Николас Димитров уже создает новые истории / фото УНИАН

Писатель Николас Димитров: Совет начинающим авторам - создайте культ. Чем больше сумасшедших привлечете, тем лучше

07:00, 01 сентября 2020
698 1 Интервью

На днях издательство «Фабула» выпустило в печать украинскую версию скандального романа о цифровой религии «Дилер реальности». УНИАН встретился с его автором, чтобы детальнее поговорить о книжном бизнесе, созданной им новой религии и мире будущего.

Впервые роман «Дилер реальности» был опубликован год назад на русском языке. Это писательский дебют болгарина Николаса Димитрова. Киберпанк-роман рассказывает о корпоративном шпионе, ставшем мессией первой цифровой религии в мире недалекого будущего, где много секса, наркотиков, а религия, как говорит сам автор, «превратилась в фаст-фуд».

Гремучая смесь из футуристических и скандальных размышлений развернула волны обсуждений романа в социальных сетях. Отзывы читателей разные, критики о претенциозности автора и его попытках имитировать Пелевина тоже хватает. Тем не менее, звезды шоу-бизнеса читают «Дилер реальности» в отпуске, а сам Николас Димитров уже создает новые истории. Больше о книге-провокации «18+» автор рассказал УНИАН в своем первом интервью для украинской прессы.

На днях в магазинах появился ваш «Дилер реальности», переведенный на украинский язык. Сколько вам это стоило?

Ничего не стоило. В издательство «Фабула» сами перевели роман на украинский. Я им продал права на роман, в течение трех лет они могут переводить, делать электронные версии, аудиокниги.

А год назад, когда ваш дебютный роман был выдан еще на русском языке, платили издательству?

Есть категория людей, которые издаются за свои деньги. Но у меня не настолько большое эго, чтобы так делать. Я не издаю книги за свои деньги, за эту «макулатуру» заплатил ровно ноль (улыбается).

За год вышло четыре издания «Дилера реальности» в разных странах / фото УНИАН

Что-то заработали на романе?

На книгах трудно зарабатывать. Особенно дебютному автору в Украине. К сожалению, на книгах в Украине зарабатывают только «пираты» (в России это такая же серьезная проблема). На сегодня роман набрал практически триста тысяч «пиратских» просмотров и скачек. Хотя, для меня огромная разница - держать в руках печатную книгу или читать электронную версию.

Вообще мало писателей выстрелило с первым романом. Красивый пример - Джоан Роулинг. Но она работала над книгой десять лет, а найти издателя она смогла с двадцать восьмого раза. Понимаете, в мире ежегодно публикуются сотни тысяч книг. Если автору повезло быть в числе мировых авторов, чьи романы переводят на другие языки, может получится бизнес. Ведь появляются предложения о кино, адаптации романа на телевидении. Одна такая адаптация тянет за собой рост продаж следующего романа, аудитория расширяется. Это движение на медленных оборотах, которое растет, как снежный ком.

За год вышло четыре издания «Дилера реальности» в разных странах. В Украине книга вышла на русском и вот сейчас - на украинском языке. Роман опубликован в России и в Болгарии. Совокупный тираж составляет 20 тысяч экземпляров. Сейчас роман переводится еще на восемь языков, в конце следующего года будет доступен на двадцати пяти языках. Чисто математически, бизнес получится, когда роман будет переведен на большее число языков. Это будет возможно, если подпишу договор с самым большим издательством мира, с которым ведем переговоры.

Роман Димитрова бесплатно скачали 250 тысяч человек / фото УНИАН

С каким?

Ну, это самое большое издательство в мире. Заинтересованы законтрактовать меня на пять лет на три произведения вперед. Скорее всего, это издательство сможет гарантировать перевод романа еще на 30-40 языков. Плюс, каждый следующий роман будет тянуть продажи предыдущих. Тогда это будет бизнес. А сейчас я просто подарил Украине, Болгарии и России красивый роман, который бесплатно скачало 250 тысяч человек. Они вдохновились концепцией религии, которая превратилась в фаст-фуд, моделью будущего, парадигмой отношений человека с технологиями.

Кто договаривается с издательствами других стран?

В цивилизованном мире это работа литературных агентов. Но на рынке Украины такой профессии нет. Мне повезло, и первое издательство, куда отправил роман, «Фабула», буквально через неделю мне ответило. В Болгарии тоже сразу согласились. «Эксмо» было вторым издательством в России, куда обратился. Но не скажу, что на западном рынке все проходит также легко. Есть предложение от издателя в Великобритании, в Эстонии, во Франции и в Чехии. Но это все разрозненные издательства, отнимают много времени переговоры, согласовывание текста, обложек, расположение иллюстраций. У меня есть менеджер, который этим занимается. Но с литературным агентом было бы проще. 

У вас были знакомства в «Фабуле», когда отправляли им роман?

Нет, просто написал маркетинг-директору. Конечно, была небольшая коммуникационная стратегия, все-таки я учредитель рекламного агентства и знаю толк в рекламе. Я написал им хорошее письмо, роман был уже с красивыми иллюстрациями.

Вы упомянули, что предпочитаете бумажные книги. Есть некая ирония в том, что пишите о мире будущего, а в каких-то вещах такой ретроград.

Книга и вообще искусство — это квинтэссенция человеческих эмоций и интеллекта. Книга изначально содержит таинство. Держишь в руках, трогаешь страницы, нюхаешь, подчеркиваешь. Вы бы видели мои книги, они все с закладочками и заметочками. Разве была бы на моем лице такая радость, если б показывал вам обложку романа с экрана телефона? - Нет. Цифровая религия — это одно, но держать в руках бумажных книгу — совершенно другое.

Начинающим авторам Димитров, прежде всего, посоветовал написать хороший роман/ фото УНИАН

Посоветуйте начинающим авторам, как продвигать книгу. Что у вас сработало?

Для начала - написать хороший роман, правда. Важно проводить с текстом много времени – тысячу бессонных ночей. В России, если честно, продвижению романа помогло противостояние с церковью. Вокруг книги разгорелся нешуточный спор с участием Чаплина и Невзорова (протоиерей РПЦ Всеволод Чаплин и журналист Александр Невзоров). Потом какой-то священник сказал, что богу нельзя молиться через мобильное приложение, нужно только ходить в церковь. На что мы ответили, мол, церковники опять провозгласили монополию на веру. Когда все это происходило, нас подняло в рейтингах «Яндекса», это отразилось на продажах.

Кстати, что вы думаете? Несколько месяцев назад мне приходит реклама: «Российская православная церковь онлайн, хотите заказать интерактивный молебен? Вы можете сделать это через приложение, для вас будет молитва произнесена в более чем четырехсот церквях». Это лицемерие мне претит.

То есть, раскрутиться помог скандал. Помимо скандала, какие инструменты помогают?

В Украине уникальным кейсом стало использование на обложке фото моего друга Евгения Филатова, The Maneken. Очень важна правильная коммуникационная стратегия, связи с прессой, соцсети. Я горжусь нашими социальными сетями, откликом читателей и разнообразным контентом о мире киберпанк и вселенной романа, которыми мы делимся. За два года ведения страничек Facebook и Instagram вышли не просто цитаты из книги, а более тысячи постов на социально важные темы. Именно контент в социальных сетях заинтересовал одно из самых больших издательств мира, в котором вскоре будет опубликована еще одна версия романа на другом языке.

Сейчас хотим внедрять на книжном рынке инновацию – адаптировать сюжетные истории героев под формат Instagram в сто постов. Что касается скандала, это может сработать на одну покупку. Но автору нужно думать о следующих книгах. А вот кино хорошо работает для продвижения романа. 

Димитров рассказал о возможной киноадоптации романа / фото УНИАН

Кино по «Дилеру реальности» будет?

Да, есть три предложения. Но нужен правильный менеджер. Например, мне прислали контракт из Америки на восемьдесят пять страниц с кучей мелких деталей. Считаю себя неглупым человеком, но вместе с партнером почитали и много не поняли, нужен юрист.

Поговорим о романе. Сама идея «Дилера Реальности» вам пришла в голову более двадцати лет назад. Изначально писали пьесу и только через время пришли к книге. Что стало поворотным моментом для этого решения?

До этого я пьесы тоже не писал, поэтому пригласил драматурга Андрея Жолдака и рассказал ему идею.  Пьесу мы написали вместе, все, кроме финальной сцены. Работа застряла, и текст пятнадцать лет пролежал в ящике. Пять лет назад перед вечеринкой я наводил у себя порядок и нашел распечатанные экземпляры пьесы. На вечеринке, порядочно выпив, раздал текст гостям, за полтора часа мы его прочли по ролям, все остались в восторге. А я сказал, что напишу роман, ведь диалоги прекрасные. Гости посмеялись, но так и случилось.

Хотели бы сами жить в Сингапуре будущего, описанного вами?

Сингапур — феноменальный город. Место действия романа — это город новых технологий, где все дозволено, где появляется первая технорелигия, где все продается... Это так непохоже на Сингапур, в котором все вылизано, чисто, отрегулировано. Я бы хотел пожить и в нынешнем Сингапуре, и в том, который описан в романе. Но хочу обратить ваше внимание на концовку романа в украинской версии, она другая.

Процитирую немного (укр.): «Йду на кухню, великими ковтками п’ю воду з-під крана, потім довго стою біля вікна, вдивляючись в нічне місто на пагорбах... Колись воно було одним зі світових стовпів православ’я, але нещодавно все змінилося до непізнаваності. Тепер це - епіцентр нової технорелігії та місто-держава, що за часів криптоанархії відкололося від країни, столицею якої було…» Не узнаете?

Город на холмах… Киев?

Любой человек, прочтя эту главу, узнает Киев. 

Зачем этот финал с альтернативным местом действия? Хотите порадовать украинского читателя?

Совсем нет. Вот еще один фрагмент (укр.): «Всупереч прогнозам, колишнє місто-герой, а нині незалежний поліс, не лише вистояло, але й досягло процвітання. А за рівнем технологій випередило чимало країн світу…».

Димитров утверждает, что роман не антирелигиозный / фото предоставлено героем

Вы мечтаете, что Киев таким будет?

Конечно. Но я не говорил, что это Киев. Я сказал, что это «город на холмах, город-герой». Вы заинтригованы? Это отлично.

События в романе вращаются вокруг новой религии - трансферизм. Вы разочарованы официальными религиями?

На самом деле, роман не антирелигиозный. Он не выступает против веры и даже против религии. Он выступает против религиозных институтов, которые сегодня, к сожалению, не исполняют истинную функцию - возвышать человека и соединять с источником (некоторые называют этот источник Богом).

Истинная суть религии - дать возможность человеку открыть себя божественного. Но сегодня официальные религии этого не делают.  И мне жаль, что религия в текущем состоянии. Ведь до семнадцати лет сам хотел стать священником. 

Понимаете, религия — это коллекция мистических знаний, адаптированных к определенной географической области. Они решают экзистенциальные проблемы: что происходит дальше, в чем смысл существования, какова наша цель? Часто люди ищут в себе ответы на экзистенциальные вопросы, но многие из этих вопросов в нас не заложены. Мы как стеклянные колбы без запаянного дна, осознавая свою пустоту, начинаем искать ответы во внешнем мире. Многие ищут ответы о происходящем с ними через алкоголь, наркотики, секс, еду, религию, социальные сети. Но в своей книге хочу доказать людям, что не нужно искать источник извне. Источник — ты сам. Ты — самое важное в мире и самое существенное, все ответы заложены в тебе самом.

Религии утверждают, что мир был создан богами. Мистики согласны, но добавляют: процесс создания не завершен. Но современные технологии ежедневно противоречат всему этому, доказывая, что вы создатель собственной реальности. Это основной посыл в романе — мы все дилеры своей реальности. Только мы в ответе за свою жизнь и счастье. 

Вот здесь (показывает на свой айфон, - УНИАН) скоро будут новые религии. И никто не будет спрашивать разрешения церкви. В приложении будет много встроенных религий, и каждый сможет выбирать для себя не стандартное вероисповедание своей страны, а индивидуальный набор. Сегодня индийские песнопения, завтра прочитать Коран или Тору, послезавтра тибетскую мантру. Если бы у меня были деньги, я бы сделал такое приложение. Что в этом плохого?

Как думаете, что будет с храмами, если такое приложение появится?

Храмы — это просто здания, более или менее сакральные. Но они всегда будут местом действия чего-то и всегда будут нужны. В храмах прохладно, тихо, пахнет веками таинства, пьянящий аромат ладана.

Как полагаете, если церковь начнет меняться, перестанет в чем-то следовать тысячелетним канонам, это позволит институциям сохранить авторитет у людей будущего?

Мне кажется, с церковью все будет в порядке, институции устоят. Да, в моем романе все не так… Но ведь в романе таков был коварный план корпорации. Понимаете, церковь уже другая. Нынешний Папа безумно прогрессивный. Мир меняется, он даже не такой, каким был в прошлом году. Я думаю, что через пару десятков лет, когда новое поколение возьмет все в свои руки, церковь будет тоже другой.

Димитров рассказывает, что вся информация о нем появилась в интернете в контексте романа / фото УНИАН

Как вы придумали концепцию новой религии, трансферизма?

Трансферизм – это возможность трансферировать, перенести свою личность в «облако». То есть вечная оцифрованная жизнь. По своей сути, новый технонаркотик (технонаркотиком первого поколения был телевизор, второго поколения – социальные сети). На самом деле, сейчас вы каждый день трансферируете свою личность в социальную сеть. Давайте представим, что технология шагнула на двадцать лет вперед. И все, что вы выставили в сеть, вашу проекцию красивой жизни, я могу взять и зациклить. Таким образом, сделав вечным. Человек оказывается среди зацикленных счастливых переживаний, созданных им же. В сущности, это не имеет смысла. Мы так устроены, что счастье без цели не сделает нас счастливыми. Такое зацикленное «счастье» превращается в какой-то ад.

Почему вопрос технонаркотиков вас взволновал? Ведь до публикации романа вас даже в соцсетях не было.

Да, вся информация обо мне в интернете появилась в контексте романа. До этого, воспользовавшись возможностью Google, удалил все упоминания обо мне и десять лет практиковал анонимность. Но я видел, как влияет этот наркотик последнего поколения. У вас есть на экране уведомления, сколько вы проводите в соцсетях?

Нет, но я знаю про свою интернет-зависимость. 

У меня экранное время – девять часов. Хотя я мало времени провожу в соцсетях, просто в последнее время не пользуюсь компьютером. Но я человек, который считает, что у него нет интернет-зависимости. Технологии – это новый наркотик, новая религия. Что нам с этим делать? Бороться? – Нет. Правильно сожительствовать? –  Может быть. 

Что для вас интереснее - писать о технологии или о реакции человека на технологию?

Масса блогеров пишут о новинках технологий. Моя цель – рассказать, как с этими новинками стать лучшими версиями самих себя. Очень бы хотел, чтобы огромные шаги человечества в новых технологиях сопровождались таким же прогрессом в сознательности. Чтобы появлялось больше людей, ценящих чистоту человеческих отношений, чистоту природы и ценностей.

Вы больше футурист, то есть верите, что представленное вами будущее возможно, или фантаст – идеи не имеют в основе ничего, кроме вымысла с целью развлечь читателя?

Не знаю, футурист я или фантаст. Расскажи я историю романа двадцать лет назад, когда только задумал, это была бы научная фантастика. При этом, в восьмом классе написал сочинение «Портабельный мир» о карманном девайсе, с которым можно снимать и смотреть кино, разговаривать с ним. По сути, смартфон. Мог ли видеть что-то подобное в 1985-м году в коммунистической Болгарии? – Возможно, но не помню этого.

Я не знал, что пишу киберпанк, пока мне об этом не сказали. И пока не прочел определение. Многие вещи из романа мне нравятся, но надеюсь, что конца мира не произойдет. Поэтому, в некоторой мере, это роман-предостережение. Хочу, чтобы люди задумались о своих поступках, об отношениях, не потеряли себя среди многогранности новых технологий. Первичное — это ты сам.

Вам писали поклонники, поверившие в трансферизм?

Да, писали. Говорили, что я большой молодец.

Что им отвечали?

На их «волне». Говорил, что такая технология уже создается. Так что, еще один совет начинающим авторам - создайте культ. Чем больше сумасшедших привлечете, тем лучше (улыбается). 

Димитрова после выхода романа критиковали за богохульство / фото УНИАН

Как роман критикуют?

Якобы богохульствую. Называли «болгарским Пелевиным», что я плохо имитирую Акунина. Мне приятны такие сравнения. Как-то нас фейсбук забанил, запретив промо-ролик романа к показу с формулировкой: «Содержит сексуальный подтекст и обнаженную натуру, сцены насилия…». Еще говорят, что вторая часть романа получилась очень женская. Кстати, она моя любимая, я ее переписывал шесть раз. Мне очень хотелось рассказать историю именно так. Часть первая - история корпоративного шпиона, который становится мессией новой религии. А вторая часть - история женщины, у которой все есть, и она все ставит на карту ради любви.

Это нестандартный ход - прерывать повествование и вести рассказ от имени второго протагониста. Этот ход не должен всем нравиться, но я хотел экспериментировать, все-таки мое произведение. Если бы был женщиной, начинал читать роман со второй части.

Это совет читателям?

Читателям женщинам можно начинать со второй части, да.

Большинству из нас хочется верить, что наши дети будут жить лучше нас. Почему ваш взгляд на будущее — это не мечты про «светлое будущее», а мир, где все пороки вылезли наружу?

Нам обещали «светлое будущее», когда я жил в коммунистической Болгарии в Советском Союзе. Оно не наступило. Пока обманывали «светлым будущим», мы жили в полном мраке. Хотелось бы верить в светлое будущее, но в современном мире не вижу предпосылок для этого. Впрочем, книга нацелена сделать людей более сознательными. А это повышает шансы на «светлое будущее».

Если честно, предпочитаю находиться в текущем моменте. Ведь будущее неизменно наступит. Но если уже сейчас поступать сознательно, экологично, порядочно, перенести свой фокус на сегодняшний день, то завтрашний неизбежно будет лучше.

Каждый желающий быть писателем представляет себе день, когда возьмет в руки законченную книгу. Что почувствовали, когда это произошло?

Порадовался, ведь это круто. Но сразу возник вопрос, что делать дальше, чтобы книга достигла максимального количества читателей. 

Димитров допускает, что напишет продолжение романа

Будет ли продолжение истории Золтана?

Возможно, через несколько лет. Вынашивая идею двадцать лет, готов дать «Дилеру» отдохнуть. Сейчас работаю над двумя произведениями. Это другие истории. Одна — триллер о ритуальных убийствах лучших диджеев на острове Ибица. И другая книга — инстаграм-роман для взрослых, в котором главные герои — две собаки и гей-пара (миллиардер и лучший диджей в мире). 

Вообще есть четыре произведения в задумках, которые хотел бы написать в следующие пять-шесть лет. Я медленно работаю. Читаю, вычитываю, много советуюсь. 

Ирина Шевченко

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
загрузка...

Нравится ли Вам сайт?
Оставьте свое мнение

+
Соглашаюсь
Продолжая просматривать www.unian.net, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности