Пятница,
20 января 2017

Наши сообщества

Освободить несвободных

О необходимости освобождать украинских пленников из тюремных застенок в России и подвалов «ДНР» и «ЛНР» в Украине говорят уже который год. Скандал с Надеждой Савченко, попытавшейся стать еще одной «переговорщицей» в этом вопросе, актуализировал проблему. Но, к сожалению, не решает ее.

По информации правозащитников, на территории РФ и в Крыму незаконно удерживаются более трех десятков граждан Украины / Фото УНИАН
По информации правозащитников, на территории РФ и в Крыму незаконно удерживаются более трех десятков граждан Украины / Фото УНИАН

Весь декабрь информационное пространство было насыщено новостями об украинских гражданах, находящихся в заложниках у Кремля и ее сателлитов в Крыму и на Донбассе. На днях Генеральная ассамблея ООН поддержала резолюцию о нарушении прав человека в Крыму Российской Федерацией, назвав ее страной-оккупантом. В частности, документ призывает Россию, как государство-оккупанта, придерживаться обязательств в соответствии с международным правом, немедленно освободить украинских граждан, которые были незаконно задержаны и осуждены в нарушение элементарных норм правосудия.

Крымское «сафари» на граждан Украины

К сожалению, в резолюции нет данных о том, сколько граждан Украины подпадают под это требование. Ведь, когда речь заходит об украинских пленниках, зачастую вспоминаются фамилии тех, кто «на слуху»: незаконно осужденные в России политические заключенные – режиссер Олег Сенцов, или его «подельник» по шитому белыми нитками делу «крымских террористов» Александр Кольченко, или недавно задержанный в Москве журналист Роман Сущенко. Вместе с тем, по информации правозащитников, на территории РФ и в Крыму незаконно удерживаются более трех десятков граждан Украины, осужденных по политическим мотивам. И это только те, о которых доподлинно известно, в действительности количество незаконно задержанных может быть большим.

По словам украинских правозащитников, российские спецслужбы в Крыму в буквальном смысле объявляют «сафари» на проукраинских граждан. Их похищают из собственных домов, незаконно вывозят в Россию, против них фабрикуют дела…

К примеру, 16 декабря в Севастополе сотрудниками ФСБ был задержан Игорь Мовенко, из которого выбивали признание в экстремизме. Его жена сообщила Крымской правозащитной группе, что в этот же день у них дома был проведен обыск. Сотрудники ФСБ рассказали Валентине Мовенко, что если ее муж сам не признает «вину», то суд изберет ему меру пресечения – содержание под стражей. А если признается в экстремизме, то получит подписку о невыезде или домашний арест.

Проукраинский активист Игорь Мовенко / 15minut.org
Проукраинский активист Игорь Мовенко / 15minut.org

По информации координатора Крымской правозащитной группы Ольги Скрипник, после «бесед» в ФСБ Игоря Мовенко отпустили. Но как ситуация будет развиваться дальше – остается только гадать.

Экстремизм, подозрение в участии или в организации террористических актов, подозрение в незаконном хранении оружия – наиболее распространенные обвинения, которые ФСБ РФ использует для преследования граждан Украины в Крыму и в России. Так, по словам правозащитницы, координатора общественной инициативы «Евромайдан-SOS» Александры Матвийчук, как минимум, 19 крымских татар попали за решетку по недоказанным фактам принадлежности их к мусульманской организации Хизб ут-Тахрир, запрещенной в России.

«Ни единого доказанного преступления, связанного с террористической деятельностью организации не обнаружено... Но есть постановление суда [в РФ], которое считает формальное членство в этой организации уголовно наказуемым», - говорит адвокат Андрей Сабинин, ведущий дела граждан Украины в Крыму.

«Часто количество арестованных может гораздо превышать размеры камеры. Крымские татары находятся в камере, рассчитанной на 10 заключенных, по 15-20 человек. Тогда им приходится спать по очереди или на бетонном полу», - рассказывает координатор кампании «Let my people go!» Полина Бродик о том, как содержатся в аннексированном Крыму подследственные.

«В срочном порядке в Крыму строится новое СИЗО, потому что существующие уже переполнены», - добавляет Александра Матвийчук.

По ее словам, в текущем году более 2 тысяч осужденных граждан Украины с аннексированного Крыма были перемещены для отбывания наказания в самые отдаленные уголки России. При этом, получить доступ к задержанным и «осужденным», разобраться в том, действительно ли ими совершались те преступления, которые им вменяются, просто невозможно.

Происходят ли какие-то переговоры об их обмене или освобождении по примеру Надежды Савченко – неизвестно, поскольку в России на такие вопросы либо не отвечают, либо отвечают довольно пространно. К примеру, когда в начале декабря российский режиссер Александр Сокуров обратился к президенту РФ Владимиру Путину с просьбой освободить Сенцова, хозяин Кремля заявил, что «вопросы такого рода должны решаться судебной системой»: «Есть определенные правила и нормы, которыми мы можем воспользоваться, но для этого нужно, чтобы «созрели» соответствующие условия».

Заложники псевдореспублик

Пока десятки граждан Украины отбывают в российских колониях сроки по надуманным обвинениям без надежды на скорое освобождение, в Украине бурю негодования вызвала та, которой не пришлось до конца «вкусить» всех прелестей российской пенитенциарной системы – Надежда Савченко (все-таки после «суда» она не была отправлена по этапу куда-то в Сибирь). В какой-то момент даже показалось, что скандал, спровоцированный «переговорами» Савченко с главарями боевиков о якобы освобождении украинских пленников из «подвалов» псевдореспублик, больше на слуху, чем реальное освобождение из почти двухлетнего плена «киборга» Тараса Колодия…

Недавно освобожденный "киборг" Тарас Колодий на встрече с Петром Порошенко / Фото УНИАН
Недавно освобожденный "киборг" Тарас Колодий на встрече с Петром Порошенко / Фото УНИАН

«Освобождение Тараса стало возможным благодаря усилиям десятков человек, - отметила первый вице-спикер Верховной рады, представитель Украины на переговорах в Минске Ирина Геращенко. – Мы используем все возможности, чтобы вытянуть ребят… Родственники апеллируют к церквям, к посольствам, к другим странам, которые могут повлиять на ситуацию… Очень важно, что мы действуем в координации с СБУ, и тогда есть результат».

Собственно, накануне освобождения «киборга», гуманитарная подгруппа в Минске, совместно с СБУ и при поддержке президента Украины, сделала еще один шаг для освобождения пленных, так сказать, жест доброй воли – пообещала передать представителям отдельных районов Донецкой и Луганской областей (ОРДЛО) 15 человек из списка тех, кого они просили обменять. «Мы ожидаем, что это разблокирует процесс освобождения заложников. Мы обращаемся к РФ и ОРДЛО с просьбой проявить гуманизм и освободить пленников… Украина давно сделала предложение – передать 228 человек и забрать 58 заложников. Ждем официального ответа», - сообщила Геращенко.

Это предложение поддержали представители Германии и Франции. В частности, по словам главы внешнеполитического ведомства Германии Франка-Вальтера Штайнмайера, освобождение всех украинских заложников в начале января «было бы больше, чем проблеск».

Но даже на таких условиях представители так называемой ДНР готовы отпустить лишь 8 украинских пленных. С заложниками «ЛНР» еще хуже: они подтверждают наличие на «своей» территории только 6 пленников, а взамен их освобождения требуют амнистировать 440 сепаратистов и боевиков. Связано ли это с тем, что от России не поступает никаких конкретных указаний? Или с тем, что, как поговаривают, Плотницкий совершенно отбился от кремлевских рук? Возможно. Российская сторона в этом вопросе по-прежнему уклоняется от конкретики.

Кроме того, представители самопровозглашенных республик утверждают, что у них в плену находится гораздо меньше заложников, чем заявляет Украина. Так, по словам боевиков, в «ДНР» и «ЛНР» удерживаются только 58 украинцев. Впрочем, украинская сторона и это считает прорывом – еще летом главари боевиков утверждали, что у них в плену находится всего 20 человек.

Проверить правдивость любых заявлений боевиков о количестве пленных, о том, где и в каких условиях их содержат, к сожалению, невозможно – украинскую сторону гуманитарной подгруппы переговоров в Минске не допускают к заложникам. О состоянии некоторых из пленников приходится судить по информации международных миссий, в частности, Международного Комитета Красного креста (МККК), которые редко, но все же попадают в места на оккупированных территориях, где удерживаются пленные украинцы.

Освободженный из плена боевиков Владимир Жемчугов / day.kyiv.ua
Освободженный из плена боевиков Владимир Жемчугов / day.kyiv.ua

Вместе с тем, по мнению правозащитников, и такие «визиты» крайне редки, поскольку боевики «ДНР» и «ЛНР» не заинтересованы в том, чтобы международные миссии видели, в каких ужасных условиях находятся заложники превдореспублик. «Плен не выглядит как СИЗО или тюрьма. Условия, в которых содержатся пленные, более жестокие, в них тяжело выживать… Людей подвергают пыткам, над ними издеваются, их унижают», - отмечает правозащитника из «Восток-SOS» Юлия Красильникова.

Собственно, это является и одной из причин, почему не удается установить точное количество заложников на оккупированном Донбассе. К тому же, по ее словам, в плену находится немало гражданских: «Только за последних два месяца в плен попали 10 мирных жителей. Их обвиняют в шпионаже, корректировке огня, диверсионной деятельности, предательстве «республик».

Счет таким людям, чьи политические взгляды не совпали с убеждениями сепаратистов, в подвалах боевиков вести не удается. Во-первых, как уже было сказано выше, из-за отсутствия нормальной работы гуманитарных миссий на оккупированных территориях. Во-вторых, из-за того, что родственники задержанных, зачастую, пытаются решить сложившуюся ситуацию с пленом самостоятельно, не обращаясь на подконтрольные Украине территории с этой проблемой. «Они не обращаются на территорию мирной Украины за помощью. Кто-то не верит, что это поможет, кто-то просто не знает куда нужно обращаться. Люди привыкли жить в системе, которая сложилась вокруг них», - сетует Юлия Красильникова.

А освободившись, многие из бывших пленников предпочитают не афишировать, что побывали «на подвале».

Самые бесправные

Наиболее бесправными заложниками оккупантов остаются осужденные – те, кто на момент начала аннексии и оккупации находился в учреждениях пенитенциарной системы. Как уже писал УНИАН, на конец 2014 года таких учреждений было 14 и 15 в Донецкой и Луганской областях, соответственно, и еще 5 в Крыму. При этом, в Донецкой области в местах лишения свободы оставалось 9 511 человек, в Луганской – 6 426 человек, в Крыму – 3 295 человек.

Волонтер Елена Повидайчик (заключенные называют ее «мама Лена») старается отслеживать ситуацию в этих «потерянных» тюрьмах и колониях. По ее словам, вот уже третью зиму осужденные, которые отбывают свои сроки на территориях, захваченных «ДНР» и «ЛНР», живут в холоде и под обстрелами. Больше всего им не хватает продуктов питания и медикаментов.

Кроме того, заключенных колоний на неподконтрольных территориях используют как рабов – заставляют рыть окопы или разминировать поля. Тех, кто готов воевать на стороне сепаратистов, отпускают. А несогласных брать в руки оружие могут использовать и в качестве «пушечного мяса».

Что же делает Украина, чтобы облегчить их участь? По информации Уполномоченного Верховной Рады по правам человека Валерии Лутковской, из «ДНР» и «ЛНР» желание перевестись и отбывать наказание на подконтрольные Украине территории изъявили всего 676 человек. Однако за два последних года удалось перевести лишь 133 осужденных, в том числе, в 2016 году – 84 человека. Все они отбывали наказание в пенитенциарных учреждениях в Донецкой области.

Из Крыма, несмотря на то, что желание перевестись на материковую Украину изъявили около 100 человек, на сегодняшний день не удалось забрать ни одного.

Как уже сообщал УНИАН, эвакуация крымских заключенных зашла в тупик, когда Россия намекнула, что может отдать их Украине, используя нормы Европейской конвенции о передаче осужденных лиц. Однако Конвенция предполагает, что такое перемещение не может произойти в рамках одного государства. А, согласно международным нормам, Крым является временно оккупированной территорией Украины.

Пленные / REUTERS
Пленные / REUTERS

Пока офисом уполномоченного по правам человека в РФ «рулила» Элла Памфилова, запросы от Украины им благополучно игнорировались. Когда же в 2016-м году новым обмудсменом России стала Татьяна Москалькова, казалось, ситуация сдвинется с мертвой точки. Но не тут-то было. На сегодняшний день, по информации Валерии Лутковской, Украина передала российскому обмудсмену список людей (17 человек), которые могли бы стать первыми перемещенными из мест заключения в Крыму на территорию, подконтрольную Украине. Но дальше Россия продолжила искать «соответствующий правовой механизм» для возможного их перемещения…

Хуже всего обстоят дела с заключенными, отбывающими наказание в учреждениях, попавших под влияние «ЛНР». По информации украинского омбудсмена, перевестись оттуда на подконтрольные Украине территории хотят 339 человек, но за два года не было перемещено ни одного заключенного. УНИАН удалось связаться с одним из таких бесправных заложников. Сергей Сабодаш отбывает свой срок в Свердловской исправительной колонии №38 (Луганская область). «Так получилось, что мой родной город оказался теперь в «республике», но я хочу попасть в Украину», - рассказал он.

Однако столкнулся с тем, что даже заявление о переводе у таких, как он, в «ЛНР» не принимают. «Заявление о переводе у нас не принимают. Причем не принимает не только администрация колонии. На днях приезжал «прокурор» из Луганска, и тоже отказался принимать заявление. Нам говорят, что пока уточняют списки для перевода», - говорит Сергей.

Желание мужчины попасть в Украину, в том числе, обусловлено тем, что здесь он может выйти на волю, сократив срок отбывания наказания на 4 года, воспользовавшись «законом Савченко». Сабодаш даже пытался сделать это в «ЛНР», но столкнулся с непреодолимой проблемой. Дело в том, что, чтобы добиться сокращения своего срока, Сергею необходимо подать ходатайство в суд на контролируемой Украиной территории. К документу должна прилагаться справка о том, где он отбывает свое наказание сейчас. «И справку мне дают с печатями «МВД ЛНР». Естественно, этот «документ» в Украине недействителен. Но я не понимаю, почему у меня требуют документы, которых не признают», - сетует заключенный.

Его возмущение, в принципе, понятно. В Украине к него есть шанс выйти на свободу. Оставаясь же в оккупации, Сергею придется еще долго находиться в колонии, не в самых приятных условиях (которые, мягко говоря, не улучшились за последние три года).

Таких, как Сергей, много, и все они – украинцы, но об их судьбе не говорят на телевизионных эфирах и не выступают с заявлениями депутаты-«переговорщики»…

Татьяна Урбанская, Татьяна Кузнецова

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Нравится ли Вам новый сайт?
Оставьте свое мнение