В.Ющенко: Нация должна выйти на конституционную реформу с ответственными предложениями
В.Ющенко: Нация должна выйти на конституционную реформу с ответственными предложениями

В.Ющенко: Нация должна выйти на конституционную реформу с ответственными предложениями

21:53, 21 февраля 2007
21 мин. 1137

Создается впечатление, что в парламенте и правительстве намерены сформировать авторитарную модель управления страной... Эксклюзивное интервью УНИАН

Президент Украины Виктор Ющенко дал эксклюзивное интервью Информационному агентству УНИАН

ПОЛИТИЧЕСКАЯ РЕФОРМА НЕ ПОМОГЛА СФОРМИРОВАТЬ СИСТЕМУ ПРОТИВОВЕСОВ ВЛАСТИ

– Господин Президент, Вы неоднократно говорили о возможности вынесения вопроса о конституционной реформы на референдум. Означает ли это, что Вы потеряли надежду на совершенствование политической реформы и видите выход в принятии новой Конституции? Если это так, то кто станет автором новой Конституции и когда этот референдум может состояться?

– Сегодня украинское общество, украинский политикум, ведущие политические, общественные силы чувствуют, что Украина вступила в фазу институционной несбалансированности. Между ключевыми институтами власти нарушены поля полномочий, потеряны рычаги противовесов. Это дает возможность одной стороне этого треугольника идти путем авторитаризма, что одинаково опасно как для авторов такой модели, так и для всех, кто почувствует ее на себе. Ради этого ли мы шли на Майдан, ради этого ли добивались в борьбе 16 лет назад независимости?

Значит, надо начать с честного ответа самим себе: политическая реформа не помогла сформировать систему противовесов в высшей власти в Украине. Как выходить из этого положения? Есть два пути. Один, когда парламент по инициативе 150 депутатов вносит предложения изменений в Конституцию, созывает конституционную комиссию в рамках парламента. Второй вариант – изменения в Конституцию вносятся по инициативе Президента. Это тоже предусмотрено Конституцией.

Давайте проанализируем – почему отношение народа к конституционным изменениям, сделанным в 2004 году, крайне негативное? Почему сам порядок внесения изменений разделил власть и народ, создал впечатление, что Конституция пишется для кого-то, а не для государства и его граждан? Потому что уже на первом, ключевом, этапе должна демонстрироваться широкая открытость, публичность проекта с момента создания комиссии. Процедура же внесения изменений 2004 года была ограничена параметрами парламента...

Нужно работать через намного более публичную комиссию, которая может быть сформированная при участии сил парламента, правительства, общественных инициатив, авторитетных в украинском обществе людей. Комиссия будет разрабатывать предложения, эти предложения Президент вносит в парламент, парламент, в соответствии с Конституцией, создает парламентскую конституционную комиссию, которая в рамках регламента обеспечивает процедуру представления, рассмотрения в стенах самого парламента. Парламент также делает акцент на содержательной части этих изменений... Только такая модель обеспечивает привлечение уже на первых стадиях реформы широкого круга людей, чего не может обеспечить парламентская комиссия, поскольку она сугубо технологична.

Таким образом мы услышим позицию общественности, ведущих политических сил, властных институтов, а парламент примет свое решение.

Как максимально сделать этот процесс публичным и прозрачным? Я уже говорил о возможности проведения на определенном этапе референдума о содержании конституционных изменений, чтобы мы не повторили ошибок 2004 года, когда предложения носили засекреченный характер. Их публичное рассмотрение не допускалось даже в парламенте. Убежден, что для любого гражданина это унизительно. Так поступать с основным законом невозможно. Поэтому сегодня я и акцентирую внимание на том, что этому процессу следует придать публичность и открытость путем создания публичной комиссии, которая сформирует соответствующие предложения. Убежден, что эту комиссию не может возглавлять ни Президент, ни Председатель Верховной Рады, поскольку не должно возникнуть ни малейшего подозрения в том, что Конституцию кто-то пишет под себя. Нация должна выйти на такую реформу с продуманными, ответственными и сбалансированными предложениями.

Важное замечание. Стратегически неправильно подогревать в обществе мысль о формировании нескольких конституционных комиссий. Например, есть инициатива создать комиссию на уровне общественных институтов, в парламенте звучит идея создать парламентскую комиссию, которая и так должна быть создана, поскольку без нее технически невозможно рассматривать изменения и дополнения в Основной Закон.

Но мы говорим о первом этапе, который должен максимально мобилизировать желание, волю и стремление разных политических и общественных сил, сторон, представляющих государственные институты. Поэтому очень важно, чтобы на первом этапе мы договорились о создании единой комиссии по разработке изменений и предложений к Конституции.

Не лучше ли принять новую редакцию Конституции? Наверное, действительно, легче было бы войти в правильную фазу балансов полномочий соответствующих властных национальных институтов, опираясь на целостный, созданный, так сказать, с чистого листа, Основной Закон страны. Но для этого нужно иметь очень сильную консолидированную волю в парламенте, в правительстве, в политических силах. К сожалению, сложившаяся атмосфера, не отвечает таким задачам. Нет такого уровня консолидации и солидарности, который привел бы к общему виденью такого проекта.

– Какую роль может сыграть в этом процессе инициированный Вами круглый стол?

– Я остаюсь на той позиции, что мы должны инициировать проведение круглого стола по вопросам конституционной реформы, выполнения положений Универсала. На последней встрече с премьером, Председателем Верховной Рады проговаривались замыслы проведения круглого стола по Универсалу, поскольку именно Универсал дает ответ на план действий ближайших года-двух. Безусловно, этот план действий предусматривает внесение изменений и дополнений в Конституцию, и логично, что второй темой круглого стола должен стать вопрос конституционных изменений. По моему мнению, начинать нужно с тактической тематики. Подвести итоги выполнения положений Универсала и сформировать последующие шаги, которые бы обеспечили его выполнение.

– Определена ли дата проведения такого стола?

– Предварительно говорили о третьей декаде февраля – первой декаде марта. И я буду настаивать, чтобы он был проведен.

– Следует ли понимать, что Вы ведете речь о консультативном референдуме, а не о референдуме, на котором может быть окончательно принята Конституция?

– Да, очевидно. Каждый человек должен стать участником этого процесса, его консультативная позиция будет давать мягкий акцент на то, что планируется сделать в формате конституционной реформы.

Нынешняя острая полемика касается того, что реформа 2004 года ставила целью изменение конституционного строя – переход от президентско-парламентской к парламентско-президентской форме правления. Это было мнение четырех деятелей, которые руководили тогда властью и некоторыми политическими силами... Еще акцент 300 человек (речь идет о двух третях депутатского корпуса, необходимых для принятия конституционных изменений – Ред.)... Но не 36 миллионов...

Кто отвечает за это решение?

Это дискуссия о том, какая модель лучше для каждой страны. Свою судьбу взять у соседа и скалькировать нельзя. Необходимо ощущение внутренних политических, властных, конституционных механизмов. Есть своя традиция, формирование определенной культуры... Это десятки вещей и обстоятельств, позволяющих в тот или иной исторический момент той или иной нации говорить: для нас такой строй лучше. Акцент этих изменений не могут давать один или триста политиков, речь идет о привлечении общества, каждого гражданина – как он думает о модели управления этой страной. Тогда может быть доверительный процесс в ходе формирования соответствующих предложений и их рассмотрения в парламенте. Поэтому такая апелляция к нации, к народу только усилит процесс формирования гармонизированных изменений и дополнений к Конституции.

– Все же таки позвольте уточнить: видится ли Вам возможным утверждение Конституции на референдуме, это ли только совет с народом?

– Я считаю что лучше всего, если бы мы шли в плоскости норм и процедур Конституции. Сегодня много звучит предложений о Конституционной ассамблее, то есть крайние формы реакции на сложивщуюся ситуацию. Я готов к такой дискуссии, но мы еще не начали полемику на начальной фазе как следует. Нам нужно понять позицию сторон. Если этому курсу будет сформировано сопротивление или неконструктивный подход, тогда к народу нужно будет апеллировать сильнее. Я знаю, что каждая сторона должна почувствовать потребность в организации этого процесса в рамках процедур, предусмотренных действующей Конституцией, и это будет лучшая атмосфера для работы комиссии.

СОЗДАЕТСЯ ВПЕЧАТЛЕНИЕ, ЧТО В ПАРЛАМЕНТЕ И ПРАВИТЕЛЬСТВЕ ЗАДАЛИСЬ ЦЕЛЬЮ СФОРМИРОВАТЬ АВТОРИТАРНУЮ МОДЕЛЬ УПРАВЛЕНИЯ СТРАНОЙ

– А Вы верите, что нынешняя коалиция парламентских сил пойдет на сотрудничество в этом вопросе?

– Думаю, общество с каждым днем все больше понимает: если мы не организуем этот процесс сейчас - через полгод-год у нас будут обстоятельства намного хуже... И тогда уже понадобятся более решительные радикальные методы, чтобы организовать этот процесс, и апеллировать намного сильнее к единственному источнику власти в Украине – к народу.

– Может ли речь идти о роспуске парламента?

– Я бы не хотел такого... Мы должны чувствовать обязанность искать выход и здоровые, добротные компромиссы, которые бы принял избиратель, приняло общество. Я бы не хотел, чтобы мы выходили на крайние моменты развития такого сценария. Я их не исключаю, но не я буду пропагандистом таких сценариев, потому что парламент должен выполнять свою функцию. Лучший парламент – это работающий парламент.

То, что сейчас происходит в парламенте и в правительстве, – ощущение такое, что эти люди задались целью сформировать авторитарную модель управления страной. Они не слушают здравого голоса, предложений по тем или иным вопросам, звучащих как в парламенте, так и за пределами парламента. Я убежден, что такая политика не долговечна, она не принесет пользы Украине. Но это уже ответственность не моя, а тех лидеров, которые организовали такую работу.

– Виктор Андреевичу, парламент не горит желанием утверждать Виктора Короля и Владимира Огрызко на должностях председателя СБУ и МИД. Каковы Ваши действия, если эти кандидатуры будут отклонены, будете ли вносить Вы их повторно?

– Это те властные преференции, которые положены Президенту. Он осуществляет руководство внешним политическим курсом государства, несет ответственность за безопасность и оборону Украины. И когда мы говорим о том, что конституционная норма требует от Президента формирования кадровой политики, я буду настаивать, что это президентская кадровая политика. Если не назначат Огрызко, то будет исполняющий обязанности – тот человек, который будет поставлен Президентом на этот участок работы. То же будет касаться СБУ. Я не буду поддерживать тех решений, которые демонстрируют парламент и правительство.

– Других кандидатур Вы не будете предлагать?

– Из позиций сегодняшнего дня – нет. Я хочу услышать от парламента, почему их не устраивает кандидатура Огрызко – человека, который последние 10–15 лет в украинской дипломатии занимает ведущее место, который работал на важных дипломатических участках, который обладает опытом, как мало кто в Украине. Почему человек, отвечающий национальным интересам, из-за чьих-то корпоративных или личных взглядов, не может быть назначен на эту должность?

Мы говорим о национальных интересах, а не корпоративных. Хотелось бы, чтобы было понимание на уровне национальных интересов

НИКАКИХ ЗАКУЛИСНЫХ ПЕРЕГОВОРОВ ПО ГАЗУ Я НЕ ВОСПРИНИМАЮ

– Хотелось бы коснуться темы газотранспортной системы, известных заявлений Президента Путина о возможности обмена активами между Украиной и Россией, закона об ограничении манипуляций с газотранспортной системой... Подпишете ли вы его? От правительственных чиновников звучали заявления, мол, инициативы об обмене акций украинской ГТС на право добывать газ в России исходят от Вас...

– Полномочий вести переговоры о судьбе украинской газотранспортной системы я никому не давал – ни премьеру, ни министру топлива и энергетики, хорошо понимая, что украинская газотранспортная система – это есть элемент национальной безопасности. Закон я, безусловно, всячески буду поддерживать и подпишу его (На момент выхода интервью закон подписан. – УНИАН)... Потому что он отвечает национальным интересам Украины.

Никаких закулисных переговоров я не воспринимаю как Президент. Они сразу станут публичными, если будут проводиться за моей спиной.

Но хотел бы подчеркнуть: есть неотложная необходимость в том, чтобы в украинско-российских отношениях, когда мы говорим о сотрудничестве в отрасли энергетики, был сформирован план действий, который будет удовлетворять государственные интересы обеих сторон. Пока такого плана действий нет. Наши отношения после того, как украинский парламент несколько лет назад проголосовал за газотранспортный консорциум, были заморожены на том этапе – с неизвестной судьбой этого консорциума и без серьезных инициатив в других сферах. Давайте спросим себя, выгодно ли Украине держать такую фазу отношений с Россией, когда с юга и с севера вокруг Украины разворачиваются такие энергетические проекты континентального характера? Украина, к сожалению, к ним не привлечена. Мы должны проводить активную политику в этой сфере и предлагать украинские возможности, которые должны быть учтены в развитии европейского энергорынка.

Потому логика, по которой должно работать правительство, – это формирование такого портфеля отношений на ближайшие годы, который бы активизировал транзитную роль Украины, и повышение уровня энергобезопасности Украины.

По моему, здесь можно о многих проектах говорить. Мы говорили о перспективах перекачки российского газа в Европу – на годы... Мы должны закрепить эту позицию на таких участках, как Богородчаны–Ужгород; эксперты говорят о возможности повышения пропускной способности всей газотранспортной системы на 20 миллиардов кубов за счет дополнительной капитализации этого участка. Это стоит рассматривать. Какие принципы, какие условия, я не говорю сейчас – это тема для отдельных технических переговоров. Актуальна для нас тема газопровода Александров Гай–Ужгород и дальше в Европу. Я думаю, мы можем говорить о развитии новых нефтетранспортных коридоров.

И это я считаю первоочередными задачами правительства... Но ни о никаких других вещах, о каких-то секретных моделях использования газотранспортной системы Украины - пока я здесь на Банковой не может быть речи...

– Будете ли Вы касаться этих вопросов в ходе будущей встречи с Путиным?

– У нас был разговор на энергетические темы, когда мы встречались в Киеве, о том, что нам нужно активизировать переговорный процесс по тем направлениям, которые могут быть актуальны для обеих стран. У нас не было разговора о газотранспортной системе Украины. Мы не считали нужным на уровне президентов касаться этой проблемы. А если кто-то из правительства располагает революционными предложениями, – то пусть скажет о них.

О ЗАПРЕТЕ НА ВЪЕЗД ОТДЕЛЬНЫХ УКРАИНСКИХ ГРАЖДАН В РОССИЮ МЫ БУДЕМ ГОВОРИТЬ С ПУТИНЫМ

– А дата Вашей встречи с российским Президентом уже известна?

– Продолжается доработка плана действий на 2007–2008 годы. Свое видение мы направили в администрацию Президента России, и, я так думаю, что в ближайшее время они будут согласованы на соответствующем уровне. Вероятно, встреча состоится в марте.

– Будете ли говорить Вы на такую деликатную тему, как запрет на въезд в Россию политиков, например, Петра Порошенко?

– Хотел бы подчеркнуть, что никто, какую бы должность он не занимал, не имеет права унижать честь и достоинство нашего государства. Нашей нации. Любые высказывания, которые будут противоречить этим международным принципам, будут находить адекватную реакцию в украинских действиях. Хотел бы, чтобы мы говорили здесь ясно.

К определенным лицам были применены меры ограничения въезда в Украину, потому что имеются факты недоброжелательных высказываний по адресу Украины. Эти факты можно опровергнуть искренними действиями, соответствующими шагами, но не ультиматумом, не противодействием в отношении тех или иных украинских политиков. Вероятно, мы будем об этом говорить с Президентом России.

Я УВЕРЕН, ЧТО ВСЕГДА МОЖНО ВСТАТЬ ВЫШЕ ОБИД И ПОЙТИ ДАЛЬШЕ

– 31 марта состоится съезд Народного Союза “Наша Украина”. Петр Порошенко выразил мнение, что Вы должны возглавить партию. А кого Вы видите во главе “Нашей Украины?

– Партия находится в состоянии возрождения. Мы честно поговорили о многих вещах, происшедших в партии.

Многие из тех действий, которые были совершены против “Нашей Украины” как политической силы, абсолютное большинство тех дохлых кошек, которые навесили на партию, – это действия лживые, спровоцированные, не отвечавшие содержанию, духу самой партии. “Наша Украина” стала заложником внутрикоалиционной борьбы за место под солнцем (очевидно, речь идет о несостоявшейся коалиции БЮТ – “Наша Украина” – СПУ. – Ред.). В коалиции после предательства социалистов, после категорических разговоров с БЮТ стало ясно, что в этой коалиции таков уровень взаимного доверия... Я сам лично пережил много частных моментов – от использования политической марки “Наша Украина” до вещей, просто недостойных внимания. Каждому из тех, кто был около меня на Майдане, я предложил пост, причем на таком уровне, что для многих из них аналогичного предложения уже не будет. Но это свидетельство того, что я вместе с Майданом разделял доверие к этим людям.

Но случилось то, что случилось. Каждый выбирает себе дорогу. Я не изменил своих взглядов. И этим хочу показать свое глубокое убеждение, что идея “Нашей Украины” правильна.

Эта партия имеет уникальные цели для украинских интересов, она совместила в себе патриотизм с курсом евроинтеграции, реализации последовательных экономических реформ, высоко социального характера внутренней политики, формирования независимого продвижения для страны. Я думаю, что не каждая политическая сила может похвастаться такими маяками, и убежден, что за этими идеями будущее, как бы то ни было.

Партия сегодня выходит на подъем, приходят новые люди, которые яснее и доступнее могут декларировать такие цели. Я искренне предан ей. Я высоко ценю тот внутренний демократизм, который присутствует независимо от того, была ли она во славе, или в порицании. Мы слушали каждого.

И, возможно, потому мне больно слушать разные комментарии об одном и том же, потому что это политическая сила, в которую входят несколько партий и нужно уважать позицию каждого.

Партия сейчас обновляется. Персональный выбор лидера партии может сделать только съезд. У нас будет на съезде откровенная постановка этого вопроса, и вы будете свидетелями, как он будет решаться. Чтобы у вас не создалось впечатление, что сегодня здесь, на Банковой, Ющенко или Балога тасуют карты, кого сделать руководителем партии. Кого люди скажут – тот и будет (возглавлять партию.– Ред.).

– А если люди скажут, что Вы должны возглавить?

– Значит, будет так. Как скажут, так и будет.

– “Наша Украина” вместе с БЮТ декларировали единство действий во многих вопросах. Может ли у этих политических сил на следующих выборах быть единый список?

– Я рад, что этот диалог начался с извинений, с прощения. Ниточка тронула за сердце, за чувства... Я убежден, что это шанс, который нужно ценить. В любом случае, когда мы говорим об организованной позиции, то нужно говорить и об организованной оппозиции. Тогда страна будет в балансе, тогда не будет тех просчетов, которые были сделаны, к сожалению, и за счет сил оппозиции. Я имею в виду неконституционный закон о правительстве, который мы будем отхаркивать, простите, еще долго. Или решения, связанные с наблюдательными советами, в том числе и Нацбанка. Мы возвращаемся к феодализму такими решениями. Это не нужно. Это не услуга Украине. Как раз механизм коалиции (оппозиционных сил. – Ред.) поможет не допускать таких ошибок.

– Виктор Андреевич, много писалось о Ваших договоренностях с Юлией Тимошенко. Велись ли переговоры с Юлией Владимировной о разделе должностей и тому подобном?

– Сегодня бесперспективно говорить о вещах, которые находятся за горизонтом. Сегодня нужно говорить о тактике в пределах двух-трех ближайших лет. Только такой план действий поможет вернуть доверие, формировать взаимопонимание, возможность говорить о чем-то большем.

Я не исключаю такого разговора, но это будет впоследствии. Я уверен, что всегда можно стать выше обид и пойти дальше. Потому что глубокое разочарование было вызвано у избирателей уровнем отношений, уровнем доверия.

Думаю, уроки сделаны. Сегодня мы можем видеть в парламенте два крыла, представляющие украинскую политику. Движение страны вперед может происходить только в условиях диалога власти и оппозиции...

Над интервью работали Александр Харченко, Елена Гитлянская, Владимир Ильченко

 

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
загрузка...

Нравится ли Вам сайт?
Оставьте свое мнение

Соглашаюсь
Мы используем cookies