Суд над Тимошенко: приобщить к делу “ключевой документ” Киреев отказался

Суд над Тимошенко: приобщить к делу “ключевой документ” Киреев отказался

«Вы можете со мной расправиться: у вас есть все для этого: власть, деньги, полномочия... Все, что сегодня происходит на судебном процессе, касается будущего нашего государства»...

«Вы можете со мной расправиться: у вас есть все для этого: власть, деньги, полномочия... Все, что сегодня происходит на судебном процессе, касается будущего нашего государства»...

Снова о медобследовании

Юлия ТимошенкоПоследние судебные заседания у Луценко и Тимошенко начинаются по одной схеме – оппозиционеры за решеткой просят допустить врачей для медобследования. В СИЗО их здоровье пошатнулось.

– Согласно данным, которые имеет суд, состояние здоровья подсудимой не изменилось, – категорически отвечает судья Родион Киреев на ходатайство адвоката Тимошенко Александра Плахотнюка предоставить разрешение на проведение обследования состояния здоровья экс-премьера ее личным врачом

– Ко мне пришел консилиум чиновников... Но я не хочу представителям власти позволять проводить мое обследование. Я им не доверяю и не знаю, с какими намерениями приходят люди от президента Украины и Администрации президента, – отмечает Юлия Тимошенко.

– Ваши утверждения не отвечают действительности, – возмущается Киреев. – Суд неоднократно предоставлял возможность провести обследование здоровья, а ваши личный врач и медсестра были допущены к осмотру состояния здоровья, но вы не воспользовались своим правом.

– Я информирую суд: мой врач и медсестра формально включаются в эту комиссию, но не допускаются, чтобы взять анализ крови... – не сдается подсудимая.

Тома уголовного дела множатся

После словесного спора, пообещав еще раз рассмотреть ходатайство за пределами судебного процесса, Киреев начинает де-юре “исследовать материалы дела”, де-факто – что-то монотонно бормотать, листая страницы бесчисленных томов.

А с количеством томов уголовного дела Тимошенко и в самом деле выходит какая-то путаница.

В руках у Киреева удивительным образом появляются все новые и новые тома. После зачитывания 21-го тома Киррев приступает к 22-у, потом к 23-у.

Судья почему-то не сообщает об общем объеме уголовного дела Тимошенко, создавая интригу на пустом месте.

Защита пытается добиться перерыва для ознакомления с материалами новосозданных томов. Однако председательствующий просьбы игнорирует.

Раньше прокурор Лилия Фролова заявляла, что уголовное дело насчитывает 21 том, из которых 14 – материалы досудебного следствия и 7 – материалы судебного следствия.

(Уже позже госпожа Фролова объяснит, что новые тома сформировались во время судебного разбирательства из ходатайств, протоколов и заявлений).

Приобщить к делу “ключевой документ” Киреев отказывается

Родион КИРЕЕВ Покончив с последним 23-м томом, Киреев начинает зачитывать документы, которые привлекаются к делу как доказательства.

По ходатайству адвокатов судья соглашается приобщить к материалам дела письмо бывшего генпрокурора Александра Медведько, в котором отмечается, что экс-премьер-министр имела право давать рекомендации Нафтогазу относительно газовых контрактов.

Также по ходатайству защиты к делу приобщают письмо контрольно-ревизионной комиссии, датированное 2010 годом, в котором, по словам адвоката Тимошенко Николая Серого, «прямо указано, что невозможно установить какие-либо убытки с учетом подписания внешнеэкономических контрактов, потому что нет данных о том, что настоящие контракты были заключены на заведомо невыгодных условиях».

Перед перерывом Киреев еще зачитывает ходатайство о присоединении к материалам дела в качестве доказательств заключения компании Ernst&Young, в котором подается правовая оценка соглашений, подписанных в Москве 20 января 2009 года, публикаций о ходе газовых переговоров в 2009 году и "научно-консультационного заключения относительно постановления о притягивании в качестве обвиняемой Юлии Тимошенко и анализе обвинительного заключения заведующим кафедры криминологии университета Шевченко - Андрушко".

После перерыва анализ обвинительного заключения Андрушко таки приобщают к материалам уголовного дела. А вот вокруг заключений Ernst&Young возникает бурная дискуссия.

По мнению защиты, этот аудит является "ключевым документом", который доказывает невиновность Тимошенко.

– Четвертый раз мы выходим с ходатайством приобщить международный аудит Ernst&Young. Более достоверного, компетентного документа о хозяйственной деятельности Нафтогаза не существует, – настаивает Тимошенко. – Документы этой компании принимаются банковскими учреждениями для осуществления кредитования. Этому аудиту доверяет мир. Поэтому я прошу обязательно привлечь аудит... Он базируется на бухгалтерских документах. Более весомого доказательства нет. Он опровергает главный тезис (прокуроров. – Авт.) – о наличии убытков (Нафтогаза). Их просто не существует.

Киреев отказывается привлечь как доказательство к материалам дела аудит деятельности Нафтогаза, осуществленный Ernst&Young.

Тимошенко возмущена.

– Нам отказано в приобщении ключевого документа, ключевое доказательство того, что никаких убытков в 2009 году компании “Укртрансгаз”, которая осуществляет непосредственно транспортировку российского газа через территорию Украины, не было нанесено, – говорит Тимошенко. – Не долучивши настоящий документ, который имеет международный статус и достовернее, чем все документы, поданные ГПУ, судья отказывается устанавливать истину в деле и искусственным образом устраняет из уголовного дела настоящие обоснованные доказательства, которые невозможно опровергать и которые прямо противоречат выдвинутому обвинению. Это есть доказательство того, что дело пытаются дальше подделывать и приговор пытаются подготовить незаконно... Судья действует на стороне обвинения.

Зал взрывается аплодисментами.

– Вы допускаете высказывания, которые свидетельствуют о пренебрежении к суду!.. – начинает традиционное “укрощение строптивой” Киреев.

– Господин судья, когда вы ежедневно будете ездить в Лукъяновское СИЗО и вас будут держать в бетонных норах вместе с тараканами, я вам напомню этот ваш монолог, – не отступает Тимошенко, вызывая новую волну оваций в зале.

Поднимается прокурор.

КИРЕЕВ, ТИМОШЕНКО– Поскольку она в своей речи допустила обвинение... – начинает он речь.

– Не “она”! У меня есть фамилия, – отмечает экс-премьер.

– Подсудимая допустила в своей речи обвинение стороны обвинения о фальсификации дела, – продолжает прокурор. – Такие заявления являются голословными.

– Меня осталось только расстрелять, – парирует Тимошенко. – Уже посадили, уже сфальсифицировали дело...

– Вы в который раз нарушаете порядок в зале судебного заседания, – опять начинает судья воспитательный процесс.

– Это цирк, театр и абсурд, – не отступает Тимошенко.

– Вы провоцируете суд на удаление вас из зала судебного заседания, – отмечает Киреев, добавляя. – Суд не поддается на провокации.

– То есть вы на это получили указания, – улыбаясь парирует экс-премьер.

Доказательства прибыльности

Еще одним доказательством защита просит приобщить к делу заключение экспертного исследования ООО “Центр судебных экспертиз “Альтернатива”.

Ходатайство удовлетворяют частично.

В этом заключении, копия которого попала в распоряжение УНИАН, между прочим указано:

“В соответствии с отчетами НАК “Нафтогаз Украины” о расчетах лицензиата с владельцами природного газа и потребителях с лицензиатом за употребленный природный газ и данных АО “Ощадбанк” относительно курса доллара США к гривне, стоимость 1 (одной) тысяч кубических метров технологического газа, использованного ГК “Укртрансгаз” на производственные нужды без учета НДС, в долларовом эквиваленте, в период 2008-2009 гг. равнялась:

– в период февраль-декабрь 2008 года – 212,61 долл.;

– в 2009 году – 162,14 долл.”

Второй вывод экспертного исследования: “В соответствии с предоставленными документами деятельность ГК “Укртрансгаз” НАК “Нафтогаз Украины” по транспортировке газа в 2009 году является прибыльной. Чистая прибыль составила 32320,7 тыс. грн.”.

То есть это является подтверждением того, что деятельность Нафтогаза была прибыльной.

Как “Шустер Live” Киреева рассмешил

Начинают исследовать вещественные доказательства.

Адвокат Юрий Сухов просит посмотреть запись программы «Шустер Live» от 21 мая.

– Защита считает, что это единственное доказательство обвинения Юлии Владимировны по этому делу, – говорит Серый. – Поэтому мы просим посмотреть его.

Киреев объявляет перерыв для подготовки технических средств. Какой-то парень приходит настраивать небольшую плазму.

В зале появляется народный депутат Ольга Герасимьюк.

– Благодарю, что вы меня поддерживаете! – улыбаясь, приветствует ее Тимошенко.

Герасимьюк рассказывает, что скоро едет на ПАСЕ. Тимошенко просит ее рассказать там “обо всем, что здесь происходит”.

После перерыва глаза всех собравшихся прикованы к мониторам. Один – для всех. Другой – персонально для Киреева.

Первый гость в студии – российский оппозиционер Борис Немцов – заявляет, что “Газпромом руководят чекисты, газовиков там нет”.

– Половина правления Газпрома выходцы из КГБ и из питерской мэрии, – говорит он в эфире. – Газпром – это личный бизнес господина Путина.

Немцов рассказывает, что хорошо помнит “газовую войну” конца 2008-го – началу 2009 года “как замерзала Европа” и как Тимошенко поехала договариваться с Путиным о цене на газ.

– Я помню, как была одета Тимошенко. Она специально так оделась, чтобы Путин забыл о газе – улыбается Немцов, и следом за ним смеется зал Печерского суда. – Она разрулила ситуацию...

В студии появляется Тимошенко.

Вспоминается “Простоквашино” – “вашу маму и здесь, и там показывают”.

Юлия Тимошенко в эфире начинает выступление, но «регионалка» Инна Богословская, перебивая ее, спрашивает:

– Тимошенко, вы подписали газовый контракт. На сколько лет была скидка?

Экс-премьер объясняет, что контракты, которые Россия подписала за последние 4 года, являются типичными для всех стран, которые потребляют газ.

– Во всех формула одинакова, – добавляет она.

– Означает ли это, что у всех стран одинаковая цена в 450 долларов за тысячу кубометров? – не унимается Богословская, повторяя этот вопрос несколько раз и обвиняя Тимошенко во лжи.

– Инна Германовна, я вас в прошлой программе попросила попить святой водички, а вы что выпили? – иронически интересуется экс-премьер у Богословской.

На фразе о «святой воде» не сдерживается даже Киреев и начинает смеяться, прикрывая руками лицо.

«Суд уже не касается ни меня, ни Януковича»

Защита в четырнадцатый раз заявляет ходатайство об отмене меры пресечения относительно Тимошенко и освобождения ее под залог или под гарантии поручительства.

– Чем больше происходит судебных заседаний, тем более доказательств, что нет оснований для последующего содержания Юлии Тимошенко под стражей, – говорит Плахотнюк.

– Все, что сегодня происходит на судебном процессе, это уже не касается меня лично, вас или Януковича. Это касается будущего нашего государства, европейской стратегии и европейской перспективы Украины, – обращается экс-премьер к Кирееву, цитируя ему заявление Президента Польши Бронислава Коморовского о том, что дело Тимошенко может помешать евроинтеграции Украины, и заявление США.

– Вы можете со мной расправиться. У вас есть все для этого: власть, деньги, полномочия... Но это будет пирровая победа для страны, поэтому я призываю вас отменить незаконную санкцию на арест, которую вы выдали безосновательно.

После небольшого перерыва Киреев в четырнадцатый раз отказывает.

– Никаких новых обстоятельств для изменения меры пресечения не появилось, – резюмирует он.

– «Ганьба!» – прогнозируемо раздается в зале.

Юлия Тимошенко здоровается с журналистами, садясь в автозак, у здания Печерского суда. Киев, 26 августаТимошенко отводят в автозак. Но время идет – а машина не двигается с места.

Водитель спецавтомобиля, окруженного беркутовцами, начинает копаться в двигателе, открыв капот. Неполадка.

– Даже у машины есть душа! – выкрикивает какая-то сердобольная женщина.

Наконец минут через 15 автозак с экс-премьером заводится и уезжает, чтобы утром привезти ее снова...

Продолжение следует...

Анна Ященко

 

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter