После

Чему научит Украину "панамский" офшорный скандал

Разразившийся в начале апреля офшорный скандал, одним из фигурантов которого стал президент Петр Порошенко, поставил перед украинскими властями весьма непростую задачу - прекратить практику поиска корпоративной выгоды в чужих странах и заняться, наконец, преобразованием бизнес-среды.

После

Вторую неделю кряду первые полосы мировых СМИ не покидают подробности одного из наиболее масштабных расследований последнего времени - о деятельности панамской компании «Mossack Fonseca». Внимание к этой фирме не случайно - она контролирует порядка 60% существующего рынка регистрации офшорных компаний. Услугами панамских регистраторов, как выяснилось, десятилетиями пользовались и продолжают пользоваться известные в мире политики, публичные деятели и крупные бизнесмены.

Каждый из них, регистрируя офшоры, преследует свои цели. Кто-то «путает следы» конечных собственников и бенефициаров, кто-то «уходит» от необходимости делить состояние с наследниками, кто-то выстраивает схемы опосредованного управления активами. Но ключевой задачей была и остается минимизация налоговых отчислений путем вывода капитала в так называемые налоговые гавани - страны с низкими ставками налогообложения. За последние два-три десятилетия именно офшоры стали легальным и очень эффективным способом существенной экономии на обязательствах перед государственным бюджетом по подоходному налогу и налогу на прибыль.

Объем сделок потрясает: через Mossack Fonseca и подобные ей структуры «прошло» порядка 8% мирового богатства - 7,6 трлн долларов. Причем финансисты называют эту сумму «примерной». Подсчитать сколько денег оборачивается и оседает в офшорах сегодня - крайне сложно: панамские регистраторы до недавнего времени блюли тайну собственности на капиталы и относительно их объемов не хуже швейцарских банкиров.  

Не удивительно, что публикуемые сейчас результаты офшорных расследований - удар по репутации регистраторов и шок для них. Причем шок не меньший, чем для самих фигурантов скандальных материалов. А среди них, к слову, - и главы государств, и премьер-министры, и знаменитые футболисты, музыканты, и, конечно, главы государств. Вскрывшаяся информация уже привела к отставке премьер-министра Исландии Сигмюндюра Гюннлейгссона и к началу процедуры импичмента президента Бразилии Дилмы Русеф.      

Президент США Барак Обама одним из первых прокомментировал появление «панамских документов».

REUTERS

Выступая на минувшей неделе в Белом доме, он заявил: «Документы показали, что проблема уклонения от уплаты налогов - это общая, глобальная проблема. Получается, есть легальный способ крупным компаниям открывать счета за границей, находить новые налоговые гавани, в то время, как, скажем, средний класс этого сделать не может и четко следует местному законодательству».

Обаму поддержала и директор-распорядитель Международного валютного фонда Кристин Лагард.

REUTERS

Глава ключевого кредитора едва ли не для половины мира назвала механизм использования офшорных компаний «коррупционным». И в этом контексте Лагард упомянула Украину, к которой у МВФ накопилось немало претензий в части отсутствия каких-либо значимых результатов на антикоррупционном поприще.

Виноваты…    

В Киеве Лагард услышали мгновенно. И не мудрено. Несколько украинских чиновников, во главе с президентом Порошенко, также «засветились» в панамском архиве. Главе украинского государства «инкриминировали» нигде незадекларированное создание еще в 2014 году трех офшорных компаний - в Нидерландах, на Кипре и Британских виргинских островах. Этим компаниям было передано управление ключевым активом президента - кондитерской компанией Roshen, что и привлекло внимание расследователей.

Всю минувшую неделю юристы и советники Порошенко не уставали объяснять: офшоры нужны были лишь для того, чтобы выполнить данное всей стране обещание и договориться о передаче Roshen в управление другому менеджеру - инвестиционному банку Rothschild. Дескать, украинское законодательство сделать такой маневр не позволяет, а офшорное - вполне. После всех юридических пояснений формальные претензии к президенту были сняты, но осадок, как говорят, «остался». Причем осадок обоснованный. Эксперты и журналисты так и не дождались от президента и его советников ответа на главный вопрос - что мешало главе государства как субъекту законодательной инициативы способствовать созданию такой нормативной базы, чтобы передать Roshen в траст, не прибегая «к помощи» офшоров?

Впрочем, Roshen -  лишь верхушка большого айсберга отношений украинских компаний с налоговыми гаванями. К услугам офшоров в Украине прибегали едва ли не все более-менее крупные компании, желающие либо провести IPO, либо привлечь деньги на внешних рынках, либо войти в листинг бирж Лондона, Дублина и Варшавы. На текущий момент финансовые и корпоративные интересы крупнейших украинских аграрных или металлургических холдингов за рубежом представляют не материнские компании, зарегистрированные в Украине, а офшоры, формально представляющие те юрисдикции, где налоговое законодательство весьма лояльно к большим деньгам.

Не будем забывать и о том, что ключевым инвестором Украины на протяжении многих лет является Кипр - одна из наиболее популярных в мире налоговых гаваней.

Ключевым

Причем, это первенство не исчезало даже в момент серьезного финансового кризиса 2012-2013 годов, приведшего к параличу банковской системы острова. На Кипр и сейчас приходится порядка трети от общего объема вложенных в Украину прямых иностранных инвестиций.

С чего бы такая щедрость? Да все потому, что кипрские инвестиции в Украину в массе своей ни что иное, как возвращение капитала на родину в инвестиционной обертке и с определенными законодательными преференциями. Это - деньги, которые были выведены из нашей страны под разными предлогами, но главные из них - скрытие истинных владельцев активов и пресловутое уклонение от уплаты налогов. Причем объемы выведенных средств, надо полагать, мы не узнаем никогда. Известно лишь, что в нашу страну с Кипра зашло порядка 11,7 млрд долл. за весь период инвестирования.

Понятно, что все эти нюансы давно известны. Потенциальные инвесторы и кредиторы, работающие с нашей страной, не раз указывали нам на столь явные и многолетние манипуляции с капиталом. И поэтому «панамский» скандал - не новость, а еще один повод поговорить о назревших радикальных экономических изменениях в Украине. Изменениях, прививающих культуру отношений государства и бизнеса в целом и финансовую дисциплину в частности.  

…Будем исправляться?

После разразившегося скандала президент Порошенко заявил в телеинтервью: «Попытки запрещать офшорные компании приводят лишь к увеличению их количества. Это - абсолютно тупиковый путь. Я хочу открыть несколько шагов, которые мы должны сделать, чтобы провести эффективный, быстрый и глубокий процесс деофшоризации».

По его мнению, для этого нужно присоединиться к Международной конвенции по обеспечению доступа к счетам нерезидентов - причем уже с 1 января 2017 года. Также президент предложил ввести на законодательном уровне статус иностранных контролируемых компаний. Он будет предоставляться компаниям, зарегистрированным в других государствах, но работающим в Украине, и чьи бенефициары и собственники являются резидентами нашей страны. Обязанностью таких компаний будет уплата налогов в Украине по украинскому законодательству.     

REUTERS

Порошенко настаивает на дальнейшей гармонизации украинского налогового законодательства и завершении судебной реформы, которая гарантировала бы субъектам предпринимательства право на справедливый суд в Украине, а не в других, более приспособленных для этого странах.   

Свои предложения представил и Всемирный банк. Эксперт ВБ Ханс Триммер в комментарии журналистам отмечал, что Украине для деофшоризации необходимы структурные изменения. «От изменений в деловой среде до изменений даже на рынке труда. Мы ведь видим, что доходы от трудовой деятельности - в ее законном виде - уменьшаются. Не всем это выгодно. А интеграция экономики и глобализация способствует тому, что появляются новые варианты (ведения хозяйственной деятельности - УНИАН). Понятно, что надо реагировать на эти вызовы. Причем реагировать в контексте изменений мировой экономики», - сказал Триммер.

Глава парламентского комитета по налоговой и таможенной политике Нина Южанина предложила начать профессиональную дискуссию о деофшоризации и ее целях. «Давайте обсуждать в профильном комитете, с привлечением специалистов, и примем решение - какие еще изменения нужно вносить в налоговое законодательство. Тогда заявления на эту тему будут более конструктивными и не такими политизированными», - заверила Южанина.

В экспертной среде тоже есть свои взгляды на решение проблемы. Опрошенные УНИАН экономисты и юристы утверждают, что запретить офшор - как инструмент ведения бизнеса - нельзя, как нельзя запретить торговлю с другой страной, где налоговые ставки отличаются от украинских. «Вопрос искоренения офшорной практики нужно ставить не с точки зрения санкций или ужесточения нормативной базы. Украине можно попытаться стать восточноевропейским офшором, - считает управляющий партнер аналитической группы Da Vinci AG Андрей Колпаков. - Посмотрите на ОАЭ или Нидерланды, даже на тот же Кипр. Это - не офшоры в привычном понимании этого термина. Но это - юрисдикции, которые выигрывают глобальную фискальную конкуренцию и за счет этого привлекают к себе капитал и развивают сектор услуг. Для Украины, или скажем для ее части, например, Одессы, Львова или Харькова, это - неплохой вариант».   

Иными словами, эксперты призывают подходить к решению вопроса офшоров дифференцированно. По их мнению, стране необходимо законодательство, которое запрещало бы выводить деньги, обязывало бы платить налоги внутри страны, одновременно позволяло бы возвращать средства и привлекать новые, зарубежные деньги. Реализация такой идеи способствовала бы не только притоку инвестиций и финансовых возможностей, но и прививала бы своим деловым кругам культуру финансовой дисциплины и уплаты налогов в своей стране, не заставляла бы их искать корпоративные выгоды на чужих берегах.

Олеся Сафронова (УНИАН)

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter