Анна Герман: Я научилась у Януковича и Ахметова терпимости

Анна Герман: Я научилась у Януковича и Ахметова терпимости

Президент наконец понял, что такое демократия?.. “Специфичная элита” звучит оскорбительно?.. Говорим “коалиция” понимаем “ правительство”?.. Помаранчевые ценности? Избави Боже... Интервью

Корреспондент УНИАН взяла интервью у народного депутата Украины от Партии регионов Анны Герман.

ПРЕЗИДЕНТ НАКОНЕЦ ПОНЯЛ, ЧТО ТАКОЕ ДЕМОКРАТИЯ?

Анна Николаевна, я слушала Ваше выступление в Верховной Раде относительно пресс-конференции Президента. Президент дал достаточно высокую оценку Ринату Ахметову, отвечая на вопрос о его роли в урегулировании ситуации и формировании решения Вашей политсилы идти на досрочные выборы. Чем предопределена ваша эмоциональная реакция на слова Президента?

Анна ГерманЯ очень рада, что Президент в конце концов понял, что Партия регионов является конструктивной, что она всегда работала на единение страны, на понимание между двумя частями Украины. А моя ирония касалась того, что Президент так долго не мог этого понять. Вспомните, как преследовали наших лидеров, как им устраивали обыски, позорили по телевизору. Хорошо, что хоть теперь поняли, что наши лидеры - государственники и ответственные политики.

Я еще хотела бы, чтобы Президент понял: у нас достаточно много таких людей, которых тревожит судьба государства и которые действительно много для этого государства делают. Ринат Леонидович – один из них. Потому нас так поражает, когда Президент очерчивает словом “демократические силы” лишь оппозицию. Это – неправильно, это не по-президентски, не по-государственному, и это в конце концов не отвечает фундаментальным демократическим принципам. Не может Президент любой страны определять: одна часть Украины – демократическая, вторая часть – недемократическая. Потому что выходит, что люди, которые нас избрали (а это свыше 32 процентов), не демократы? Они не поддерживают демократическое развитие Украины? Это порочный постулат, я надеюсь, что Президент от такой монополии на слово “демократия” откажется.

Договоренности с Ринатом Ахметовым включали еще какие-то пункты, или только те, что касаются выборов?

Я не была ни на каких переговорах, но знаю позицию Рината Леонидовича. Он ее не раз выражал, в частности, и в разговоре со мной: Ринат Леонидович – за компромисс, за стабилизацию в стране. И эту его позицию разделяет вся наша политическая сила.

“СПЕЦИФИЧЕСКАЯ ЭЛИТА” ЗВУЧИТ ОСКОРБИТЕЛЬНО?

Анна Николаевна, когда несколько лет назад Вы пошли работать пресс-секретарем тогда премьер-министра Виктора Януковича, всех заинтересовало: как могла решиться на такой шаг демократка, в конце концов, интеллектуал? Люди региона, где Ваша сила имеет наибольшую поддержку, очень открытые и искренние, но бизнес и партийные элиты оттуда довольно сцецифичные. Стали ли Вы “своей” в этой среде? Хорошо ли в ней чувствуете себя?

 Не понимаю, почему Вы называете их “специфичными”. Может, вы мыслите какими-то неприемлемыми для демократического общества категориями и штампами? Этот стереотип, который был создан прессой на заказ помаранчевых политтехнологов, нужно разрушать. Это деловые люди демократических убеждений, прагматичные, высокие профессионалы. И я очень много чему у них научилась. Я научилась у них терпимости к чужому мнению, научилась не быть категоричной, научилась тому, что данное слово нельзя нарушать. Среди тех людей Янукович, Ахметов, Колесников, Богатырева, Пригодский... Я назвала бы еще ряд людей, котрые мне очень симпатичны в среде этой элиты, которую вы почему-то называете специфичной...

Представители этой элиты могут развернуться и уйти с интервью, грубо одернутьфотокорреспондента, в конце концов – ударить журналиста...

Тот, кто может ударить журналиста, не принадлежит к элите нашей партии. Те, кто разворачивается и уходит с интервью... я вам скажу больше... Если бы я не была в прошлом журналисткой, то после того, как вы назвали нашу элиту специфичной, я тоже развернулась бы и ушла. Просто я понимаю, что журналисты тоже временами живут стереотипами, они тоже люди, им свойственно ошибаться. Потому я с пониманием подошла к вашим словам, но если бы на моем месте был кто-то другой, он мог бы уйти с чистой совестью. Если журналист испытывает такое предубеждение к тому, кого он интервьюирует, то он не является объективным. А необъективным журналистам не обязательно давать интервью. Можно уйти с интервью, если ты видишь, что это заказная технология, что журналист необъективный, что он преследует четко поставленную редактором цель, а не цель объективно информировать общество.

Я помню, историю с Олегом Калашниковым, который побил журналистов. Вы тогда сказали: если Калашникова не накажут, то вы положите мандат...

Анна ГерманКалашникова подвергли моральному осуждению нашей партии и всего общества. Случай с ним стал уроком для всей политической элиты. Я не говорила, что Калашникова нужен распять на кресте, я говорила, что его нужно наказать. Ему вынесли выговор на политсовете, все мы его осудили, высказался премьер-министр с однозначным осуждением его поведения. Разве это не наказание? Для меня, например, моральное наказание является намного более тяжким испытанием, чем физическое.

Более того, этот вопрос будет рассматриваться на съезде партии. Я не говорю о том, что Калашников должен быть исключен из партии. Это не мне решать. Но я считаю, что он был наказан нашим осуждением, а общество очень выиграло от того, что эта вся история приобрела публичность. И теперь ни один политик не может себе позволить подобного поведения в отношении журналистов.

Анна Николаевна, Ваша партия готовится к выборам. Почему Вы еще в Верховной Раде, а не едете бороться за электорат на места?

Я – депутат Верховной Рады, я не слагала своих полномочий, и я буду работать в парламенте до тех пор, пока парламент будет работать. Парламентская трибуна дает возможность выражать свои мнения. Вчера после ежеквартальной пресс-конференции Президента я написала свои комментарии и везде разослала их, но почти никто их не напечатал...

Извините, но УНИАН их напечатал.

Простите, но немногие, кроме вас, напечатали. А нужно, чтобы граждане знали мнение всех сторон, чтобы у нас было демократическое общество, чтобы мы имели трибуну, с которой каждый мог бы выразить свою позицию. Парламентская трибуна предоставляется для того, чтобы свободно выражать мнения.

ГОВОРИМ “КОАЛИЦИЯ” ПОНИМАЕМ “ ПРАВИТЕЛЬСТВО”?

Вы во время кризиса сказали такую фразу: лучше два Виктора и одна Украина, чем две Украины и один Виктор. Многие из журналистов развили эту мысль – о возможности территориального раскола. Но Вы происходите из тех, чьи деды сидели по лесам в 50-х, добывая в борьбе эту независимость, как Вы могли допустить такую возможность?

Деды сидели не по лесам, а по Гулагам...

Это очень опасная мысль – о том, что Украина может расколоться. Попытка узурпировать власть и не допустить понимания между двумя Викторами могла привести к огромной беде, просто уничтожить результат колоссального труда многих поколений, которые боролись за соборность Украины. Опасность деления могла перечеркнуть четвертый Универсал, которым была в свое время провозглашена независимая соборная Украина. Ситуация висела на очень тоненькой нити, и та нить могла оборваться, потому что многие хотели не допустить понимания двух Викторов. А не допустить этого – это не допустить понимания двух частей Украины, потому что за каждой из тех частей, которые мы называем регионами, стоят и люди, которые там живут.

За моим лозунгом стоит призыв делать все, чтобы лидеры всегда находили понимание, чтобы не допустить раскола Украины. Это лозунг для того, чтобы помочь двум лидерам поладить, чтобы мы делали все, чтобы они находили компромисс ради единства, ради соборности.

Мы недавно делали сравнительный материал о законотворческой активности фракций. Опирались на данные секретариатов фракций и официального веб-сайта Верховной Рады. Оказалось, что в среднем ваши депутаты меньше всего проявляли законотворческую активность. Будете ли считаться с этим, формируя новые списки?

Анна ГерманНаше правительство при власти. И больше всего законотворческих инициатив было от правительства. Те люди, которые работали в парламенте, как и правительственные чиновники, инициировали очень много законодательных актов. Это – наше правительство, наша коалиция. Между нами нет разрыва. Правительство подает законодательные инициативы, а мы их поддерживаем. И именно мы приняли пакет законов в части вступления в ВТО, именно мы приняли социальный пакет. Тот, кто может сказать, что мы слабо работали в парламенте, возьмет грех на душу, потому что в сущности коалиция и Партия регионов вытянули на себе всю парламентскую работу на протяжении всей этой каденции. И это видели все. Все видели, как оппозиция, бросив законопроекты в Верховную Раду, больше не работала и ничего не делала, чтобы эти проекты были одобрены. Речь идет о результате, а не о попытках. Оппозиция делала попытки, а мы дали результат. А результат нашей работы в парламенте – это сотни весьма необходимых законов, без которых жизнедеятельность государства была бы невозможна.

Десятки депутатов вашей фракции не подготовили ни одного законопроекта, и ни разу не выступили с трибуны.

Это абсолютно не значит, что они не работали в парламенте. У нас четко разделены функции, у нас много работы, связанной с людьми, у нас разделены функции с учетом того, к чему ты больше пригоден. Есть депутаты, которые очень отдаются работе с избирателями, часами сидят над письмами, беспокоясь о конкретных проблемах конкретных людей. Другие депутаты работают больше над созданием законов. Но мы все работаем на один результат, и каждый четко знает, какую функцию должен выполнять.

Увидим ли мы в списках Партии регионов Бориса Беспалого, который вышел из “Нашей Украины”?

Я не формирую списки. Списки формирует съезд партии. Думаю, однако, что Борис Безпалый сам не хотел бы идти с Партией регионов, потому что он никогда не имел ничего общего с Партией регионов. Я всегда Беспалому подавала руку. И тогда, когда он приходил на радио “Свобода”, на прямые эфиры, и тогда, когда помаранчевые были при власти, а мы – в оппозиции, и тогда, когда они были в оппозиции, а мы – при власти. Потому что это – порядочный человек. И если бы это зависело от меня, я бы пригласила его в список. Потому что он – парламентарий с колоссальным опытом, мужественный человек, который не боится сказать то, что думает, даже когда его немногие поддерживают. Я люблю людей, которые идут против течения.

Говорят, что Сергей Головатый так защищает юридическую чистоту досрочных выборов, в расчете на поддержку премьера в получении должности судьи Европейского суда...

Головатый с первого дня существования украинского парламентаризма в парламенте. И он не принадлежит к людям конъюнктурным. Если речь идет о Европейском суде, то я не знаю о таком обещании... Но и не вижу в Украине кандидатуры более достойной на эту должность, чем он. Головатый – профи высокого класса, знает мир и сделал очень много, чтобы Украина стала членом Совета Европы. Это личность, это фигура, моральный авторитет и очень интересный и перспективный политик. Головатый принадлежит к тем людям, которые всегда ставят целью защиту демократических принципов.

Эти потуги в парламенте воссоздать кворум выглядят мелко и печально. Разве не в духе Партии регионов – договорено – сделано (речь идет о досрочных выборах)?

В духе Партии регионов – придерживаться закона. Верховенство права – это наш главный приоритет. К тому же мы полностью выполнили все, что обещали.

ПОМАРАНЧЕВЫЕ ЦЕННОСТИ? ИЗБАВИ БОЖЕ...

В свое время мне понравилась максима: успех этой власти зависит от того, приняла ли эта власть ценности Помаранчевой революции...

Анна ГерманИзбави Боже. Если ценности Помаранчевой революции это то, что делается сегодня, – давление на Конституционный суд, преследование людей, незаконные увольнения, заявления Президента о том, что он сделает все, чтобы Цушко привлечь к ответственности... Если помаранчевые ценности дают возможность указывать прессе, кого поддерживать на выборах, а Президенту – определять формат коалиции еще до выборов, то причем здесь демократия? Не считаете ли, что когда такие подходы возьмут верх, Украина скатится к ситуации хуже, чем та, что была при Кучме? Когда уничтожается Конституционный суд, когда трижды в сутки Президент меняет председателя УГО, когда Генпрокурору дают указания сажать за решетку судей КС... Я начинаю бояться таких „демократических” принципов.

Период противостояния и конфликта тяжело анализировать, на Майдане отстаивалось другое...

Отстаивалось на словах. Когда помаранчевые пришли к власти, безосновательно преследовали людей... Десятки тысяч людей... Моего мужа, например, выкинули из МИД (он работал тогда советником в посольстве Грузии) только потому, что я была в оппозиции. Это было сразу же после того, как помаранчевые пришли к власти.

Состоянию демократии в Украине сейчас можно дать, к сожалению, низкую оценку.

Ваша политическая сила опять идет на выборы с АНТИНАТОВСКОЙ риторикой и с требованиями двуязычности...

Выборы еще не начались. И кампания еще не началась. А вы уже знаете, какую риторику мы будем употреблять.

Откуда вы это взяли?

Читала интервью вероятного руководителя вашего предвыборного штаба.

Еще съезда не было. Съезд определяет стратегию, избирательные лозунги и то, с чем мы пойдем к людям. Я все-таки подожду съезда, и только после съезда буду давать комментарии.

Какой будет поствыборная коалиция?

Давайте дождемся выборов. Пока еще очень эффективно действует коалиция национального единства.

Российский политтехнолог Игорь Шувалов, с которым вы работали на президентских выборах, не скрывает, что находится в Киеве и сотрудничает с вашим штабом. Нам опять ожидать плакатов с делением Украины на три части и других грязных провокаций, которые задумывались во время предыдущих кампаний российскими технологами?

А разве господин Шувалов совершил какое-то преступление, чтобы скрывать место своего пребывания?

Относительно штаба... не могу сказать, в каком штабе работает господин Шувалов. Наш штаб, штаб Партии регионов, пока еще не создан.

Лана Самохвалова

 

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter