочий Верховной Рады нет ссылки на статью 90, мы обязаны получить на этот указ решение Конституционного Суда. Это моя позиция.

Некоторые утверждают, что раз Президент подписал указ, то со дня подписания парламент не должен работать. Это же нонсенс. Никто не дает права главе государства приостанавливать действие отдельной ветви власти. А если вдруг выборы не состоятся?

То же – в случае выражения недоверия Кабинету министров. Правительство продолжает выполнять свои полномочия вплоть до избрания нового Кабинета министров. Любая держава мира, в том числе Украина, ни на секунду не может позволить себе оставаться без какой-то из ветвей власти – законодательной ли, исполнительной ли, судебной ли.

Нужно ли расширять перечень оснований, на которых Президент может распускать парламент? Некоторые эксперты считают, что формализовывать перечень не нужно. Если в государстве парламентский строй, то Президент должен иметь право распускать парламент без лишней детализации соответствующих положений Конституции. Иначе осуществить это будет невозможно.

Абсолютно согласен. Это то же, если бы вы меня спросили, нужно ли, чтобы брюки от костюма были с отворотами или их следует носить без отворотов. Но сначала надо выяснить, какой это костюм, для какого случая. Мы берем одну, оторванную от ситуации норму и рассуждаем: должен или не должен Президент распускать парламент... Давайте идти от основ. Какую форму государственного строя мы хотим иметь? Президентскую, парламентскую, президентско-парламентскую или парламентско-президентскую? Исходя из этой общей концепции должны это определять. Если форма президентская, то Президент не имеет права распускать парламент, если парламентская, то Президент может распустить парламент в любой момент.

Следовательно, при президентской форме правления Президент не может распускать парламент, при парламентской – может...

При парламентском строе он обязательно имеет такие права, и они даже шире, чем сейчас. Иначе, если Президент имеет всю полноту власти, а к тому же ещё и право роспуска парламента, то нарушается баланс. Так же, в случае, если полнота власти у парламента – у Президента должен быть реальный рычаг баланса.

Но сначала давайте определимся с концептуальной моделью. Мы же не завершили конституционную реформу, мы же застыли посередине, разрушив систему сдержек и противовесов.

Мы идем к парламентско-президентской форме, а в перспективе – через десять-двадцать лет – к парламентской государственной модели. Но говорить о форме государственного строя без понимания общей стратегии политического и социально-экономического развития Украины вообще не приходится. Сначала следует создать стратегию, а затем говорить, какая под эту стратегию подходит концепция конституционного строя, а уже после этого – какие нужные полномочия. А так мы выдергиваем нормы из контекста Основного Закона и начинаем вокруг этого водить людей с флагами.

А при условии перехода к парламентской республике должен ли быть формализирован перечень условий для роспуска парламента?

Нельзя совсем его не формализовать. Потому что, знаете, Президент – живой человек. Его избрали, а там вдруг что-то у него случилось с нервами... Определенные ограничения все равно есть, но уровень этих ограничений определяется общей системой сдержек и противовесов.

На сегодня я говорю: изменения в Конституцию разрушили баланс, и он не восстановлен, поэтому нам нужно восстановить баланс. Каким образом? Следует снять самые грубые ошибки, которые привели к конфликту, завершить конституционную реформу в плане местного управления и судебную реформу и переходить к формированию стратегии развития государства.

СУДЬЯМ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА ПОЧТИ НЕВОЗМОЖНО ВЫДЕРЖАТЬ ЭТО ДАВЛЕНИЕ

Как в таких условиях Конституционный Суд может принять решение?

Судьи Конституционного Суда должны иметь не просто высокий моральный авторитет в стране, но и такой же высокий авторитет в мировом содружестве. Зачем это нужно? Потому что только авторитет судей дает им возможность не поддаваться давлению, которое есть в каждой стране. Судья, известный юрист может сказать любому должностному лицу, оказывающему на него давление: знаете, уважаемый, мне моё имя – дороже. Ступайте себе.

У нас такого не случилось... У нас, признаемся, членами Конституционного Суда часто бывают случайные люди. Их назначали по политической квоте, а не по принципу высокой морали, профессиональности. И это беда Украины и беда конституционных судей. Потому что им трудно, почти невозможно выдержать это давление. То есть они даже не представляли, когда принимали присягу, с чем им придётся столкнуться.

Они заняли такую позицию: девять месяцев идет работа, но ни одно решение не принято. То есть пусть лучше нас ругают, что мы ничего не принимаем, чем будут ругать за решение. Они балансировали, но всему есть предел. И указ Президента этот предел очертил. Теперь они не могут не принять решения. И тут судьи Конституционного Суда будут проходить испытание и на профессионализм, и на гражданскую позицию. На эту грань испытания они ставят всю Украину. Дай им Бог здоровья, сил, нервов принять взвешенное, справедливое решение.

Возьмем Россию 1993 года, когда Конституционный суд РФ не поддержал указ Ельцина. Конституционный суд был распущен, а парламент расстрелян. Это не та модель, которая нужна Украине. Суд должен сделать не конъюнктурные, не политические, а исключительно правовые решения. С другой стороны, я бы призвал всех политиков выполнить это решение. Надеюсь, что после Пасхи суд примет взвешенное решение.

Еще один, выставленный Кабмином барьер – запрет финансировать выборы через бюджет. Как быть с финансированием?

Есть два принципиальных момента. Украина - правовое государство, поэтому все должностные лица должны действовать исключительно в правовом поле и не прибегать к принципу политической целесообразности. Статья 19 Конституция пишет: должностные лица должны действовать исключительно путём, определенным законом. Государственный бюджет, определяющий финансирование всех государственных расходов не предусматривает расходов на выборы. Следовательно, мы должны внести изменения в бюджет и на законодательном уровне получить возможность профинансировать избирательную кампанию.

Можем ли мы использовать резервный фонд? Закон ясно говорит, куда можно использовать средства резервного фонда. И там не предусмотрено использование их на внеочередные выборы. Можно воспользоваться принципом политической целесообразности, но тогда нужно забыть, что Украина - правовое государство. А это очень опасно.

Есть еще одна проблема – несовершенный закон о выборах народных депутатов, который только рамочно описывает, как именно провести внеочередные выборы в парламент. Он предусматривает, что за 55 дней до выборов прекращается открытие банковских счетов партий и блоков, участвующих в выборах. У нас вообще указ был подписан за 55 дней до даты выборов. Ни одна партия счет не открыла, а ещё нужно и съезды провести, чтобы ЦИК зарегистрировала списки. Ну, как партии и блоки могут начинать избирательную кампанию, если они не могут заплатить ни за рекламную кампанию, ни за выступления лидеров?

Возникает вопрос: как быть избирателям? Голосовать вслепую, на эмоциях: кто за Витю, кто за Юлю, кто за Петю? Это нонсенс – в таких острых противостояниях не иметь информации об избирательных блоках, партиях, программах. А по закону мы не сможем ее иметь. Поэтому, кроме изменений в бюджет, следует внести соответствующие изменения в закон о выборах, потому что по действующему закону досрочные выборы провести невозможно.

Мы забываем еще о такой вещи. Оппозиция говорит, что досрочные выборы проводятся часто в разных странах мира. Это – правда, но в большинстве стран, где проводятся выборы, их инициируют правящие коалиции, которые выбирают наилучший для себя момент и говорят: вот мы обратимся к народу. И получают пролонгацию еще на пять лет. Но практически нигде выборы не проходят в момент противостояния и политического кризиса. А если и проходят, то элиты договариваются, как это было у нас в 1994 году. Когда Президент договорился с парламентом, правительство согласилось, и пошли на выборы – парламентские и президентские. А при несовершенном законе о выборах, серьезном противостоянии Президента с парламентом и Кабмином я не представляю, как можно провести выборы. Потому если политики не способны исправить основу для выборов (а основа политического кризиса – конституционный кризис) и не могут предложить ничего, кроме выборов, то хотя бы договоритесь: давайте пойдем на выборы. Но ради этого исправим закон о выборах, внесем изменения в бюджет...

Как Вы оцениваете шаги, которые предприняли после указа Верховная Рада и Кабинет министров?

Одна ошибка накладывается на другую, потом на эту ещё одна... Лавина ошибок. Мы живем в условиях минного поля. По нему следует ходить с миноискателем и искать дорожку, а тут все галопом несутся. Верховная Рада принимает постановление о смене ЦИК – это следовало делать по представлению Президента. Значит оно – неконституционное. Но посмотрим сейчас – нынешний состав ЦИК назначался Верховной Радой прошлого созыва, но без представления Кучмы. Ну что мы будем иметь, когда начнем вытягивать это? Большее нарастание противостояния. Таких примеров – множество.

ВЫБОРЫ ЛУЧШЕ ПРОВЕСТИ В ДЕКАБРЕ

Я здесь прочитала интересную оценку. Кто-то из моих коллег вполне справедливо заметил: Кивалова, который устроил цирк в Печерском суде, следовало посадить в 2004 году. Потому что тогда, на зоне, он бы понял, что совершил преступление и не рвался бы сейчас опять что-то считать и отменять... Мы тогда ограничились полумерами: рядовых фальсификаторов амнистировали, до высоких должностных лиц не добрались. И имеем ренессанс Кивалова вместе с шоу по отброру печати суда...

Опять же первопричиной кризиса является не указ Президента, а нарушение норм Конституции в 2004 году... Так же первопричина этих вещей не то, что кого-то не посадили. В Украине не раскрыто ни одно ужасное политическое преступление. Убийство Чорновила, убийство Гетьмана, убийство Гонгадзе, убийство Кравченко, убийство Кирпы... Их души вопиют о наказании виновных. А мы этого не делаем.

Сначала это нужно решить, а там весь другая цепочка преступлений пошла бы сам собой. Кого нужно, посадили бы, кого не нужно – выпустили бы. Но у нас что делается? Такие страшные убийства, которые имеют влияние на направление развития страны, не рассматриваются... В конце концов, я хотел бы узнать и об отравлении Президента...

Президент не так давно создал Конституционную комиссию, в которую были приглашены и Вы...

Конституционная комиссия ещё создано не было. Потому нельзя говорить, что она работала, и я работал в ее составе. Но ещё с 2005 года мы с коллегами обращались с письмом к Президенту, призывая создать комиссию или Конституционную ассамблею, чтобы решить вопрос конституционного кризиса, иначе она перерастет в жесткое противостояние. Я тогда давал много пресс-конференций и говорил: из-за ошибок, допущенных при принятии изменений в Конституцию, будет дестабилизация. После выборов 2006 года я говорил, что этот парламент не просуществует долго.

Я готов помочь всем – и Президенту, и Кабмину – своим опытом и советом, чтобы выйти из конституционного кризиса и завершить реформу в интересах общества. Потому что в конституционных войнах победителей не бывает, именно общество или выигрывает, или очень сильно проигрывает.

Некоторые из политиков считают, что лучше провести референдум...

Представьте себе человека, обремененного кучей дополнительных проблем и который часто не имеет соответствующего образования. А мы спрашиваем его: уважаемый, вы за парламентско-президентскую форму правления или за президентско-парламентскую? А у Генпрокуратуры какие должны быть функции – общего надзора или нет? Нужны ли органам местного самоуправления свои исполнительные комитеты, лучше ли обойтись государственными администрациями? Или, может, государственные администрации должны выполнять функции префектур? А они скажут: так это же просто. Вот делай так, вот делай – так (иронизирует. – Авт.)...

После выборов проблема совершенствования Конституции остается. Что следует делать?

Было бы желательно сейчас сесть и подумать, как можно исправить конституционные ошибки. Внести соответствующие изменения в Конституцию, в том числе – по местному самоуправлению. И в переходных положениях написать – поскольку Конституция изменена – в декабре назначаем досрочные выборы в Верховную Раду, а в марте следующего года – в местные советы. Тогда бы и ликвидировали причину криза и цивилизовано, без противостояний решили, как идти на выборы.

То есть, Вы по-прежнему считаете, что нужна не новая Конституция, а внесение изменений в действующую?

Я был и остаюсь сторонником того, что любая новая Конституция сразу же упрется в жесткое противостояние наподобие – второй государственный язык, двойное гражданство, федеральный уклад... Я это уже проходил, когда мы принимали Конституцию 1996 года. Тогда парламент был умереннее, спокойнее, и то мы еле-еле нашли грань компромисса.

У всех разговоров о принятии новой Конституции два основания. Люди малопрофессиональны и не знают, о чем говорят, и во-вторых, питают иллюзии, что смогут сделать Конституцию под себя.

Но даже один из самых сильных и талантливых политиков Леонид Кучма, который хотел сделать Конституцию под себя, испытал неудачи. Хотя у него под контролем был Кабмин, парламентское большинство, губернаторы, силовики. И он не смог. Потому что Конституция – общественный документ, регулирующий интересы всего общества. Тут вмешиваются какие-то высшие силы, которые не дают отдельным политикам сделать так, как они хотят.

Лана Самохвалова

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter