Фото УНИАН

Крымчане о депортации: «Прабабушка успела взять только чуть-чуть детских вещей, пуховый платок и тазик»

Тысячи татар из года в год собирались в Крыму 18 мая, чтобы почтить память своих предков, ставших жертвами насильственного выселения с территории полуострова в 1944 году. Сегодня, после российской аннексии, современные оккупанты пытаются лишить крымцев даже этого права. Права на память.

Фото УНИАН

71 год назад, когда крымчане, наряду с другими гражданами СССР, боролись на фронте, их старики, женщины и дети, оставшиеся в Крыму, были депортированы. Страшное решение сталинского режима о насильственном переселении крымцев в Среднюю Азию привело к гибели около 80 тысяч крымских татар. А тех, кто выжил, лживая советская пропаганда на десятилетия обозначила клеймом – «предатели»…

Тех, кто лично пережил депортацию, в Крыму осталось немного. Но у каждой крымскотатарской семьи есть своя история о геноциде. Предки крымской татарки Камилы Саадат жили в Симферополе. Бабушку Камилы Софие Тахтаганову депортировали на Урал. На момент «переселения» ей было 20 лет. Подверглась насильственному выселению и старшая сестра бабушки, у которой было двое детей. Годовалый младший сын женщины в дороге умер от холода. Двоюродный брат Софие Тахтагановой, как и все, не хотел уезжать, спрыгнул с поезда и вернулся домой. За этот «проступок» он получил 25 лет тюрьмы.

«Бабушка рассказывала, что накануне депортации, рядом с их домом снарядом убило лошадь, они из нее сделали колбасу. Эту колбасу ели всю дорогу на Урал, потому что на вагон, забитый людьми, давали только мешок хлеба и ведро похлебки», - рассказывает Камила.

На Урале родственников девушки поселили в бараке и отправили работать на лесоповал. «Мне трудно представить, как такие молодые девушки как моя бабушка и ее сестра, валили лес. Думаю, что кроме физической силы, огромной была сила духа», - считает Камила.

Крымской татарке Эвелине Арифовой о депортации тоже рассказывала бабушка. «Моя бабушка, которой тогда было всего пять лет, ее сестра и их мама жили в Бахчисарайском районе в селе Керменчик (сейчас оно называется Высокое - УНИАН). К ним пришли и сказали, что у них есть 10-15 минут на сборы. Моя прабабушка успела взять только чуть-чуть детских вещей, так как дети были маленькие, пуховый платок и тазик», - рассказывает девушка.

По словам Эвелины, ее прабабушку депортировали, когда прадедушка был в плену у немцев и даже не подозревал, что с его родными случилось такое горе. Семью девушки также вывезли на Урал. Первое время прабабушка с двумя малолетними детьми жила в лесу. «Бабушка рассказывала, что было очень холодно, они грелись у костра, а вокруг ходили волки. Но местные жители жалели депортированных, просили помогать по огороду и потом платили им картошкой. Так они и выжили», - делится воспоминаниями Эвелина.

Крымская татарка Лилия Ахтемова о депортации узнала от дедушки, которому, на момент выселения из родного дома в селе Приятное Свидание было 11 лет. Лилия рассказывает, что дедушка всегда вспоминает об этом дне со слезами на глазах и часто повторяет: «Я не знаю, как мы выжили».

«Дедушку с тремя братьями, мамой и бабушкой усадили в грузовик и вывезли на железнодорожную станцию. Людьми «набивали» до отказа в вагоны для скота. Депортированных было очень много, невозможно было даже сесть. В дороге кормили редко. Давали ведро баланды на всех, а другое ведро служило туалетом. В таких условиях люди ехали 17 дней. По дороге многие умирали, их тела во время остановок просто выбрасывали из вагонов», - рассказывает Лилия.

В семье дедушки Ахтемовой дорогу пережили все. Их привезли в Узбекистан, где местное население заведомо было настроено на «прием» врагов и предателей из Крыма. Поэтому отношение местных к депортированным татарам было недоброжелательным. Семья долгое время жила в обычном хлеву. Дедушка Лилии со старшим братом работали в местном колхозе за трудодни, то есть, бесплатно. Иногда им «платили» тарелкой похлебки, которая состояла из воды, кусочка свеклы и картошки. Третий брат, самый младший, работать не мог вовсе, из-за постоянного недоедания он болел рахитом. «Они ели все, что удавалось найти, даже картофельные очистки», - рассказывает Лилия Ахтемова.

Запреты современных оккупантов

REUTERS

Для Камилы, Лилии и Эвелины, как и для других крымских татар, День памяти – крайне важный день. 18 мая крымцы ежегодно собирались на центральной площади Симферополя на траурный митинг. «В этот день мы все солидарны – от самого маленького до пожилого идем на митинг, чтобы почтить память жертв депортации. 18 мая мы всегда вспоминаем рассказы старших, рассказываем своим детям об этих событиях, о причинно-следственных связях переселения. Не с целью разжигания ненависти, а, чтобы помнили историю и делали правильные выводы. Мы обязательно в этот день молимся, оплакиваем тех, чья жизнь оборвалась раньше срока, и тех, кто выжил, но судьба их все равно была тяжелой», - подчеркивает Камила Саадат.  

В прошлом году, после оккупации Крыма Россией, из центра Симферополя крымским татарам пришлось переместить такие мероприятия на окраину города. Сам траурный митинг проходил в оцеплении, за собравшимися пристально наблюдал ОМОН.

В текущем году российская власть и вовсе запретила крымскотатарскому народу собираться в Симферополе. Аргументировали тем, что на площади Ленина не предусмотрено проведение масштабных акций, кроме мероприятий по случаю «государственных праздников». Более того, нелегитимные власти города сообщили крымцам, что 18 мая намечается реконструкция площади. «Меня просто убивает, как сейчас людям не дают выйти на траурный митинг и почтить память погибших. Когда, как от зверей, огораживают забором площадь и окружают автозаками», - приходит в негодование Лилия Ахтемова от политики российских оккупантов.

Впрочем, нынешний запрет траурного митинга в Крыму для представителей крымскотатарского народа не вызвал у крымцев удивления. «То, что они запретили проведение траурных мероприятий в Крыму, для нас не было неожиданностью. Поэтому мы подготовились - перенесли акцент по проведению таких мероприятий с Симферополя в Киев», - рассказывает руководитель аппарата уполномоченного президента по делам крымско-татарского народа Арсен Жумадилов. 

Крым в обмен на Донбасс?

 qtmm.org

По его словам, запрет проведения Дня памяти - далеко не единственное последствие оккупации. Татары уже год подвергаются массовым преследованиям, и крымцы все это время обратить внимание мира на проблемы, созданные оккупацией. К сожалению, пока безуспешно. «Мы должны обращать внимание, прежде всего, на саму оккупацию, которая предшествовала этим событиям, а не на то, чтобы оккупанты смилостивились и разрешили нам на один день собраться всем вместе, - подчеркивает Арсен Жумадилов. – Мы призываем международное сообщество оказать давление на Россию. Наша цель состоит в том, чтобы россияне покинули Крым и ушли оттуда вместе со своими военными».

Пока поставленная задача – право быть хозяевами на своей Родине – только в перспективе. «Позиция коренного народа и его отношение к стране-агрессору ясна. И задача украинской власти сводится к созданию формата, при котором вопрос деоккупации Крыма должен всегда стоять в повестке дня любых международных встреч и переговоров», - отмечает эксперт фонда «Майдан иностранных дел» Юрий Смелянский.

По его словам, в международных документах четко отражено, что «право на определение судьбы своей Родины принадлежит только коренному народу».

Эксперт допускает, что в Кремле рассматривают вопрос «обмена» - Донбасс на Крым. То есть, восток Украины российско-террористические войска могут оставить в покое, если мировая общественность «забудет» о Крыме. Однако, по мнению Смелянского, Украине следует ломать этот сценарий любыми методами. «Сегодня, вопрос территориальной целостности нашей страны может стать частью общенациональной идеи. В мире, на наш взгляд, плохо воспринимают, скажем так, «взрослость» или «зрелость» страны, если она не дорожит своей территориальной целостностью. Поэтому, на наш взгляд, вопрос деоккупации всех украинских территорий без исключения должен стать той красной чертой, пересечение которой «политически смертельно» для любых представителей государственной власти или органов местного самоуправления. И эта «политическая смерть» должна наступать автоматически, даже при попытке только начать вести разговоры на тему отказа хотя бы от части территории страны», - считает эксперт.

По его словам, реальной и полноценной помощи от мирового сообщества следует ожидать только в случае собственных реальных, а не декларативных, дел по деоккупации украинских территорий. «Мир может оказать огромную помощь нашей стране в прекращении войны, восстановлении территориальной целостности, получении компенсации за нанесенный ущерб, но есть одно условие - наша власть должна делать реальные шаги по изменению системы в нашем государстве. Не говорить о будущих изменениях, а изменять страну каждый день. Тогда и международное сообщество будет помогать нам в тех объемах, которые нам хотелось бы видеть», - считает Юрий Смелянский.

Елена Пащенко

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter