Как трудовая миграция изменяет Украину

Как трудовая миграция изменяет Украину

Леонид Кучма , в бытность свою президентом Украины, вспомнил о работающих в Италии украинских женщинах  как о „проститутках”. С тех пор дискуссия о роли трудовых мигрантов стала более интенсивной и ожесточенной...

Традиционалисты побаиваются, что миграция рабочих взрывает украинское общество, либералы подчеркивают ее преимущества, но серьезных дебатов об этой проблеме не хватает.

Несколько лет назад, в бытность свою президентом Украины, Леонид Кучма вспомнил об украинских женщинах, которые работали в Италии, как о „проститутках”. С тех пор общественная дискуссия о роли трудовых мигрантов стала более интенсивной и ожесточенной.

В последние годы Украина стала одной из главных стран-экспортеров рабочей силы в Европе. Это наложило свой отпечаток на украинское общество и изменило восприятие трудовых мигрантов, так называемых „заробитчан”.

Как Россия, так и соседи Украины из Европейского Союза развивали свою собственную политику относительно временной эмиграции и иммиграции, а между тем Украина оставалась в ловушке „зоны неопределенности”. Две ее наибольших соседки, Польша и Россия, испытывают потребность в привлечении рабочих из Украины и с других мест для смягчения проблемы старения населения и сокращения количества работоспособных, но Украина кажется не готовой противостоять своему собственному демографическому кризису. Дебаты относительно миграции в СМИ и государственная политика - фрагментарны и тенденциозны, поскольку сторонники разных взглядов предпочитают произносить монологи на данную тему, а не принимать участие в реальном диалоге.

Когда об этом действительно говорят, то украинские эксперты и политические деятели часто сосредоточиваются на количества мигрантов, которые в настоящее время работают за рубежом, – диапазон оценок колеблется от 2 млн. до приблизительно 7 млн. В то время как большинство ученых выдвигают достаточно консервативные оценки, политические деятели, кажется, преувеличивают количество трудовых мигрантов. Спор относительно „реального” числа работников перерастает в политическую борьбу, в которой работники становятся составляющей игр для конкурирующих сил. Политическая оппозиция использует большие цифры как молоток, чтобы бить по социальной и трудовой политике правительства, которая не в состоянии воспрепятствовать (временному) выезду украинцев, и представляет себя защитником „нормальных”" украинцев.

Современный способ миграции

Под этой поверхностью публичные дискуссии относительно трудовых мигрантов обнаруживают разночтения ориентаций и перспективных планов, которые политические деятели и группы подготовили для Украины. В то время как польская политическая и интеллектуальная элита принимает участие в достаточно „современных” дискуссиях относительно текущего демографического кризиса и растущего кризиса трудового рынка, а Россия колеблется между современными и традиционными идеями и политикой, доминирующий украинский дискурс характеризуется традиционными и „антисовременными” элементами.

О трудовых мигрантах говорят и думают в целом о людях, которые путешествуют по Западу, чтобы работать, тогда как главный реципиент такой миграции, Россия, почти не фигурирует в публичном обсуждении. Постоянная официальная миграция из Украины в России уменьшилась после пика в 1990-х, но продолжается активная недокументируемая миграция. Эти мигранты могут легко и законнно выехать в Россию благодаря безвизовой политике, но большинство незаконно работает без разрешения. Рабочие этой группы, численность которой оценивают приблизительно в 1 миллион, приезжают из всех регионов Украины. Больше всего - мужчины, которые работают преимущественно в строительстве, особенно в и вокруг Москвы и других индустриальных центров.

Одной из причин отсутствия обеспокоенности по поводу миграции в Россию может быть ее очевидная и бесспорная "нормальность", поскольку работники не делают ничего нового для себя. Украинцы долго работали в России на временной основе, главным образом в форме целых бригад, и существуют известные сети, которые облегчают этот процесс. Некоторые из этих сетей имеют бизнесовый характер, а некоторые переплетены с организованной преступностью. То, что осталось в значительной степени незамеченным в СМИ, - что большинство украинцев в России работают в теневой экономике и что существующая миграция часто происходит в намного худших условиях, чем в советское время.

Напротив, трудовая миграция в страны Европейского Союза привлекает намного больше внимания благодаря не только ее значительным размерам, но также и ее отличным особенностям и относительной новизне. По оценкам украинского МИД многолетней давности, приблизительно 300 000 Украинцев работали в Польше, 200 000 в Италии, до 200 000 в Чешской республике, 200 000 в Испании, и 150 000 в Португалии. Во всех этих странах они имеют лишь ограниченные возможности работать законно, невзирая на некоторые недавние изменения законодательства, кампании по легализации и межправительственные соглашения.

Западная трудовая миграция равномернее сбалансирована между женщинами и мужчинами - в некоторых регионах женщины даже представлены больше - и привлекает непропорционально больше людей из Центральной и Западной Украины.

Эти факты влияют на тон обсуждения западного направления миграции, отображая взгляды украинцев на их отношения с Западом, особенно с ЕС.

Сначала – женщины и дети

Украина стоит перед серьезным демографическим кризисом, поскольку ее население быстро уменьшается и становится старше. В соответствии с последней советской переписью 1989 года, в Украине проживали приблизительно 52 миллиона человек. К 2002-му количество населения упало до 48 миллионов, и, согласно некоторым прогнозам, оно еще уменьшится - приблизительно до 38 миллионов в 2050. Постоянная эмиграция после распада Советского Союза сделала свой взнос в это падение, но умеренный, и была частично возмещена после того, как этнические украинцы, крымские татары и представители других „традиционных” наций вернулись в Украину из других частей фрагментируемого СССР. Высокая смертность и низкие коэффициенты рождаемости - главные движители кризиса. Кроме того, ВІЧ/СПИД остается заведенной бомбой замедленного действия.

Обеспокоенность демографическими и социальными изменениями усиливается заявления тех, кто утверждает, что миграция помогает взрывать украинскую традиционную жизнь. К этому добавляются такие факты как высокая часть женщин-мигрантов на Западе (в западных областях Украины от 60% до 70% трудовых эмигрантов - женщины),  а также сельское или провинциальное происхождение многих эмигрантов.

Отсутствие очень многих женщин - матерей и будущих матерей - в Украине часто преподносится традиционалистами как главная причина уменьшения коэффициента рождаемости и как причина распада традиционной украинской семьи. На их взгляд, матери оставляют своих детей, а жены – мужчин. Кроме того, потоки слез проливаются над тем, что украинские женщины за рубежом принуждаются к проституции, таким способом теряя моральное право или даже физическую способность родить детей.

Традиционалисты часто обвиняют в безответственности и эгоизме женщин, которые оставляют дома своих мужчин и детей в поисках новой жизни.

Они также обвиняют новейшую трудовую миграцию в социальном распаде, который наблюдается в Украине. Многие социальные критики-традиционалисты противопоставляют Украину, представленную лишенными гражданских прав но приличными трудовыми мигрантами, мягко говоря, морально подозрительным обществам Европейского Союза. За этими аргументами лежит вера в пагубное влияние Запада, который питается как левым так и правоориентированным способом мышления.

Лидер Коммунистической партии Петр Симоненко, например, недавно атаковал „помаранчевий лагерь”, который пришел к власти с Президентом Виктором Ющенко, за изображение трудовых мигрантов как активных людей и инвесторов. Такие люди вредят украинскому обществу, заявлял он, обвиняя их в распространении алкоголизма, злоупотребления наркотиками и СПИДа. В частности, поощряя женщин к миграции, правительство взрывает их настоящую роль - родить и воспитать здоровых детей.

Односторонние дискуссии

Обзорное исследование в Украине показывает, что сами мигранты имеют достаточно разные взгляды и существует широкий разрыв между тем, что другие говорят о мигрантах и как мигранты видят себя. Хотя многие имели негативный опыт за рубежом, трудовые мигранты чувствуют себя активнее привлеченными к формированию своих собственных жизней, чем не-мигранти.

Какие политические рекомендации и требования выводят традиционалисты из этих аргументов? В то время как в Западной Европе, все больше в Польше и даже в России регулируемая иммиграция рассматривается как средство противостояния демографическому кризису и „омоложения” рабочей силы и населения в целом, такие мысли являются исключением в Украине. Вместо этого много идей носятся в воздухе. Кое-кто утверждает, что государство должно поощрить трудовых мигрантов возвращаться в Украину, создавая новые рабочие места, если необходимо – за счет государственного бюджета. Обеспокоенные распадом семей призывают, чтобы все вещи, вредные для процветания традиционной украинской семьи, были преодолены: развод, порнография, проституция, ограничение рождаемости и аборты. В то же время, сельская местность - откуда походит наибольшая часть трудовых мигрантов - должна испытать подъем, опять-таки за счет бюджетных средств. В то время как эти идеи основаны на традиционных взглядах, предложенные средства достаточно технократичны и напоминают о советской политике.

Традиционалисты не имеют монополии на общественные дискуссии о миграции и всех социальных процессах, связанных с ней. Другие политические деятели и комментаторы видят тенденции и противоречия, подчеркнутые явлением трудовой миграции, как неминуемую составляющую модернизации и глобализации. Работа за рубежом может принести много материальных преимуществ для людей и для широкого украинского общества, говорят они. Одно из этих преимуществ – крайне необходима наличность: по грубым оценкам, мигранты переводят несколько миллиардов долларов ежегодно своим семьям в Украине. Даже при том, что это не отрицает социальные проблемы, вызванные трудовой миграцией, подчеркивается, что трудовая миграция - индивидуальный ответ на экономические и социальные затруднения. Некоторые либеральные эксперты и политические деятели одобряют программу повышения иммиграции. Но эти слабо развитые дискуссии еще не привели к созданию политических программ, не говоря об общей политике.

В общественном обсуждении трудовой миграции недостает серьезных дебатов между традиционалистами и либералами. Работники стали деиндивидуализированными цифрами в предложениях отдельных фракций или общенациональных планах развития. Интересно, что взгляды и опыт самих трудовых мигрантов остаются в значительной мере без внимания.

Керстин Циммер - дослідниця Институту Социологии университета г. Марбург, Германия Бизнес-уик (США)

Перевел Николай Писарчук

 

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter