Гончар: «Газовое соглашение с Россией стоит не дороже бумаги, на которой оно написано»

Гончар: «Газовое соглашение с Россией стоит не дороже бумаги, на которой оно написано»

Об итогах трехсторонних газовых переговоров, а также о том, кто сыграл главную скрипку во временном разрешении украинско-российского газового конфликта, и о «летних» перспективах Украины рассказал в интервью УНИАН президент Центра глобалистики «Стратегия XXI» Михаил Гончар.

В газовой войне Украины и России наступило временное перемирие. Очередные – седьмые за полгода в трехстороннем формате переговоры в Брюсселе закончились подписанием «зимнего пакета» соглашений. «Газпром» в ближайшие часы возобновит прерванные в июне текущего года поставки голубого топлива. Его цена для Украины в четвертом квартале составит 378 долларов за тысячу кубометров, в первом квартале 2015-го – 365 долларов, с учетом скидки в 100 долларов за 1000 куб. м по действующему контракту «Газпрома» и «Нафтогаза» от 2009 года и стоимости нефти на мировом рынке. Также на время действия «зимнего контракта» - с 1 ноября по 31 марта – отменен режим «бери или плати». Кроме того, Украина до конца года выплатит России 4,6 млрд долл., включая сумму долга за топливо, поставленное в предыдущие периоды на 3,1 млрд долл., а также еще 1,5 млрд долл. в качестве предоплаты за 4 млрд кубометров газа, которые будут закуплены до конца года. Европейская комиссия письменно закрепила свои гарантии финансовой поддержки Украины в части оплаты российского газа в случае, если Россия в одностороннем порядке не выполнит своих обязательств о соблюдении цены. Вице-президент Еврокомиссии Гюнтер Эттингер, принимавший участие в газовых переговорах, это подтвердил и сообщил, что фиксированная цена газа в «зимнем контракте» закреплена на уровне 385 долларов. В свою очередь, в Минэнерго РФ заявили, что с апреля 2015 года намерены вернуться к базовой контрактной стоимости, если не будет переговоров по «летнему» контракту.

Прокомментировать ситуацию, уточнить ряд параметров договоренностей, а также спрогнозировать «летние» перспективы Украины УНИАН попросил президента Центра глобалистики «Стратегия XXI» Михаила Гончара.

Президент Центра глобалистики «Стратегия XXI» Михаил Гончар / Фото УНИАН

Михаил Михайлович, еврокомиссар по вопросам энергетики Гюнтер Эттингер заявил о фиксированной в «зимних» договорах цене газа в 385 долларов, премьер-министр Арсений Яценюк на последнем заседании правительства озвучил поквартальную стоимость топлива – 378 и 365 долларов. Цифры, как видно, разнятся. Объясните, какая же на самом деле цена газа для Украины?

Фиксированную цену 385 долларов за тысячу кубометров нужно рассматривать ни как некую неизменную цифру на все времена, а как такую, от которой «пляшут» с учетом привязки газового контракта к стоимости нефти. Цифра 385 получилась следующим образом: от цены 485 долларов, зафиксированной согласно основному контракту «Нафтогаза» и «Газпрома» на второй квартал этого года – когда и возник спор о стоимости топлива, отняли 100 долларов как экспортную пошлину. Потом учли нынешнее удешевление нефти и получили на 4 квартал цену 378 долларов. А в расчете цены на первый квартал 2015 года учитывалось еще большее снижение цен на нефть, поэтому и вышло 365 долларов.

Успех разрешения спора между Украиной и Россией можно считать исключительно заслугой Евросоюза? Или ситуация на нефтяном рынке сыграла главную скрипку?

Слагаемых успеха три. И, подчеркну, успеха условного.

Почему условного?

Пока мы не пройдем зимний сезон, нельзя говорить, что угроза газового кризиса ликвидирована, поскольку соглашение с Россией не стоит больше, чем бумага, на которой оно написано. Минские договоренности тому подтверждение.

Что касается Еврокомиссии, то для Баррозу и Эттингера, достичь газовых договоренностей, было вопросом чести, По сути, в последний день пребывания в должности они вышли из ситуации эффектно.

Но свою роль Европейская комиссия сильно преувеличивает. Десять раундов переговоров, практически полугодичный процесс были бесплодными. И все потому, что стратегия ЕК изначально была провальной. В главном туре 7-раундовых переговоров она являлась просто наблюдателем. И не раз европейская сторона склонялась в сторону «Газпрома». Поэтому ее значимость в ходе переговоров слишком раздута.    

Вы сказали, что есть три фактора, которые сыграли основную роль для временного разрешения газового конфликта…

Первый фактор - снижение цен на нефть. Он, безусловно, сделал Россию демонстративно сговорчивой. Хотя не изменил ее планы по проталкиванию «Южного потока», то есть, своей «уступчивостью» Россия пыталась наладить отношения с Еврокомиссией. Но Москва не откажется от своего главного аргумента в пользу «Южного потока». Для продвижения этого проекта России необходим газовый кризис, чтобы прекратить транзит газа через Украину. Тогда она скажет ЕС - хотите вы или нет, но «Южный поток» необходим в виду «нестабильности» Украины.

Второй фактор – впервые в процессе газовых переговоров украинская сторона действовала достаточно последовательно в вопросе отстаивания своих интересов. Украина не ходила окольными путями, пошла напрямую - решала проблему с участием Европейского Союза.

Третий фактор – произошедшее в разгар переговоров, буквально 30 октября. И это то, что Эттингер может занести себе в актив – решение Еврокомиссии отложить рассмотрение вопроса по газопроводу Opal на конец января 2015  года (в газопровод Opal поступает российский газ, приходящий в Европу по морскому трубопроводу «Северный поток», но из-за ограничений европейских регуляторов на фоне Третьего энергопакета труба загружена только наполовину – ред.). Это можно назвать достижением ЕК, которое снижает риск возникновения в ближайшее время газового кризиса.

Замысел России был прост. Она выдвигала условие немедленного снятия c Opal всех ограничений. Тут же бы она перебросила часть транзита на «Северный поток», чем бы, по сути, дестабилизировала и без того работающую на минимуме рентабельности украинскую ГТС. В трубе падало бы давление, затем последовало бы обвинение в воровстве газа и транзит через Украину отключили бы. И начался бы, как и в 2009 году, полномасштабный газовый кризис. Таким образом, решение по Opal - достижение Еврокомиссии. Хотя все это можно было сделать раньше, выставив жесткое условие России – этот вопрос рассматриваться не будет, как минимум, до весны 2015 года. И тогда бы не потребовалось массы раундов переговоров.

Вы отметили, что иногда в процессе переговоров ЕК выступала на стороне «Газпрома», тормозила она и решение с Оpal. Почему Европа не идет на прямой конфликт с «Газпромом», хотя все время заявляет о диверсификации энергетических отношений?

Европа – ленива и неадекватна во многих вопросах. Она живет в старой системе координат, не извлекая уроков из прошлых газовых кризисов. Европа и дальше продолжает рассматривать газовые споры как просто бизнес-конфликт. Отсюда и неадекватный анализ мотивов и действий сторон, в первую очередь, России. Отсюда и неадекватная рецептура для лечения болезни. Соответственно, нет эффекта. Сорос не зря сказал в своей недавней статье – «Европа, проснись».

Газовый фронт для России – гибридная война против Украины. И против ЕС тоже, хотя тут не задействован военный компонент. Поэтому Европой эта война воспринимается как бизнес-недоразумение. То есть, две страны, которые не являются членами Евросоюза, никак не могут разобраться в своих отношениях, нужно просто помочь им все уладить, и от этого в ЕС все будет прекрасно – и тепло, и деньги пойдут. Европа, увы, осталась в прошлом. Она живет в своем параллельном, комфортном мире, не обращая внимание на то, что на востоке именно Европы идет война. Она не хочет этими реалиями себя озадачивать. А отсюда такой прессинг России на Украину.

Украина ранее заявляла, что выступает категорически против снижения Россией цены газа по принципу «скидки», то есть, цена должна быть зафиксирована в соглашении. Теперь же заявляют и Эттингер, и в правительстве России, что отдельным протоколом договоренностей будет зафиксирована 100-долларовая именно скидка. Что это значит?

Для меня это тоже не совсем понятно. Правительство России может провести «скидку» своим решением, но вопрос в том, как это будет сформулировано в протоколе. И это очень важно. Пока не увижу документов, сложно комментировать. Но разночтения есть.

Согласно «зимнему пакету» соглашений, Украина закупит до конца года 4 млрд кубов газа. По утверждению Эттингера, при необходимости можно будет еще закупить топливо за предоплату. Заявленного объема газа нам хватит?

Украине хватит и того газа, который у нее есть на сегодня. Но никто не знает, насколько холодной будет зима, и самого главного – совпадут ли пики холодов в Украине, России и Европе. В 2012 году они совпали, и «Газпром» не смог справиться со своими контрактными обязательствами по поставкам. Поэтому Украина исходила из того, что имеет смысл лишний раз подстраховаться, плюс давление со стороны Европы.

Заключенные договоренности временные – до апреля следующего года. Таким образом, в отношении перспективы Украины вырисовываются два варианта: Стокгольмский арбитраж к этому времени примет промежуточное решение по цене газа, или нам предстоит пережить очередной газовый переговорный процесс с Россией?

Второй вариант реальней. Россия будет продолжать свою политику выматывания нервов. Опять же, заработает новый состав Еврокомиссии. Москва будет пытаться все утрясти. Будет снова штурмовать брюссельские коридоры власти и доказывать свою правоту.

Что касается Стокгольмского арбитража, то у него есть своя четкая процедура, которой он неуклонно придерживается. Вряд ли там начнут суетиться.

Но власть заявляла, что обращалась в Стокгольмский арбитраж с просьбой ускорить рассмотрение исков Украины…

Обращаться с просьбой можно, но, повторюсь, у Стокгольмского арбитража своя процедура. Поэтому просьбы ни к чему особому не приводят.

Бытует мнение, что газовый кризис провоцирует исключительно Россия. Это так?  

Нет. Представим себе, что зима будет не супер холодной, а среднестатистической. Европейские трейдеры накопили много газа. При теплой зиме все объемы не будут использованы. Как результат, компании понесут расходы, то есть, убытки. Хранение газа в Европе – крайне дорогое удовольствие. Газ начнут сбрасывать на спотовый рынок, предложение увеличится, цена – упадет. В принципе, подобное уже происходило в текущем году, когда газа было накоплено много в ожидании аномально холодной зимы, а летом на споте его цена составляла 190 долларов – и в этот момент Украине «Газпром» предъявлял цену 485!

По большому счету, многие европейские трейдеры заинтересованы с точки зрения минимизации убытков и максимизации прибыли в том, чтобы газовый кризис был – цена подскочит, газ успешно реализуется. Об этом никто не говорит вслух, но это имеет место быть. В Европе очень хорошо ощущаются таки бизнес-опасения. Другими словами, заинтересованные в газовом кризисе субъекты есть не только с российского конца трубы, но и с европейского.

Нана Черная (УНИАН)

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter