Подпишитесь на нас в Google
Украинскую добычу газа сегодня сдерживают три фактора: российские атаки, сложная геология и регуляторные ограничения. Но если войну и геологические условия отрасль не может быстро изменить, то санкционные и связанные с ними регуляторные барьеры государство способно устранить. Об этом в колонке о проблемах украинской газодобычи пишет генеральный директор группы компаний Smart Energy Алексей Заец.
По его словам, украинская добыча газа работает в условиях постоянных российских ударов по энергетической инфраструктуре. Только с начала 2026 года, согласно открытым сообщениям компаний и государственных органов, россияне совершили 293 атаки на объекты группы "Нафтогаз", что уже больше, чем за весь 2025 год. Каждая такая атака чревата рисками для работников, остановками производства, потерей оборудования и новыми затратами на восстановление.
И без того непростую ситуацию усугубляет сложность украинских месторождений. Значительная часть месторождений, в частности в Полтавской и Харьковской областях, требует глубокого бурения, сложных технологических решений и долгосрочных инвестиций. Геологоразведка на одном участке может стоить 8–10 млн долларов, а бурение одной скважины – ещё 10–12 млн долларов, без гарантии коммерческого результата.
В то же время, подчеркивает Заец, третий фактор зависит исключительно от решений государства – санкционных или связанных с ними регуляторных ограничений. Санкции остаются важным инструментом национальной безопасности, но они должны быть настроены так, чтобы поражать угрозы, а не автоматически останавливать украинские предприятия, которые могут работать в интересах государства. Заец отмечает, что международная практика позволяет сочетать жесткое санкционное давление с механизмами, которые не разрушают критически важные активы. В США, ЕС и Великобритании для этого применяют лицензии, исключения и разъяснения, которые позволяют избегать несоразмерного ущерба для собственной экономики и энергетической безопасности. В Украине же практика зачастую обратная: у компании есть газ, команда, скважины, инфраструктура и инвестиционная программа, но фактически она не может работать из-за санкций в отношении одного из бывших бенефициаров. Если есть вопросы к лицу, подпадающему под санкции, ограничения в отношении него должны действовать. Но стратегический актив не должен автоматически останавливаться, если его контроль, управление и текущую деятельность можно организовать в интересах Украины.
"От того, насколько быстро Украина найдет этот баланс, зависит, станет ли собственная добыча газа одним из фундаментов энергетической независимости или Украина и в дальнейшем будет вынуждена покупать за рубежом то, что может добывать сама", – отмечает Заец.
Напомним, в июле компания сообщала, что из-за блокировки части активов Smart Energy Украина потеряла почти 300 млн кубометров газа.
