Украинская власть хочет разобраться с народом по-русски?

Украинская власть хочет разобраться с народом по-русски?

Законопроект 2450 о мирных собраниях имеет целью лишить граждан возможности выражать протест... Депутаты, которые его инициируют, все еще остаются рабами...

Законопроект 2450 о мирных собраниях имеет целью лишить граждан возможности выражать протест... Депутаты, которые его инициируют, все еще остаются рабами…

Свобода воспитывается несвободой, сказал когда-то поэт Евтушенко. И был прав, потому что те кто пережил опыт несвободы очень ценят возможность писать и говорить то, что думают, и выходить на митинги против власти. Опыт несвободы абсолютно разрушителен, сказала когда-то российская журналистка-эмигрантка Елена Трегубова, те, кто пережил несвободу, сломаны внутри, они не способны почувствовать и оценить свободу. И тоже была права. Потому что когда видишь, с какой осторожностью и тщательностью пытается наш парламент кастрировать законопроект 2450 о мирных собраниях, лишив народ возможности выражать свой протест, то понимаешь, обладатели мандатов, которые инициируют и поддерживают законопроект, никогда не станут свободными. Мы уже оценили свободу и привыкли писать то, что думаем, и выходить на демонстрации, но эти советские люди будут всегда мечтать о рабах, а не о гражданах, потому что сами внутри остаются рабами.

ЗАКОНОПРОЕКТ 2450: ВЛАСТЬ ПЫТАЕТСЯ ВЗЯТЬ ПРЕДПОСЛЕДНЮЮ БАРРИКАДУ ДЕМОКРАТИИ

Помните, что было в России несколько дней назад, 31 мая? Напомню: 31 мая в Москве люди вышли на митинги, защищая свое право на свободные собрания (то, что и у нас планирует отобрать власть, но мы это право пока еще имеем). 31 мая в Москве стало днем бойни. Там милиция поголовно задерживала участников акции, а окна воронков, в которые бросали людей, закрывали шторками. В  воронках-автобусах рядовые милиционеры держали участников митинга, а полковники и подполковники били задержанных и ломали им руки. Там ветеранам, которым за 80, срывали ордена, людей валили на землю, журналистам ломали технику и задерживали их.

За неделю до того, 22 мая, российские шахтеры из разных городов Кемеровской области пытались выйти на акции протеста. Напуганная предыдущими акциями шахтеров (14 мая) власть сделала все, чтобы сорвать митинги. В область завезли ОМОН из других областей, поскольку местные бойцы отказался “контролировать” процесс. Организаторов митинга вызывали, чтобы проверить на предмет употребления наркотиков, а в городах, на площадях проведения митингов, власть устроила спартакиады социальных работников.

Фото Lenta.ru
Напомню, что практика привоза ОМОНа из других областей уже использовалась в декабре 2008 года во Владивостоке, где бойцы спеназа жестоко избили и разогнали участников митинга, которые протестовали против повышения ввозной пошлины на автомобили. Эти люди, которые живут на краю земли, имели такую себе географическую льготу – завозили в Россию дешевые японские авто. Кто-то зарабатывал на этом, а кто-то радовался хорошим и недорогим тойотам и ниссанам. Потому, когда российская власть решила подняла ввозную пошлину на иномарки, народ Дальнего Востока поднялся на акции протеста. Привезенный из Подмосковья ОМОН жестоко разгонял и бил людей, во время зачисток пострадали журналисты семи СМИ. По мнению многих правозащитников, если в Украине будет принят закон 2450 в нынешнем его виде, такие события и у нас могут стать реальностью. А тогда среди тех, кого будут бить орлы Могилева – Януковича – Литвина можем оказаться мы с вами, наши дети, друзья, приятели, коллеги...

Свобода собраний – это основа основ демократического общества. Дальше, чтобы стать авторитарным государством, власти останется лишь отменить демократические выборы.

ПОЧЕМУ ПОПРАВКИ К ЗАКОНОПРОЕКТУ СКРЫВАЮТ – ТАК ЖЕ, КАК ГАЗОВЫЕ КОНТРАКТЫ?

Что это за законопроект такой – 2450?

Еще в 2008 году инициатором закона выступил Кабинет министров во главе с Тимошенко.

Уже тогда правозащитники подвергли его резкой критике. В правовом выводеУкраинского хельсинского союза относительно первой редакции законопроекта 2450 речь шла о том, что документ предлагает порочный способ правового регулирования мирных собраний. “Свободу следует регулировать, очерчивая границы, через которые не могут перейти органы власти, оставляя прочее на свободное усмотрение лиц... Закон должен установить границы, за которые не может идти государственное регулирование мирных собраний, - говорилось в выводе УХС. - Потому что мирные собрания по своей природе часто являются неорганизованным проявлением людьми своих мнений... Мирные собрания часто лишены таких черт, как структурированность и иерархия...”

Ошибочным посчитали основатели УХС определение законопроектом определенного лица, которое является “организатором” и которое отвечает за все, что происходит. Спонтанность мирных собраний диктуется природой протеста и объясняет возможность отсутствия организатора мирных собраний. По мнению основателей УХС, если организатора нет, это не причина, чтобы прекращать мирные собрания. А если у больших мирных собраний много организаторов, то некоторые положения закона об их ответственности вообще лишены смысла, потому что у них может быть разное видение продолжения собраний. И в конечном итоге, организатор мирных собраний не имеет властных полномочий. От него нельзя требовать останавливать правонарушение или приказывать мирному собранию разойтись...

Одно слово, УГС тогда напомнила авторам законопроекта, что “мирные собрания – не парады военных...”

Мы обстоятельно приводим правовой вывод относительно первой редакции законопроекта потому, что некоторые нормы в той или другой форме перекочевали к законопроект о мирных собраниях, что готовится в парламенте ко второму чтению.

Бросается в глаза, что в текстах законопроектов, которые готовились и к первому, и ко второму чтениям ничего не сказано об ответственности власти относительно демонстрантов. Мы связались с Виктором Муси, который является одним из авторов первого законопроекта о “Свободе мирных собраний”, от 2005 года и одним из авторов действующей Конституции. Он сказал, что считает, обязательным в законопроекте прописать механизмы ответственности власти за ее действия в отношении мирных собраний. Скажем, законодательно закрепить необходимость вести видеосьемку больших собраний. А в переходных положениях законопроекта написать, что необходимо внести изменения в Административное законодательство и Уголовный кодекс, чтобы заложить механизмы ответственности власти за ее обращение с участниками митингов.

Интересно, что поправки к тексту законопроекта, которые готовятся в парламентском комитете по правам человека, национальных меньшинств и междунациональных отношений ко второму чтению, скрывают от общественности так же тщательно, как газовые соглашения двух последних правительств.

Документа, что должен выноситься на рассмотрение парламента в середине июня, по данным на 2 июня все еще не было на парламентском сайте. Председатель УХС Владимир Яворский обратился к председателю ВР Владимиру Литвину с требованием опубликовать комитетские поправки к законопроекту, который рассматривался в первом чтении.

Но интересно, что на сайте можно найти короткое замечание главного юридического управления ВР.

 Там отмечено, что текст, который готовится ко второму чтению, испытал существенные изменения, а по регламенту поправки к законопроекту должны вноситься в тот закон, который принимался за основу. Поэтому, следует понять, что парламентский комитет готовит фактически новый закон. Народный депутат Украины Леся Оробец достала (как она говорит: “Мой помощник фактически вырвал”) проект комитетских поправок к закону. Можем допустить, что законопроект, вывешенный на личном блоге госпожи Оробец, и является тем документом, который готовит комитет на второе чтение. 

Святая святых для существования мирных собраний: сохранить заявочный или декларативный принцип проведения мирных собраний. Это когда граждане не просят разрешения у власти, а сообщают о проведении мирных мероприятий. Изменяет ли законопроект этот принцип? Это вопрос мы адресовали правозащитникам.

Член Общественного совета при Министерстве внутренних дел Украины по вопросам обеспечения прав человека Владимир Чемерис считает, что законопроект 2450 фактически превращает Украину в Россию.

«В этом проекте вводятся дополнительные ограничения, - объяснил он. - Необходимость подавать заявку на митинг за четыре дня, предусмотренная в документе, фактически изменяет конституционный принцип декларативности собраний на разрешительный. Тем самым конституционный заявочный принцип проведения мирных собраний отменяется. На днях в Киеве запретили очередной митинг. Хочу напомнить, что Киевский окружной админсуд удовлетворяет все иски относительно запрета мэрией проведения мирных мероприятий. Это значит, что мэрия в полную силу использует механизмы запрещения. Законопроект предлагает широкие территориальные ограничения относительно проведения митингов... Кажется, на первый взгляд, такие ограничения должны существовать. Но в России они используются для запрещения митингов вообще. Ну, подали люди заявку на проведение мероприятия в каком-то месте, и там вдруг начали прокладывать трубы. Власть говорит, извиняйте, вы препятствуете деятельности и все такое... Или, например, в законопроекте вводится понятие “спонтанные мирные собрания”. При этом отмечается, что спонтанные мирные собрания возможны относительно событий, которые имеют общественный вес. А кто будет определять общественный вес вопроса, который собрал людей? Власть? Такие ограничения характерны для стран именно с разрешительной системой. В странах же где введен декларативный принцип проведения мирных собраний, отсутствие предварительного сообщения об их проведении не является основанием для их отмены. Отдельное внимание авторы документа уделяют составлению заявки на проведение собраний и персоне, которая организует собрание. Для чего власти такая детальная информация об организаторах митинга? Зачем так детально описывать форму сообщения о собрании? Когда слишком много требований к форме заявки, то всегда есть вероятность того, что человек, который составляет заявку или сообщение, просто ошибется или, скажем, не приложит документ, который подтверждает, что она является гражданином Украины. Я думаю, что власть просто не возьмет сообщения о собраниях, мотивируя это тем, что документы поданы неправильно. Это такая иезуитская форма отказа...

Инициаторы законопроекты запрещают проводить митинги иностранцам. А какой смысл в этом запрете? Таких митингов единицы, и они не несут никакой угрозы власти. Также запрещается выступать организаторами митингов заключенным и людям, которые подвергнуты административному аресту. Скажем, состоялся арест политического лидера, а его сторонники хотят провести пикет относительно его задержания. Человек может выступить организатором через своего адвоката. Возьмите любую фамилию нынешнего оппозиционера – если завтра его посадят, власть получит право разогнать любой пикет на его защиту, пользуясь таким законом о мирных собраниях. Или, скажем, есть хорошо отработанная в Москве технология, которая называется одновременные собрания. Это когда власть отказывает в регистрации собрания, потому что там уже, мол, проводит собрание ее карманная общественная организация. Так вот в законопроекте, который находится у комитета на доработке, есть статья о том, что власть может отказать, если одновременно проводит собрание еще кто-то".

Следовательно, не исключено, что в середине июня “депутатские тушки” новой коалиции рассмотрят законопроект и пригласят нас во вчерашний мир... Мир, где парламент – не место для дискуссий, где, с манифестантами разговаривают на языке палок и оружия, где нет свободных собраний и свободы слова. Шаткий и неуверенный мир, но пока еще реальный.

Маша Мищенко

 

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter