Александр Радкевич (справа) / фото Facebook/ Olha Reshetylova

Экстрадиция ветерана АТО в Литву: как решится судьба украинца, которого осудили за события 1991 года

10:35, 12.01.2022
10 мин. 4464

Сегодня, 12 января, в Афинах может решиться вопрос экстрадиции ветерана АТО Александра Радкевича в Вильнюс. Минувшей осенью украинца задержали по запросу Литвы, он был заочно осужден и получил четыре года по "делу 13 января" за события 30-летней давности. УНИАН узнавал подробности этой истории и разбирался, может ли быть смягчен приговор.

В 1991 году Александр Радкевич, тогда еще "зеленый" лейтенант, был водителем-механиком советского танка, выполнял приказы 11 января, когда тогда еще советские военные штурмовали в Вильнюсе Дом печати. Так Кремль сделал отчаянную попытку вернуть контроль над Литвой, объявившей Независимость. Роковым, кровавым стал другой день – 13 января. В результате неравного противостояния 14 литовцев погибли, сотни пострадали. Надо ли говорить, насколько принципиально было для Литвы осудить всех виновных?

Следствие и суд затянулись на десятилетия. Приговор прозвучал лишь в марте 2019 года - десять лет для бывшего министра обороны СССР Дмитрия Язова, большие сроки получали бывшие офицеры КГБ, псковские десантники, подавлявшие мирный протест с оружием в руках… Украинца Радкевича осудили на 4 года.

Важно отметить, что ветеран АТО не скрывался от следователей и суда, давал показания и в девяностых, и летом 2014-го, но фактически суд шел без его участия.

УНИАН следил за этой историей с самого начала.

"Я попытался найти своего подзащитного, но в Украине живет очень много Радкевичей", - признавался агентству литовский адвокат Арвидас Верпичинкас.

В итоге бывший танкист не знал, как проходит процесс, по словам его семьи, до Александра не дошла информация ни о присужденном ему сроке, ни о проигранных апелляции и кассации. Отчасти коммуникации мешало то, что танкист на время вернулся в армию, воевал на Светлодарской дуге на Донбассе. И только отправившись на отдых в Грецию, когда там его задержали, узнал, что его ждет четыре года заключения.

Естественно, при заочном процессе обвиняемый не мог в должной мере себя защитить. И 17 января 2022 года в Вильнюсе пройдет первое слушанье суда - апелляция инициирована Радкевичем и его украинскими адвокатами. УНИАН разбирался, может ли быть смягчен или радикально изменен приговор.

"Один день - как месяц. Хочется повеситься"

Еще в октябре 2021 года юристы объясняли, что на решении вопроса об экстрадиции обычно уходит до двух месяцев. Но в дело вмешалась пандемия. Заседания суда переносились из-за вспышки коронавируса в изоляторе временного содержания.

"В камере был ковид, но отец все перенос легко, у него две дозы вакцины. Из симптомов было повышенное давление, но папа - гипертоник, не знаю, из-за ковида это или из-за происходящего", - рассказывала УНИАН дочь ветерана Мария Годованюк.

Осенью прошлого года она отмечала, как в ее отца вселил надежду визит консула, украинец решил, что его не бросили в беде. 

"Когда был шум в СМИ, к нему приезжал консул, ему звонили. Когда все стихло - все исчезли. Нашей семье так никто и не позвонил из МИД, не объяснил, что делать в такой ситуации, как делать. Это показывает, в какой стране мы живем. Ты интересен как гражданин, только когда надо платить налоги", - с болью говорит Мария Годованюк.

Заметим, что в октябре МИД заверял, что дипломаты на постоянной связи с ветераном. Но накануне решения об экстрадиции этот вопрос не комментировали. УНИАН озвучит позицию украинских дипломатов, когда получит ответ на свой запрос.

"Ничего хорошего отец уже не ждет, и эта ситуация очень плохо на него влияет. Обычно, во время телефонных разговоров он уходит от темы тюрьмы, как идеальный семьянин расспрашивает нас о новостях, здоровье. На наши: "Папа, а у тебя как дела?", обычно: "Все нормально". Обмолвился, что камера не как в фильмах, но приемлемая, что никто его не обижает, только, простите за подробности, клопы заедают. Но день за днем - нет никаких сдвигов по делу. Однажды отец признался: "Ты не представляешь каково здесь. Один день - как месяц. Хочется повеситься". От таких слов очень тяжело", - признается Мария Годованюк.

В Греции задержали ветерана АТО, осужденного в Литве за военные преступления 1991 года / фото facebook.com/o.reshetylova

"Никто не просит индульгенции за участие в АТО"

По мнению литовцев, экстрадиция - лишь вопрос времени. Если выдан Европейский ордер ареста, он должен исполняться. Это упрощенная процедура, в которой невозможно оспаривать решение судов других стран ЕС (хотя, отметим, был скандал, когда в Австрии в рамках этого же дела задержали и отпустили россиянина).

Главный вопрос в том, что ждет Александра Радкевича дальше.

"На время повторного слушанья могут приостановить исполнение приговора. Речь не идет о том, что его отменят. Есть механизмы, благодаря которым Радкевич может оказаться на свободе. Но действие приговора могут и не останавливать", - говорит адвокат-партнер адвокатского объединения UMBRELLA, эксперт Украинского Хельсинского союза по правам человека Максим Тимочко.

Он говорит, что многие СМИ спекулировали на теме того, что его подзащитный – ветеран.

"Но мы не будем делать акцент на этом статусе. Никто не просит индульгенции за участие в АТО. Для нас важно то, что Радкевич не мог себя защитить во время заочного процесса. Даже сейчас, несмотря на все запросы, мы не получили материалы дела, чтобы все внимательно изучить. Пока можем говорить, что часть обвинений вызывает вопросы. Скажем, можно говорить о том, насколько в этой ситуации применима статья о военном преступлении. Да, были акции протеста, войска, жертвы. Но была ли это война?", - говорит Максим Тимочко.

Правозащитница, координатор "Медийной инициативы за права человека" Ольга Решетилова отмечает, что в 1991 году Радкевич был заложником советской империи, не мог не выполнить приказ, при этом его экипажу не отдавались приказы стрелять. В материалах дела есть информация, что его танк врезался в грузовик (водитель не пострадал), но Радкевич утверждает, что потерял сознание после того, как в него попал камень.

Адвокат Радкевича в Литве Арвидас Верпичинкас заявил УНИАН, что будет добиваться оправдательного приговора: "Я и сам был в 1991 году в Вильнюсе, правда, не у Дома печати, у Сейма. Члены моей семьи пострадали от советской власти, прошли через ссылку. Но, по моему мнению, простой солдат, молодой лейтенант не виноват в том, что делала верхушка. Я прекрасно понимаю: если бы он не выполнил приказ, отправился бы под трибунал. Мое глубокое убеждение, что судить надо командиров, а Радкевича – оправдать. И надо признать, что он не мог понимать, что происходит вокруг, он не мог посмотреть ТВ, разобраться. Ему дали приказ – выехать, охранять объект. Он его выполнял".

Впрочем, такое мнение – крайне редкое в Литве.

"Общественное мнение однозначно - нет людей, которые бы говорили о помиловании. Все склоняются к тому, что Радкевич должен отбыть наказание. Наши доводы слушать не готовы. Для них это дело важное и символическое, и мы это прекрасно понимаем", - говорит Ольга Решетилова.

"Одно из правил ведения военных действий - нельзя использовать армию против гражданского населения. И тут достаточно самого участия, это дает основание для ответственности. Не важно, убивал или нет конкретный человек. Важен сам факт его участия. Такая специфика преступлений против человечности", - ранее объяснял УНИАН бывший председатель Конституционного суда Литвы, декан юридического факультета Университета Витаутаса Великого Дайнюс Жалимас.

"Мы не хотим дискредитировать дело"

Политический эксперт Тарас Чорновил еще осенью отмечал, что в деле украинского ветерана важную роль могут сыграть не адвокаты, а дипломаты.

"Для Литвы все являются преступниками. Но есть российский спецназ, который кидался на людей, есть те, кто не может избежать ответственности: водители машин и танков, которые ехали на людей, от чего, впоследствии, они погибли или были ранены, и есть те, кто был участником "массовки". Мы можем понять парней, которые сидели в тех танках, которым, может, и не объяснили, куда они едут, что там происходит. Но Литва осудила людей, которые боролись против ее Независимости. Принцип правосудия сводится к тому, что существует коллективная ответственность, каждого выделяют отдельно, но при этом как бы звучит: "Ты был участником преступных действий. Ты был обязан не выполнять преступный приказ. Ты должен был понять, что это был преступный приказ"", - объяснял УНИАН Чорновил.

И, по его мнению, еще в октябре должна была включиться политика и дипломатия: "Человек за три десятилетия кардинально поменял свои взгляды. Человек проявил себя в совсем другой сфере, в сфере, в которой Литва особенно нам помогала. Нужно, чтобы глава МИД Украины связался с главой МИД Литвы. Наш премьер-министр должен звонить своему коллеге, Владимир Зеленский должен звонить президенту Литвы. Речь не идет об отмене приговора. Должен сразу встать вопрос о помиловании. И его вероятность я бы расценивал как такую, которая приближается к 100%".

Впрочем, по словам Ольги Решетиловой, ничего подобного ни осенью, ни сейчас не происходит.

"Мы обращались к МИД, писали обращения на имя президента, обращались к советнице Алене Вербицкой, Офису президента. Мы сделали все возможное, чтобы всех проинформировать, и мне тяжело сказать, почему Украина не проявляет свою позицию в этом вопросе. У меня есть только субъективное мнение, что Украина ценит двухсторонние отношения с Литвой, не хочет акцентировать это дело. И мы не оспариваем, максимально поддерживаем стремление литовцев установить справедливость в той ситуации. Мы не хотим дискредитировать дело про завоевание независимости, мы как никто понимаем важность подобного дела. И если мы пойдем с этим делом в ЕСПЧ, если мы его выиграем, мы нанесем удар по литовскому правосудию в этом деле. Нам бы этого очень не хотелось", - говорит она.

По словам Решетиловой, в этом деле есть большое количество россиян, которые действительно совершали преступления против человечности: "Поэтому мы просим, чтобы литовская сторона нас услышала и пошла на переговоры. Мы понимаем, что правительство не может влиять на решение суда, но мы хотим заострить внимание, что нужно искать политическое решение. Мы понимаем, что нам нужна поддержка Литвы. Но для нас судьба нашего гражданина, тем более ветерана украино-российской войны, также очень важна. Мы будем бороться за его освобождение. Мы не можем все пустить на самотек, ведь это будет использовано нашим врагом".

Влад Абрамов

Новости партнеров
загрузка...
Мы используем cookies
Соглашаюсь