Сеитаблаев: Конечно, я хочу, проснуться завтра утром – а в Крыму все наладилось/ фото УНИАН

Ахтем Сеитаблаев: Если каждый из нас скажет: "Украина – это я", тогда все и начнет меняться

В интервью УНИАН крымскотатарский актер и режиссер Ахтем Сеитаблаев рассказал о необходимости говорить о Крыме как можно чаще, особенно, на международной арене, пояснил, чем занимается ГП «Крымский дом», который он возглавил в феврале, и порассуждал о том, как быть с жителями полуострова после его деоккупации.

Сеитаблаев: Конечно, я хочу, проснуться завтра утром – а в Крыму все наладилось/ фото УНИАН

Актер и режиссер Ахтем Сеитаблаев 12 лет (с 1992 по 2004 годы) жил и работал в Крыму, в Симферопольском государственном крымскотатарском академическом музыкально-драматическом театре. С 2003 года начал сниматься в кино, в 2005-м сменил Симферопольский театр на Театр драмы и комедии на левом берегу Днепра в Киеве, а с 2007 года выступил уже в новом качестве – кинорежиссера.

В 2012 году его картина «Чемпионы из подворотни» получил премию «Золотой Дюк» как «лучший украинский фильм». Кроме того, среди известных работ Ахтема – роль летчика Ахметхана Султана в художественном фильме "Хайтарма" (2013), где он выступил и в качестве режиссера. В 2016 году, в цикле фильмов ко Дню независимости Украины, Сеитаблаев сыграл украинского поэта, диссидента, политзаключенного Василия Стуса. А в 2017 году режиссер взялся за еще одну полнометражную ленту о защитниках Донецкого аэропорта – «Киборги».

фото УНИАН

Вы родились в Узбекистане, в семье депортированных крымских татар. Помните, как впервые узнали о трагедии крымскотатарского народа?

Из Крыма были депортированы тотально все, в том числе, и семьи мамы и отца. Родители познакомились в Ташкенте, когда мама училась в театральном институте, а отец - в строительном техникуме. Я - третий ребенок в семье, можно сказать, что мое детство было счастливым.

Если говорить о том, когда я четко стал понимать, что крымским татарином быть не совсем просто – это был пятый класс. Учитель истории, рассказывая о битве за Севастополь, обвинил крымских татар в предательстве. Тогда был большой скандал. Этот учитель больше у нас не преподавал.

Янгиюль вообще был особым городом - большая часть населения состояла из депортированных: крымских татар, немцев, дальневосточных корейцев - эти люди на своем примере четко понимали, что такое депортация, что такое государственная машина, которая почему-то решила вдруг, что ты – враг.

А как вы переживали возвращение в Крым, которого вы никогда, в общем, не видели? Как вас встретила родина ваших родителей?

Я с самого детства, как каждый крымский татарин, слышал о Крыме. И о том, что мы обязательно вернемся. Представляете впечатление 16-летнего парня, который вылетает из Международного Ташкентского аэропорта и прилетает в какой-то маленький Симферопольский аэропорт? Это тоска была жуткая. Ни одно из моих ожиданий, ничего из рассказа моих родителей не подтвердилось.

Через три дня меня отвезли под Бахчисарай, показать дом, за который отец оставил задаток. В тот же день меня повезли за Бахчисарай, туда, где начинается Большой Крымский каньон. И вот там я впервые увидел, какой Крым.

Через полтора года, в Судаке, на сборе фруктов и винограда, я впервые в своей сознательной жизни увидел море. Это были фантастические ощущения, полные надежд. Правда, первые три года местные жители относились к крымским татарам очень настороженно – никто нас не ждал. Были разные ситуации, и даже конфликтные.

Что вы почувствовали, когда в 2014 году в Крыму появились «зеленые человечки»?

Как раз в те дни я находился в Крыму. Помню, как сейчас, было ощущение замершего воздуха. И было понятно, что все это – неспроста.

Конечно, человек живет верой и надеждой, что все плохое, что с ним и его родными случается, в скором времени закончится. Конечно, я хочу, проснуться завтра утром – а в Крыму все наладилось. Но, к сожалению, пока это не так.

В феврале этого года в Киеве появился «Крымский дом» - государственное предприятие, объединившее под своей крышей общественные организации, которые занимаются вопросами Крыма. Вы стали его директором. Расскажите, чем занимается ГП? Какие планы перед собой ставит «Крымский дом»?

«Крымский дом» активно участвует во всех мероприятиях, которые касаются Крыма, крымской и крымско-татарской проблематики. На сегодняшний день мы провели Хыдырлез, вече-реквием 18 мая, День крымскотатарского флага, ряд выставок, несколько молодежных конференций…

Планов много: создание небольшой телевизионной студии, на базе которой будут сниматься документальные фильмы, фильмы-исследования. Отчасти, издательская деятельность. Мастер-классы различных направлений, к примеру, изучение традиционных ремесел крымских татар, украинцев, а также всего многонационального Крыма. Проведение конференций, выставок и презентаций.

Сейчас мы налаживаем сотрудничество с кинофестивалем «Молодость». Значит, в перспективе, есть возможность приглашать сюда режиссеров, сценаристов, культурных и общественных деятелей с мировым именем. Если в рамках кинофестиваля будет представлен «Крымский дом» - это расширение географии.

В целом, я мечтаю о том, чтобы «Крымский дом» стал своего рода стартапом, в котором будет зарождаться элита Крыма и Украины, мечтаю, чтобы «Крымский дом» стал местом, в котором будут появляться новые смыслы. Чтобы молодежь имела возможность открывать для себя большой мир под названием «Украина», а потом и большой мир как таковой.

Двери «Крымского дома» открыты для всех, с кем мы сходимся в базовых ценностях, для тех, кто понимает, что Крым – это Украина.

Сейчас все чаще приходится слышать о разнообразных планах по деоккупации Крыма. Что, по вашему мнению, следует сделать сразу после возвращения Крыма в Украину?

Я не истина в последней инстанции, но поступил бы так: с теми, чьи руки запятнаны в крови, или теми, кто нарушил государственную присягу военнослужащего, работника спецслужб, поступить по закону – тюрьма, сроки. Для тех, кто хочет остаться в украинском Крыму и подтвердить свое украинское гражданство, официально объявить – через год сдать экзамен на знание украинского языка и истории Украины. Не хочешь сдавать этот экзамен, но хочешь жить в Крыму, - работай, плати налоги, но без права голосовать. Это достаточно непростой и небыстрый путь.

Иллюстрация REUTERS

Вы сами упомянули болезненную тему языка, которая, почему-то, продолжает разъединять граждан Украины. Я заметила, что вы на пресс-конференциях и в интервью часто говорите на украинском. Где изучали язык?

Украинский язык специально нигде не изучал, это было моим личным желанием. Несколько лет назад я понял, что знание языка страны, в которой живешь, - это не подвиг.

Какие еще языки знаете?

К сожалению, пока не знаю ни английского, ни немецкого. Легче всего мне дается тот язык, который я слышу каждый день, и это – украинский.

Легче всего Сеитаблаеву дается украинский / фото УНИАН

А как часто говорите на крымскотатарском языке?

На крымскотатарском языке говорю с мамой, родственниками и друзьями в Киеве.

Возвращаясь к проблемным вопросам: что, по вашему мнению, послужило толчком к тому, что в Украине произошли все печальные события последних лет и Крым был аннексирован?

Ничего не делалось, чтобы сшивать страну. Не говорилось, что в нашей стране есть много национальностей, и что это – замечательно. Ведь гораздо легче делать свой гешефт, когда народ не доверяет и занят не вопросами социальных лифтов и верховенства права, не вопросами хороших дорог, а тем, что постоянно находится в состоянии обороны: от плохого соседа, от повышения цен.

Поэтому сейчас нужно начинать с себя. Если каждый из нас скажет: «Украина – это я», тогда все и начнет меняться.

Также считаю, что необходимо, наконец, принятие Верховной Радой закона о создании национально-территориальной автономии крымских татар. Это был бы фантастический шаг с точки зрения законодательной базы для представления татар как коренного народа, который единственный имеет право выбирать, в составе какой страны быть. Ведь крымские татары совершенно четко показали, что они – проукраински настроенные граждане. И до сих пор доказывают это.

Как вы считаете, достаточно ли внимания теме возврата Крыма уделяется на международной арене?

Никогда не будет достаточно этого внимания. Нужно делать все возможное – писать статьи, проводить социологические исследования, постоянно напоминать, мониторить ситуацию в Крыму, создавать фильмы и книги, создать как можно больше контента, который будет выходить на международную арену – чтобы постоянно напоминать о Крыме. И каждый день чистить свой автомат на таком идеологическом фронте.

Кстати, об идеологическом фронте. Недавно закончились съемки фильма «Киборги», и тизер киноленты только за первые сутки собрал 100 тысяч просмотров. Насколько актуален запрос на такое кино в стране, в которой уже который год не заканчиваются жертвы и люди устали от войны?

Запрос очень актуален. Я сторонник того, чтобы было разное кино: и комедии, и трагикомедии, и драмы, и военные драмы. Смею надеяться, что наш фильм все же жизнеутверждающий. В нем достаточно много боевых сцен, но это кино про мир, который рождается в войне.

Кадр из тизера

В фильме – шесть главных героев, они представляют из себя архетипический срез украинских мужчин. Ход не новый, но он помогает понять, о чем думают и что переживают украинцы.

У нас много конфликтных диалогов между бойцами о том, какую страну мы защищаем, в какую страну мы хотим вернуться, о языковой проблеме, о проблеме отцов и детей. Достаточно большой спектр болезненных и непростых вопросов, которые есть сегодня. Но все это приправлено хорошим и вкусным текстом и юмором. Несмотря на то, что это мужское кино, в нем нашлось место и для лирики.

Есть опасения, что для осмысления таких глобальных событий нужна временная дистанция. Но я не могу об этом молчать. И знаю, насколько бойцам важно понимать, что о них знают, что они там не просто так проливают кровь. Воин и артист в чем-то схожи: тебе важно ощущать – то, что ты делаешь, находит отклик.

Много ваших работ основаны на реальных событиях. И, если говорить о творчестве и творческих планах, какие исторические факты вы хотели бы положить в основу будущих фильмов?

Таких фактов достаточно много. Есть, например, Конотопская битва. Или день, когда Мустафу Джемилева не пустили в Крым. Один день из его жизни – целое кино.

В ближайших планах – съемки в Казахстане. Затем будет проект на «1+1», в прошлом году выиграл питчинг как приглашенный режиссер, съемки будут весной. Как говорят, хочешь насмешить всевышнего, расскажи ему о своих планах. Их много, но, я очень надеюсь, что с его помощью все свершится.

Зебеде Шерфетдинова

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter