Подпишитесь на нас в Google
По традиции последних лет, каждый июль в Украине говорят об отставке правительства. В прошлом году эти разговоры действительно завершились кадровыми перестановками – которые, впрочем, скорее напоминали перестановку мебели, чем реальную перезагрузку. В этом году история повторяется.
Так, 12 июля стало известно, что Украина вскоре получит нового премьер-министра. Юлия Свириденко, возглавлявшая украинское правительство с июля 2025 года, уйдет с поста.
Она оставила после себя довольно противоречивое наследие.
С одной стороны, ее правительство не запомнилось масштабными коррупционными скандалами, которые были бы связаны непосредственно с премьер-министром. Наиболее резонансной личной историей стали дискуссии вокруг вознаграждения за преподавание в Киевской школе экономики – около 3,1 миллиона гривен за 2024 год. Оппоненты быстро окрестили эту историю "кэшбэком от Милованова", однако широкого общественного резонанса она, как и ожидалось, не вызвала.
С другой стороны, главной характеристикой правительства Свириденко стало почти полное отсутствие политической субъектности. Премьер-министр Украины – первое лицо исполнительной власти – на деле не имела реального влияния.
Саму Свириденко еще с момента назначения воспринимали как человека, близкого к экс-руководителю ОП Андрею Ермаку. Ожиданий, что новый Кабмин предложит новый экономический курс или проведет масштабные реформы, практически не было – и так оно и произошло.
Правительство фактически продолжило прежнюю политику, а его главной функцией стало администрирование уже принятых решений. Каких-либо реформ, которые можно было бы назвать переломными, страна так и не увидела.
После политического кризиса, развернувшегося вокруг расследований НАБУ и САП по фактам хищений в энергетике и оборонной сфере и существенно осложнившего взаимодействие Банковой с парламентом, правительство не смогло наладить контакт с народными депутатами. Многие важные правительственные законопроекты либо зависали, либо с треском проваливались в сессионном зале. В том числе те, которые были необходимы для получения международной помощи.
Именно тема финансов стала одной из самых болезненных для правительства. Кабмин не смог убедительно объяснить обществу необходимость введения налоговых изменений. И особенно – затягивания поясов для украинских индивидуальных предпринимателей, которые в конечном итоге будут вынуждены платить НДС. Просто не сейчас, а когда-нибудь потом, после войны. То, что это решение удалось отложить, преподносилось как большая победа правительства. Однако почему такое требование вообще появилось, как и остальные налоговые инициативы, которые подаются под соусом требований наших международных партнеров? Многие эксперты обращают внимание на то, что часть таких предложений не была прямым требованием доноров, а возникла внутри украинского правительства. Которое не смогло найти лучших источников пополнения дефицитного бюджета.
Одновременно с этим, что точно характеризует "эпоху" Свириденко, – так это абсурдный по своим масштабам популизм. Правительство раздавало денег так много и делало это так часто, что это выходило за все разумные пределы.
Повсеместные раздачи по тысяче гривен, "Национальный кэшбэк", 2000 гривен на медицинский чек-ап, 3000 бесплатных километров при поездках "Укрзализныцей", 5000 гривен семьям первоклассников на покупку школьных принадлежностей – этот перечень постоянно расширялся.
При этом эти правительственные подарки поступали не нуждающимся, а всем подряд, что не имело никакой экономической целесообразности.
Как Кабмин отреагировал на суровую зиму, которая буквально "заморозила" украинцев? Зимней тысячей всем украинцам, независимо от уровня доходов. А на топливный кризис, возникший в результате войны на Ближнем Востоке и блокировки Ормуза? Топливным кэшбэком!
Экономисты неоднократно критиковали Кабмин за использование дорогостоящих, но малоэффективных инструментов поддержки населения. Но щедрых чиновников было не остановить.
Не менее показательными были и результаты реформ.
Таможенная реформа фактически так и не перешла в практическую плоскость. Несмотря на проведение конкурса на должность нового руководителя, бизнес не увидел ни заметного сокращения контрабанды, ни прорыва в цифровизации таможенных процедур. В то же время бюджет продолжает терять миллиарды долларов каждый год.
Реформа Бюро экономической безопасности якобы была проведена, но также оставила неоднозначное впечатление. Бизнес продолжает жаловаться на силовое давление, а международные партнеры подчеркивают необходимость полноценной перезагрузки института.
Одним из первых серьёзных испытаний для правительства стало резонансное дело "Мидас". Реакцией Кабмина стало обновление части наблюдательных советов энергетических и оборонных компаний и некоторые кадровые решения. Но этот процесс шел вяло и к настоящей "смене лиц" так и не привел. Продолжают ли в этих организациях существовать коррупционные махинации? Безусловно. Просто о всех них еще не известно широкой общественности. Системных изменений в корпоративном управлении государственными предприятиями страна так и не увидела.
В целом именно это, пожалуй, и стало главной чертой правительства Свириденко.
На каждую проблему Кабмин молниеносно реагировал "косметическим ремонтом" – инициировал какое-то решение, которое должно было временно успокоить нервничающее общество и создать имитацию бурной деятельности, однако по сути не могло стать настоящим решением системной проблемы.
В то время как комплексные реформы оставались скорее в стратегиях и презентациях.
Экономические показатели также не вселяли оптимизма. В 2026 году темпы роста экономики существенно замедлились, а в первом квартале было зафиксировано сокращение ВВП по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года. Безусловно, ключевыми причинами остаются война, российские атаки на инфраструктуру, дефицит рабочей силы и огромные бюджетные расходы на оборону. Вина за эти проблемы лежит исключительно на России.
Однако от правительства ожидали ответа на эти вызовы – новой экономической политики, масштабной дерегуляции, реального перезапуска таможни, БЭБ, корпоративного управления, приватизации и создания условий для инвестиций. Вместо этого Кабмин в основном сосредоточился на текущем администрировании и спорных социальных программах, оставив структурные реформы незавершенными.
А что же дальше? Если кадровое решение будет окончательно утверждено, вместе с отставкой премьер-министра правительство сложит полномочия в полном составе. Часть министров, вероятно, сохранит свои должности, другие будут заменены. Свириденко же, по слухам, возглавит посольство Украины в США.
Кто станет новым премьером, пока окончательно не определено.
На данный момент наиболее вероятным претендентом называют главу "Нафтогаза" Сергея Корецкого. Также рассматривается кандидатура Дениса Шмыгаля.
Однако главный вопрос заключается даже не в фамилии следующего главы Кабмина. Гораздо важнее, станет ли новое правительство самостоятельным центром формирования экономической политики. Ведь сегодня Украине нужна не очередная смена табличек на дверях министерств, а правительство, способное проводить непопулярные, но необходимые реформы, брать на себя политическую ответственность и формировать долгосрочную стратегию развития страны.
Остается надеяться, что текущие кадровые перестановки принесут Украине долгожданный экономический импульс. А правительство наконец обретет долгожданную субъектность, чтобы принимать решения, продиктованные текущей экономической ситуацией, а не погоней за политическими баллами.
