Понедельник,
05 декабря 2016

Наши сообщества

Российский журналист Павел Каныгин: "Коррупция да война – вот с этим нам предлагают жить"

Российский журналист Павел Каныгин в интервью УНИАН рассказал о реакции российской власти на его публикации, идущие вразрез с политикой Кремля, почему российским военным, воевавшим в Украине, не стоит рассчитывать на помощь государства, и как по-разному на события в Украине смотрит население России.

Каныгин / Фото svoboda.org
Каныгин рассказал, как живется в РФ журналисту, который идет против "политики партии" / Фото svoboda.org

В России журналистов, не побоявшихся написать о вторжении российской армии в Украину, можно пересчитать на пальцах одной руки. Их совсем немного. Бывший депутат регионального законодательного собрания Лев Шлосберг на страницах «Псковской губернии» сообщил о массовой смертности среди российских десантников во время жестоких боев за Донбасс. Елена Костюченко в «Новой газете» опубликовала интервью с российским танкистом из Бурятии. Тимур Олевский на «Дожде» сделал множество репортажей о заблудившихся российских военных из Костромы, которые на камеру говорили, что приехали в Украину воевать.

Но самыми громкими стали публикации журналиста «Новой газеты» Павла Каныгина – статьи и видеоинтервью с ГРУшниками из 3-й бригады спецназа (город Тольятти). Это сейчас, после обмена на Надежду Савченко, капитан Ерофеев и сержант Александров известны на полмира, а когда-то под Луганском они были простыми пленными российскими «добровольцами». А мир узнал о них, прежде всего, из публикаций Павла Каныгина.

Из его репортажей, связанных с катастрофой малазийского Боинга (рейс МН-17), следует, что и Снежное, откуда, по результатам международного официального расследования, был сделан пуск ракеты, и Зарощенское, откуда атаковали самолет по версии Минобороны РФ, контролировали российские боевики.

Павел, как минимум, пять раз фигурирует в опубликованных сайтом «Миротворец» списках журналистов, работающих на оккупированном Донбассе. За свою работу он стал лауреатом премии Пола Хлебникова, учрежденной Колумбийским университетом в Нью-Йорке.

Каныгин дважды попадал в плен к боевикам, дважды его спасал паспорт гражданина РФ и работа именно в российской авторитетной газете. Год назад его задержали в Донецке. После избиения боевики запретили журналисту въезд на подконтрольную им территорию. Поводом стал репортаж со стихийного митинга жителей Донецка против оккупационного режима и лично главаря террористов Захарченко.

В интервью УНИАН Павел признает, что работать на оккупированной территории независимым журналистам крайне проблематично, а украинским СМИ – невозможно.

Павел, как живется в России журналисту, который – один из немногих - идет против «политики партии», сообщив об участии в боевых действиях на Донбассе кадровых военнослужащих российской армии?

Нас действительно не так много – российских журналистов, которые занимались темой российского присутствия в Украине, в частности, на Донбассе. Дома нас, конечно же, за эту работу никто не отблагодарил со стороны официальных властей (смеется). Но, если без иронии, то неофициальная реакция государства была. И в ней мало приятного. Хотя я считаю, что мы сделали свою журналистскую работу и рассказали, как есть, о реальном положении вещей. Интересы общества всегда должны быть выше интересов небольшой группы людей у власти. Интерес общества, в данном случае, знать и понимать, что на самом деле происходит в стране и за ее пределами.

При этом, власть наша почему-то решила, что война в Украине и вообще военное присутствие в этой стране, использование Донбасса как болевой точки, чтобы удержать Украину в сфере своего влияние – все это является интересом России. Я считаю, что интересы России лежат сейчас все-таки в других плоскостях, и они не связаны с войнами и экспансией. Мне все-таки кажется, что нам следует больше думать о развитии собственных территорий и о счастье своего народа. Это никак не совместимо с войной и бедами в соседних странах. Надо, ребята, поднимать собственную страну! Экономику, строить дороги, детские сады и далее по списку. По сути дела, в России за 16 лет толком не построено ни одной нормальной дороги, а те, по которым президент РФ ездил на желтой «Ладе», уже разваливаются.

REUTERS
REUTERS

Если у вас диктатура, то единственным ее историческим оправданием может быть только бурный рост экономики и строительство государства. Ничего этого не происходит. Коррупция да война – вот с этим нам предлагают жить. Мы пытаемся открыть людям глаза и показать, что наша страна идет не совсем правильным путем.

В чем выражалась реакция властей на публикацию в то время, когда в РФ так стараются скрыть факт вторжения, ведь твои материалы про Ерофеева и Александрова посмотрели сотни тысяч читателей?

Были и анонимные угрозы, были и не очень хорошие сигналы от людей, близких к руководству нашей страны. Власть, конечно, совсем не хотела огласки таких историй, они хотели, чтобы все было тихо. Кое-кто эти публикации воспринял как непатриотические или вообще предательские. Хотя это полный абсурд. Ведь, как нам говорят, Россия ни с кем войны не ведет. Если какие-то люди у власти решили завоевать Украину, то это не значит, что их поддерживает весь русский народ. Если им удалось, к сожалению, промыть мозги существенной части населения России, то это еще не значит, что правда за ними. Это говорит только о том, что власти контролируют телевизор, вот и все.

С другой стороны, ты сам это знаешь, в элитах нашей страны очень много трезвомыслящих людей, которые против происходящего. Им абсолютно не нравится нынешний разлад с Западом и война с Украиной. Извне кажется, что власть в России монолитна, но это совсем не так. У нас сейчас не принято говорить об этом, но Украина – это огромный рынок для российского бизнеса. У российской элиты, экономически связанной с вашей страной, конечно же, есть свои сторонники и в Кремле, и в Белом Доме, которые постоянно твердят о том, что война ни к чему хорошему не приведет.

Каныгин / Фото Роман Губа / LB.ua
Каныгин: Извне кажется, что власть в России монолитна / Фото Роман Губа / LB.ua

Понятно, что какой-то из многочисленных башен Кремля наш объективный журналистский подход сильно не нравится, но другие видят пользу в работе неподконтрольных, неручных медиа. Мы не работаем на каких-то оппозиционных представителей элиты, нет, мы просто делаем свою работу. Так что ответ на вопрос, почему наша газета до сих пор существует, прост: у немалой части российского общества (и в тех же элитах) существуют запрос на качественную объективную журналистику. При этом я понимаю, что и внутри Кремля происходит постоянная борьба. И если победит крайне правое какое-нибудь крыло, то его представители постараются смести всех несогласных во власти и остатки свободных СМИ.

Если пользоваться лексикой федеральных СМИ, после своих публикаций о Донбассе ты стал «национал-предателем»?

Был момент, когда градус напряжения в российском обществе достиг такой отметки, что даже среди журналистов началось кидание черных меток и ярлыков. Но на самом деле не существует никаких «национал-предателей» и «патриотов». Появление этих формулировок – политическая конъюнктура и последствие пропаганды. Когда общество успокоится, а власть перестанет сознательно разъединять людей, то пропадут и эти ярлыки. Журналистика – это не обслуживание власти, а сервис для общества по предоставлению ему реальной и важной информации о жизни вокруг. Кто хочет посмотреть, как СМИ обслуживают власть, всегда может включить Lifenews, ВГТРК или НТВ.

Как ты думаешь, у кото-то в России – в Кремле, или по ту сторону голубого экрана – дрогнуло что-то, когда Ерофеев и Александров тебе в камеру признались, что они кадровые российские военнослужащие?

На тот момент многие уже понимали, что происходит. Присутствие России на Донбассе уже не было секретом. Уже были найдены могилы российских военных, российские десантники постоянно блуждали в ходе «учений» по территории Украины.

REUTERS
REUTERS

Тот, кто следил за информационной повесткой, понимал, что творится, и воспринял историю Александрова и Ерофеева как еще одно звено в череде «странных совпадений». А те, кто смотрел телевизор, об этих двух парнях так ничего и не узнали. Было минимум информации: задержали двух россиян под Луганском, обвинили в том, что они российские военные, но родственники это тут же опровергли. Позже их обменяли на «убийцу» Савченко.  Вот и все, что узнал российский телезритель. Точка.

По твоему мнению, как у них сложится судьба? Простят ли им их признание? Рассказать, что ты боец ГРУ – это почти измена Родине…

Думаю, у них все будет неплохо. Надеюсь, их ни в чем таком не будут обвинять. Тем более, они опровергли свои заявления о службе в российской армии в ходе судебного процесса в Киеве. Если бы это была официальная война, они могли бы рассчитывать на встречу как герои, но так как война полусекретная, обошлось без почестей. Конечно, хотелось бы встретиться с Александровым и Ерофеевым уже на свободе, но, боюсь, пока это не удастся. Их родители мне не отвечают. Скорее всего, вокруг парней будет создан некий карантин, и какое-то время они будут недоступны для общения. Надеюсь, второй раз их на Донбасс не отправят.

фото УНИАН
Каныгину хотелось бы встретиться с Александровым и Ерофеевым уже на свободе / Фото УНИАН

А может россияне все знают и поддерживают войну против Украины, объясняя «справедливость» агрессии просто – украинским фашизмом, или, в конце концов, тем фактом, что «Украины никогда не было»?

В Москве и других больших российских городах люди мыслят не так прямолинейно, как того добивается телевизор. Москва – самый свободомыслящий и продвинутый город. Здесь миллионы не поддерживают войну против Украины. Понимаешь ли, здесь люди, слава Богу, имеют доступ к информации и имеют желание разбираться в деталях.

А в целом население устало от этой безудержной истерии, военщины, постоянного нагнетания страстей и сцен насилия в телевизоре, от «фашистов», «карателей», которые лезут из-за каждого угла. Когда такую терминологию используют слишком часто, то у любого человека в какой-то момент начинает притупляться чувствительность «тревожных» рецепторов, перебор с высокоэмоциональной информацией приводит к обратному эффекту – люди перестают ее воспринимать. В России это произошло еще в конце 2015 года. Закрытые опросы, проведенные для правительства, показали резкое падение интереса к геополитическим темам.

Если включить российский телевизор, то геополитики не стало меньше...

Это так, но как только перестают рассказывать о приключениях российских представителей в Сирии или Украине, внимание сразу переключается на внутренние проблемы и экономический кризис. Этого власти допустить не могут. Украины стало у нас гораздо меньше, но появились шпионы Госдепа, которые мечтают всех захватить, уничтожить и поработить. Прибавилась еще Турция и миграционный кризис в Европе. В России госСМИ продолжают стряпать этот многослойный пирог с придуманными угрозами. Одной Украины уже не хватает, нужно еще больше врагов! На этом пытаются выехать, но это смешно и одновременно горько.

Ты один из немногих журналистов РФ, который работал и на оккупированной территории, и на территории свободной Украины. Какое твое впечатление от «русского мира» в частях Донецкой и Луганской областей?

Эксперимент еще не завершился, пока ничего хорошего продемонстрировать явно никто не может. Судя по жалобам местных жителей, уровень запустения и хозяйственного упадка очень серьезный. Население бедствует, средние зарплаты снились в 3-4 раза, по сравнению с довоенным периодом. А экономика – самый главный критерий того, получается ли строить самостоятельную жизнь или нет. Сейчас во многом содержание этих частей Луганской и Донецкой областей финансово легло на Россию. Работы там нет, а лучшее по оплате предложение – это служба в армиях «ЛДНР». При этом, весь средний класс уехал еще в начале войны, сферы, связанные с высококвалифицированным и интеллектуальным трудом, в руинах.

REUTERS
REUTERS

На что могут рассчитывать россияне-ветераны боев на Донбассе по возращению домой?

Есть несколько фондов, которые собираются заниматься гуманитарной помощью. Но эти организации негосударственные, а это значит, что никакой централизованной поддержки не будет. Учитывая экономическую ситуацию и дефицит бюджета, страшно говорить, на что могут рассчитывать эти люди. Скорее всего, на легендарное: «держитесь, счастья, здоровья». Денег нет на пенсии в Крыму, так о какой помощи ветеранам непризнанной войны на Донбассе можно говорить?

Пока ветераны могут рассчитывать только на понимание и сочувствие, ведь их многие воспринимают как борцов за «русских мир». Но через какое-то время ситуация в России наверняка изменится. Все знают, как военнослужащим, вернувшимся из Афганистана, говорили: «мы вас туда не посылали». Такая ситуация может повториться. Так что россиянам, собравшимся заработать и повоевать, нужно взвешивать все риски. Я встречал там разных людей из нашей страны, были и те, кто приехал воевать «за идею» после просмотра ужасов по телевидению. На первом этапе, в 2014 году, большинство рассчитывало и заработать. Это стало первым разочарованием. Денег больших не платили, а война была настоящая. Сейчас ситуация изменилась, и деньги на зарплаты закачиваются централизовано.

Твое мнение к публикации списка иностранных журналистов, опубликованных на сайте «Миротворец»?

Тревожит не столько публикация моего номера телефона и электронной почты – звоните и пишите, я буду рад. Задело то, какими комментариями организаторы «слива» сопроводили публикацию этих списков – «пособники террористов», «люди, сотрудничающие с бандитами». Какая-то полная фигня. Среди 4 тысяч имен большинство – иностранные журналисты, которые приехали выполнять свою работу: добывать информацию и рассказывать ее своей аудитории. В том числе, чтобы эта безумная война остановилась. Все. Если для этого требовалось взять бумажку в ДНР, то мы шли и получали ее, и это ничего не имеет общего с легитимизацией кого бы то ни было, или признанием.

Роман Цимбалюк, Москва 

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Нравится ли Вам новый сайт?
Оставьте свое мнение