За что погиб Максим Чайка, или Кто насаждает фашизм в Одессе

За что погиб Максим Чайка, или Кто насаждает фашизм в Одессе

Парень получил указание у российского дипломата, и повел колонну к памятнику Воронцову... “Такого языка, как украинский, не существует”... Убийцу Чайки могут убрать заказчики...

Парень спросил российского дипломата, что им делать дальше, и, получив указание, повел колонну к памятнику Воронцову... “Такого языка, как украинский, не существует”... Убийцу Чайки могут убрать заказчики...

В середине апреля в Одессе погиб студент местного университета Максим Чайка. Парня убили ножом в центре города. Версии произошедшего, оказались очень разными. Согласно одной – это была банальная драка. По другой – антифашисты защищались от неонацистов, которые напали на них. Есть и еще одна – активисты украинской патриотической общественной организации погибли от рук агрессивных пророссийских боевиков. Что на самом деле произошло в Одессе? Было это убийство случайным или спланированным? Кто стоит за ним, если убийца действовал сознательно?

Две правды о «бытовом» убийстве

Студенты университета на месте убийства
Попробуем воспроизвести события того апрельского вечера, или даже ночи.

В милицию поступил вызов, сообщили о драке при участии группы юношей. Столкновение было действительно жестким и кровавым, милиция задержала нескольких парней, с одной стороны, двое с другой истекали кровью. И вскоре, по пути в больницу, один из них, 21-летний Максим Чайка, умер.

Стражи порядка Приморского РВВС города сразу же попробовали «списать» убийство одного студента и ножевое ранение другого на пьяную стычку, выражаясь протокольным языком, бытовое убийство. Но чем больше анализировать обстоятельства, тем менее достоверной выглядит изначальная версия о “бытовухе”.

С одной стороны, в столкновении принимали участие члены так называемой “Антифы”, или движения “Антифашистское действие”, у которых были ножи и травматическое оружие. С другой стороны – ребята из общественного движения “Слава и честь”, которых было меньше и которые не имели оружия. То есть по меньшей мере несколько вооруженных против трех-четырех невооруженных. При этом милиция, как ни странно, успела задержать почти всех, кроме того, на кого падает подозрение в нанесении смертельных ударов.

И здесь мы видим диаметрально противоположные версии сторон.

По показаниям “антифашистов”, опубликованным на сайте «Антифы», вечером 17 апреля «на пять антифашистов напали 15 членов «Сечи», возглавляемых Чайкой, и если бы они не оказывали сопротивления, то в морге вполне мог оказаться кто-то из них». Мол, «подопечные Максима Чайки известные как яростные антисемиты и неонацисты, а организация «Сич», членом которой был погибший, принимала участие в уличных акциях...» Базируясь на этой версии, активисты одесской «Антифы» обратились к правоохранительным органам с требованием "всестороннего расследования инцидента и подтверждения факта необходимой обороны со стороны антифашистов". Едва ли не самое интересное, однако, что “антифашисты”, на которых было совершено, по их словам, нападение, не привели ни одного факта относительно жертв одесских «неонацистов».

Движение «Слава и Честь» не опубликовало своей версии. Но она появляется, скажем, из расследования местного издания «Эхо», близкого к Партии регионов (согласитесь, тяжело назвать “регионалов” особыми сторонниками проукраинских организаций). “Эхо” попробовало «реставрировать» шокирующую трагедию на основе встреч журналиста-аналитика с представителями сторон-оппонентов. Аналитик издания изложил позицию «антифашистов», в том числе привел утверждение, что якобы они «просто оборонялись». Но при этом заметил явные нестыковки с достоверным фактажем. В то же время, по изложенной “Эхом” версии студентов-«сичевиков», вечером 17 апреля «на них из засады набросились с ножами и травматическими пистолетами «антифашисты» – нападение было неожиданным, Максима убили вполне сознательно. Свое расположение к фашистской идеологии «сичевики» категорически отрицают, именуя себя молодыми патриотами, а оппонентов – хулиганами и скинхедами, которых направляет «длинная рука Москвы».

Версия “антифашистов”, вынуждено было признать “Эхо”, довольно «плохо согласовывается с тем, что убитый получил два ранения. “Если бы было одно ранение, вызванное чистой самообороной, его можно было бы еще как-то объяснить. Но их было два. Конечно, в запале драки может случиться многое, однако и одного ранения было бы достаточно, чтобы остановить противника. Так же слабо верится, что после ранения одного («сечевика». – Авт.) нападение продолжилось».

А вот как описывает случившееся в коротком интервью госпитализованный друг Максима Андрей Дзебан, который, оказывается, не входил в «Сич». По его словам, в руках некоторых из пяти-шести нападавших из «Антифы» были ножи и пневматическое оружие. «Я сразу получил удар кулаком в лицо, – вспоминает Дзебан, – а затем в затылок и спину, после чего «пырнули» ножом. Я еще увидел, как Максим с другом отбегают, и ринулся к ним. Максим сделал два шага и упал…»

Сейчас достоверно установлено: машина скорой помощи прибыла по вызову не через 20, за что упрекали медиков недруги Максима, а всего за 8 минут. Не медики замешкались – профессиональными оказались удары ножом. Так же мало гармонируют с действительностью утверждения, якобы представители «Сичи» напали на членов «Антифы», которые мирно отдыхали на скамье, – в действительности рядом с местом убийства просто нет скамьи.

Андрей Довгань
Следовательно, многое указывает на то, что это было скорее убийство, чем простая случайность как следствие “уличных войн” или пьяных “разборок”. При этом подозреваемого в убийстве, невзирая на то, что его личность была сразу установлено, почему-то не очень эффективно разыскивает милиция, вопреки заявлению главы МВД об ожидаемом задержании в ближайшие дни. По крайней мере не видно расклеенных на видных местах фотографий подозреваемого, не передают их телекомпании, не распространяют газеты, как бывало раньше в Одессе в подобных случаях. Дошло до того, что одно из одесских изданий опубликовало фото разыскиваемого – 24-летнего Андрея Довганя и собственными силами организовало телефон «горячей линии», гарантировало анонимность и вознаграждение тем, кто может помочь следствию.

Сам Андрей Довгань, объявленный в розыск, – человек известный в городе, так же, как и Максим Чайка. Нередко принимал участие в общих акциях молодежных коммунистических структур, замечали группу уличных бойцов «Антифы», в том числе Довганя, и среди участников акций непримиримых опозиционеров-«витренковцев», партийцев «Родины», местных «баркашовцев» и других групп, которые проводят акции под российским триколором и не скрывают промосковской политической ориентации.

При этом одна из одесских газет после безуспешных многодневных поисков Довганя обнародовала гипотетическую версию, что его уже может не быть в живых.

«Если убийство Максима Чайки было спланировано (а этому есть непрямые доказательства) и имело заказной характер, то после волны возмущения общественности, публикаций в СМИ и реакции на это Президента и главы МВД организаторы злодеяния могут предпринять шаги к тому, чтобы вообще «убрать» подозреваемого в этом уголовном деле», – допустила газета «Свободная Одесса». С другой стороны, соратники покойного поклялись, что в случае бездеятельности милиции сами найдут и физически уничтожат активиста одесской «Антифы».

Впрочем, глава Одесской облгосадминистрации Николай Сердюк заявил, что есть основания считать подозреваемого живым и добавил: «Продолжается оперативная работа относительно установления его места пребывания». Мол, установлены каналы, известны люди, которые пробовали ему помочь выехать из Одессы, а также подготовили, как говорят, теплые вещи и деньги. Ввиду того, что подозреваемый намерен пересечь границу, он «предупрежден через оперативные каналы, что лучше добровольно сдаться правоохранительным органам».

Откровенно говоря, интересно, кто и с кем ведет такие диалоги, однако в действительности мало похоже на то, что Довгань примет приглашение встретиться со следователем в камере местного СИЗО. Слишком для многих, кажется, он уже может быть лишним свидетелем.

Но, в конечном итоге, это лишь, так сказать, криминальные “нестыковки” версии о самообороне “антифашистов” от нападавших «неонацистов».

Чьи флаги греют уличных бойцов одесской «Антифы»

Чтобы попробовать понять, что реально произошло в Одессе, не менее важно взглянуть на политический фон событий, почувствовать настроения южного города, конфликтные и проблемные узлы.

Сказать, что Одесса непростой, в политическом и общественном смысле, город – ничего не сказать. Здесь живут, согласно переписи, свыше 61% этнических украинцев, 29% россиян, довольно многих представителей других наций и народностей. 46% жителей считают государственный язык родным, а еще 42% отдают предпочтение русскому. Тяжело сказать, что город более-менее монопольно “держит” какая-то политическая сила. В отличие от Западной Украины или Донбасса, где электоральные симпатии выражены достаточно четко, в Одессе нет выраженной “руководящей и направляющей”. При этом в бизнесовом плане Одесса может составить конкуренцию столице, и не только ей – портовый город имеет колоссальные возможности, мощные финансовые потоки.

Грубо говоря, за Одессу идет перманентная борьба. И в этой борьбе молодежь как самая динамичная и наиболее подверженная влиянию категория становится заметным объектом борьбы. За нее в первую очередь и соревнуются “взрослые дяди-политики”. Причем сейчас, как кажется, в ход пущены все возможные средства.

Едва ли не самый болезненный, конфликтный нерв – языковой вопрос, который непрестанно подпитывается определенными силами и их СМИ, и вообще линия “украинское – российское”. Нет, собственно, толерантные и не лишенные знаменитого чувства юмора, одесситы никоим образом не склонны к вражде. С получением независимости украинский язык, культура понемногу входит в жизнь города, где когда-то услышать украинский язык на улицах было большой диковинкой. Например, в этом году более чем две трети выпускников одесских школ выразили желание сдавать тесты на украинском языке, а в целом, как уже говорилось, половина жителей считают украинскй родным языком. Но, к сожалению, многим такое развитие событий, как говорят, весьма “не в тему”.

Спросим себя, насколько реальна такая картина: украинские националисты, громко выкрикивая что-то вроде “Смерть москалям!”, гоняют по Дерибасовской или другим улицам Одессы “русскоговорящих” одесситов-ровесников? И наоборот – насколько реально то, что украинский язык или украинская вышивка, особенно в каком-то “тусовочном” месте, вызовут раздражение, насмешки, глумление и даже ненависть?

Конечно, любой из этих вариантов – зло, но надо смотреть правде в глаза: если первое зло кажется кому-то из одесситов чем-то из сферы бреда, абсурда, то второе, к сожалению, исключить нельзя, и выглядит оно куда более реальным. А хуже всего, что в последнее время интегрируются определенные силы, прежде всего связанные с партией «Родина», «Единой Одессой», «Единым отечеством», которые не жалеют средств и усилий, чтобы синонимом слова “украинское” стало понятие “враждебное” – начиная с государственности и заканчивая языком и культурой. Однако ставка на русифицируемое украинское большинство, как свидетельствует приведенный фактаж, явно бесперспективна. Не потому ли, как заметила одна из местных газет, на подконтрольном лидеру «Родины» телеканале «АТВ» начали все чаще рекламировать деятельность так называемых «красных скинхедов», а на одесских акциях под красными и российскими имперскими флагами появились уличные бойцы «Антифы»?

Монтирование криминала в политику – одесское ноу-хау?

По убеждению директора Института трансформации общества Олега Соскина, который длительное время исследует разные аспекты социально-политической жизни Одессы, в нынешней ситуации власти нужно «называть вещи своими именами – откровенно говорить о событиях, которые происходят, и факторах, что их предопределяют, – независимо от политической расцветки».

Эксперт считает, что «ситуацию в городе раскалила деятельность определенных лиц”. Заметьте, – сказал он, – я не говорю, что они, эти лица, непосредственно причастны к убийству, но в последнее время они точно формируют атмосферу ненависти и агрессии ко всему украинскому в Одессе. Ну а молодежь – это, как говорится, горючая смесь. Им только спичку брось – одни в ту сторону, другие – в противоположную. Вместо того, чтобы настраивать людей на покой, терпимость, толерантность и бесконфликтность, такие люди и подконтрольные им структуры формируют злобу, ненависть, гнев – вот вам и результат».

Прежний лидер одесского Украинского братства Андрей Юсов, против которого милиция в свое время по заказу власти даже уголовное дело сфабриковала, но из-за нехватки доказательств вынуждена была закрыть, убежден, что «несомненно, убийство Максима совершено по политическим мотивам».

Акция движения «Слава и Честь» в центре Одессы
Чтобы понять основу конфликта, который оборвал жизнь студента-четвертокурсника, нужно вернуться по меньшей мере в знойный июль 2008-го. Тогда группа молодых болельщиков клуба «Черноморец», среди которых были Александр Степанюк, Максим Чайка и другие, решила принять участие в праздновании 100-летнего юбилея Романа Шухевича. Во время подготовки и возник замысел инициировать неформальное движение «Слава и Честь», участники которого стремились быть верными делу, за которое положил жизнь Шухевич. Прежде всего организовали совместно с активистами идейно близких организаций Марш в честь главнокомандующего УПА в центре города, что, бесспорно, не могло остаться вне поля зрения представителей так называемых «левых» и пророссийских сил города-миллионника.

Своеобразным ответом на эту акцию под лозунгом «Герои не умирают!», соорганизатором которой был студент отделения журналистики Чайка, и стало вскоре, как считают, грубое хулиганское нападение группы пророссийски настроенных юнцов на офис объединения «Просвіта» – с выстрелами из травматического оружия по баннеру «Просвіти», забрасыванием его оранжевой краской, сжиганием манекенов и флагов УПА на тротуаре Пушкинской улицы, возгласами через мегафоны: «Одесса – русский огород!”, «Бандеровцы – вон из Одессы!» И, что больше всего поразило лидера местных «просвитян» Александра Степанченко, – прибывшие наряды милиции никого не задержали, не привлекли к ответственности. Впрочем, если бы и была отдана такая команда, не так просто, как считает Степанченко, было бы ее выполнить – координировал действия группы нападавших не кто иной, как тогдашний председатель депутатской группы «Родина» в горсовете Игорь Марков, которого окружали около десятка крепких охранников и помощников.

Заметим: это была уже вторая громкая хулиганская акция, которую возглавил экс-депутат Марков, владелец мусоросборочной фирмы «Союз» и строительного «Славянского альянса». Первое жестокое нападение на политических оппонентов – местных «просвитян» и активистов «Свободы» – он совершил с группой охранников и политических единомышленников из «Единого отечества» годом раньше на площади перед зданием облгосадминистрации. Четырех избитых, залитых кровью демонстрантов через четверть часа госпитализовали, а «родинцы» спокойно сели в микроавтобусы и покинули площадь. И хотя впоследствии телекомпания «Новая Одесса» демонстрировала репортаж с кровавого побоища, на котором четко видно, как лично Марков, его тренированные охранники нападают и бьют мирных демонстрантов, местные стражи порядка как тогда, так и сейчас делают вид, будто ничего особенного не случилось. Расследование уголовного дела тянется почти два года. Впоследствии Марков становится фигурантом нового уголовного дела, а его охранники, фигурирующие и в других уголовных делах, совершают нападение и наносят телесные повреждения уже самим стражам порядка. Однако облпрокуратура все спускает «на тормозах».

«Единая Одесса» и «Единая Россия» – близнецы и единомышленники?

Здесь мы, собственно, и подходим к персонам тех, кто делает из Максима Чайки, других студентов-“сичевиков” и местных “просвитян” жестоких “фашистов” и “скинхедов”.

Алена Козлова
Легализованная в прошлом году Игорем Марковым политпартия “Родина” (название тождественно понятию «семья») провозгласила себя всеукраинской, однако принципиально отказалась от размещения штаб-квартиры в столице. С чего бы то? Как видно из действий основателей, одесская «Родина» решила сконцентрировать организационно-финансовые и медиа-ресурсы и взять под покровительство общественные организации пророссийского направления, главным образом в южном регионе страны. А таких довольно много – общественная организация «Единая Одесса», движение «Гражданская позиция», объединение «Союз гвардии», духовно-патриотический союз «Новороссия» и другие. Показательно, что буквально на третий день после убийства Чайки (не ради ли попытки отвлечь внимание от одесской трагедии?) одна из подобных структур – «Молодая гвардия «Единой России» – неожиданно засветилась в Москве громкой антигосударственной акцией. Одесская активистка МГЕР Алена Козлова решила публично отказаться от гражданства Украины «в знак протеста» против политики «оранжевой» власти. К зданию Посольства Украины в «белокаменной» созвали журналистов, которым Козлова заявила: «Жить в Украине человеку, который считает родным языком русский, а украинский и российский народы – братскими, стало невозможно. Моя семья и мои друзья остались в Одессе, и приходится им туго. Лишь потому, что они – россияне». Однако большого “скандалю” из того как-то не вышло, немногие обратили на него внимание.

В центре – вице-консул Игорь Цветков дает указания
Заметим, что тесное взаимодействие и координацию усилий при проведении “антинацистских” акций с политическими кругами соседнего государства партийцы «Родини» часто и не скрывают, грубо игнорируя нормы законодательства страны пребывания. Имена тех, кто координировал или согласовывал акции радикалов «Родини» при участии «баркашевцев», активистов “Славянского единства», «Единого отечества», местными представителями ПСПУ, ЛКСМУ и субкультур вроде «Антифы», с представителями Генконсульства России, в частности, с известным дипломатом Игорем Цветковым, который покончил жизнь самоубийством 30 марта этого года, вполне вероятно, еще всплывут в ходе расследования сотрудниками СБУ разносторонних связей и взаимодействия так называемых «уличных бойцов» с “шефами”. Однако из некоторых публикаций местных СМИ, в том числе отчета в газете «Свободная Одесса» о проведенном в центре Одессы «Российском марше», который был проиллюстрирован фотографиями вице-консула Цветкова и его диалогом-указанием, как нужно действовать, с одним из исполнителей акции, видно: одним из координаторов антиукраинских и антигосударственных акций на юге Украины может быть признанный представитель иностранного консульства, чей статус несовместим с подобной подрывной деятельностью. Процитируем лишь один фрагмент не опровергнутой Генконсульством РФ в Одессе публикации: «Вскоре от молодежи к дипломату, который фотографировал, подошел молодой парень – по виду координатор акции, который привел колонну к памятнику (Екатерине II – автор). Он спросил российского дипломата, что им делать дальше. И, получив указание возвращаться тем же маршрутом на Соборку, сбил толпу в колонну и повел ее обратно к памятнику Воронцову». Между тем акция проводились вопреки судебному решению, при всем народе объявлено ее организаторам государственным судебным исполнителем в присутствии офицера милиции: проведение в этот день любого шествия или марша по улицам города запрещается. Однако судебный вердикт, как это бывало и раньше, организаторы акции вызывающе проигнорировали.

Кто поддерживал, а, может, и сегодня спонсирует пророссийские структуры и их акции? Как не парадоксально, весьма интересные выводы можно сделать из заявлений человека, который должен был бы, по крайней мере, быть немногословным, когда речь идет о таких деликатных вещах. Но, очевидно, конкуренция за благодатную поддержку настолько заострилась, что контролировать эмоции становится все тяжелее. (В этом смысле и загадочная смерть Игоря Цветкова, который, по данным многих СМИ, мог-таки быть причастен к финансированию определенных структур, выглядит звеном одной цепи). Следовательно, лидер уже упоминавшегося «Единого отечества» Валерий Кауров выступил в начале апреля с таким заявлением: «Наше сотрудничество с Генеральным консульством Российской Федерации в Одессе не заладилось с самого начала каденции нынешнего состава его сотрудников, – отметил он. – Российскими дипломатами были избраны совсем другие организации – «Родина» и «Российский дом». Хотя раньше при поддержке Генконсульства, не стал скрывать Кауров, успешно проведена «акция гуманитарной помощи пострадавшим от “грузинской агрессии” в Южной Осетии». Да и сам Кауров, как известно, осуществлял раньше многонедельные «бескорыстные» акции-вояжи по Украине, противодействуя в русле политики Кремля правительственным и общественным украинским организациям.

Между тем Игорь Марков при непосредственном участии московского политолога-«украинофила» Михаила Леонтьева параллельно создал разветвленную организацию "Союз гвардии", которую возглавляет генерал-майор в запасе, экс-начальник разведки Южного оперативного командования ВСУ Павел Шнырев. В состав "Союза гвардии", а для него «Родина» стала своего рода политической «крышей», вошли представители таких структур, как "Союз ветеранов спецподразделений "Альфа", "Союз ветеранов военной разведки", "Союз ветеранов разведки военно-морского флота", ветеранская организация портовиков "Боевое братство" и другие. Очень приблизительно представить себе мировоззренческие принципы этих людей можно было на нынешней февральской конференции, когда зал гулом одобрения встретил дикарское заявление лидера «Родини» об отношении к государственному языку: "Такого языка, как украинский, не существует, – ясно изложил Марков партийную позицию в языково-культурной сфере, – она является диверсией против государства, качественное образование можно получить лишь на русском языке".

На кого ориентируются при проведении такой политики лидеры «Родини» и "Союза гвардии"? А никто и не скрывает: на поддержку со стороны определенных политических сил России. На это, собственно, указывают как герб Волгограда на флаге «Родини», так и двуглавый орел и портрет Путина, под которыми Марков проводит совещания с соратниками в штаб-квартире «Родини».

Если не с «Родиной» – значит, не патриоты

«Баркашовыи» провели в Одессе «Российский марш»
Теперь актуальной для сторонников «Родини» остается разве что легитимизация права на безнаказанную физическую расправу с идеологическими оппонентами. Поэтому  ряд СМИ, которые одесситы связывают с Марковым, уже третий год неутомимо ведут массированное информационное наступление, силясь отождествить понятие “украинское” и “Украина” с фашизмом, нацизмом, неонацизмом. Если речь идет об активистах проукраинских организаций –это непременно фашисты или нацисты. Когда же лидер «Родини» Марков стал соучредителем и руководителем общественных организаций «Патриоты Родины» и «Российский клуб» – очень похвально! Когда тот же Марков пропагандировал известные взгляды на украинскую государственность на страницах антисемитской газеты “Наше дело”, которая по решению суда за разжигание вражды в конечном итоге была закрыта, а редактор привлечен к уголовной ответственности, – тоже ничего особенного! Когда член политсовета «Родини» Валентин Чернов учредил «Единую Одессу» – так же достойно и патриотически, потому что четко взаимодействует с московским Фондом содействия объединению российского народа «Русские». Достойными всевозможной поддержки, очевидно, надлежит считать и публичные заявления Маркова на старте текущего года: «Эта земля всегда была российской, извечно на ней жили и работали российские люди... Наша цель – собрать патриотов вместе и отстоять Одессу от наплыва всякой нечисти вроде бандеровцев и других изменников. Я вам обещаю, что скоро наше противостояние подобным организациям станет куда более активным, вы убедитесь в этом».

17 апреля, за два дня до Пасхи, в Страстную пятницу, Одесса убедилась.

Почему “фашиста” делали именно из Максима Чайки?

Насколько достоверным является все-таки то, что смерть Максима Чайки могла быть спланированной? И почему погиб именно он?

Чтобы попробовать найти ответы, стоит вспомнить о самом Максиме Чайке.

Как помним, “Антифа” назвала его нацистом, утверждая, что он и другие “сичевики” открыто декларировали фашистские взгляды и, так сказать, делом (точнее, кулаками и другими средствами) могли применять их прямо на улицах Одессы. Однако, невзирая на все усилия, тяжело найти какие-то документальные свидетельства этого, кроме пары-тройки “доказательств” из Интернета вроде фотоснимка с поднятой рукой. Все, ничего другого нет.

Вместо этого, есть другие мнения о Максиме. Вот его отец, Александр Чайка, бывший офицер – ветеран войны в Афганистане: “Максим никак не был связан с коричневой чумой. Он очень любил Украину. Он жил этим. Хорошо знал историю Украины, любил Тараса Шевченко, Коцюбинского. Его любимая школьная учительница – это учительница украинского языка, которая привила ему любовь к языку. Даже дома разговаривал по-украински, хотя у нас преобладал русский. К коричневой чуме это не имеет никакого отношения. Нацистов он терпеть не мог. Да и я как отец такого никогда ему не позволил бы. Я не так его воспитывал. Через два-три месяца он должен был получить погоны офицера, параллельно учась в военном лицее Одесского политехнического университета. Там готовят не нацистов, а офицеров запаса”. (Из интервью Александра Чайки «Зеркалу недели»).

Лидер одесского движения «Слава и Честь» («Сич») Александр Степанюк: “Мы считаем себя контрсистемной организацией, которая пытается отстаивать интересы украинской нации, культуры, языка. Некоторые местные СМИ, прежде всего телекомпания «АТВ», приложили достаточно много усилий, чтобы создать в городе нынешнее политическое напряжение и представить «Сич» широкой общественности не как национально-патриотическую организацию, а именно как нацистскую. Между тем нацистская идеология для нас, и для меня в частности, является неприемлемой: оба моих деда, для примера, воевали и погибли в боях против гитлеровцев. Кроме того, мы – родом из Одессы, а не прибыли сюда, например, из Львова или какого-то другого города Западной Украины, о чем твердят одесситам определенные СМИ». Просто члены «Сичи» придерживаются патриотических взглядов, а не тех, которые настойчиво навязывают одесситам, заметил Степанюк, прибавив, что «сичевики» решительно выступают против попыток некоторых политиков, например, федерализировать Украину, ввиду ее конституционного статуса суверенного унитарного государства.

Можно, конечно, с недоверием отнестись к словам отца о сыне или ближайшем соратнике погибшего о нем же. Однако по крайней мере стоит верить людям, которые потеряли родного ребенка или вторая, не меньше, чем тем, кто выходил против него с ножом и пистолетом.

Стать тележурналистом Чайка не успел
Но это, так сказать, лишь мировоззренческая сторона дела. Очевидно, уместно хотя бы бегло очертить характер Максима, его нрав.

Он был горячим, импульсивным человеком. Не раз приходил на лекции с кровоподтеками или прихрамывая. Это значило, что накануне принял участие в драке или уличном столкновении. Об этом знали друзья, однокурсники, знакомые. Знали и те, кому такие, как Максим, мягко говоря, не нравятся. Поэтому слепить образ фашиста именно из Максима было куда правдоподобнее, чем из какого-то тихого, молчаливого “интеллигента в очках”, который нечасто выходит из дома, да и разве что в библиотеке. На это и мог быть расчет...

Необходимо вспомнить, что слишком уже профессионально были нанесены смертельные удары. Судите сами. Судебно-медицинская экспертиза обнаружила у Максима два проникающих ножевых ранения – возле правого соска со стороны подмышки и внизу живота справа. Следствие должно установить, является ли подозреваемый в убийстве левшой, который мог нанести удары такого характера. А если все-таки действовал правой, становится очевидным, что ранение нанесено сбоку и из-за спины. Заметим: ножевой удар в спину получил и Андрей Дзебан, который в тот вечер тоже попал в реанимацию. Насколько правдоподобно при этом выглядит утверждение, что горстка “антифашистов” оборонялась против полутора десятка “нацистов”? И еще: буквально фатальное содержание приобретает предсмертная фраза Максима, которую не может забыть Андрей Дзебан: «Они таки до меня докопались.»

Что дальше?

Дальше для тех, для кого смерть Максима хорошо укладывается в сценарий “не дадим поднять голову фашизму” (плевать, что в действительности это не имеет отношения ни к какому фашизму), очевидно, все должно идти по уже общепринятому сценарию.

А по этому сценарию каждый раз, когда в Одессе публично заявит о себе какая-то из проукраинских сил, в действие сразу вступают возмущенные и тренированные “молодчики”. Руководствуясь известным принципом “против лома нет приема”, другими словами – кулаками, битами, палками. Милиция, то ли из идеологической солидарности то ли по другим, скажем, материальным причинам, в этот момент демонстративно отворачивается. И нападающие спокойно, с чувством достоинства оставляют место происшествия. Дальше – идеологическая поддержка. Городские телеканалы, веб-сайты, газеты, подконтрольные тем самым людям, эмоционально рассказывают телезрителям о том, как была предотвращена угроза очередного “фашистского шабаша” или “нацистского митинга заезжих “бандеровских эмиссаров», хоть те «эмиссары», конечно, поголовно с одесской пропиской. Сбоев практически не бывает: в результате пристальной селекции репортерских кадров штабом той же «Родини» инакомыслящих к подготовке телепрограмм не допускают. Не жалеют денег и на охранников телеведущих и руководителей телекомпании, очевидно, прогнозируя нежелательные контакты с телезрителями, преисполненными определенными впечатлениями от содержания передач. А впрочем, у многих телезрителей, которым временами непросто отличить правду от лжи, иногда создается порочное впечатление о том, кто в действительности насаждает в городе фашизм. С другой стороны, тех, кто знает правду, иногда одолевает страх (далеко не каждый, как говорится, способен быть героем), и они хорошо взвешивают, прежде чем высказаться в поддержку побитых активистов той же “Просвіти” или другого проукраинского движения. По крайней мере так было, когда местные “просвитяне” выразили протест против установления памятника Екатерине II. Так было, и когда члены группы Маркова учинили набег с погромом на Одесскую библиотеку №8, работники которой устроили выставки документов о Голодоморе и экспонировали рассекреченные материалы об УПА из архива СБУ. Так было, когда власть закрывала глаза на протесты Украинского казачества относительно незаконного строительства кафе с игральными автоматами прямо под охраняемым государством памятником природы – 217-летним казацким дубом «Черная ночь». Между тем, возводится игральное заведение буквально напротив входа в главный корпус Одесского политеха...

Все это происходит  при молчаливом попустительстве, кричащей непрофессиональности или коррумпированности тех, кого люди считают институтами власти. В частности, милиции, на виду у которой по городу разгуливают нападающие на людей. Прокуратуры, которая должна правовыми методами восстанавливать законность. Спецслужб, которые должны действовать адекватно. Возможно ли себе, например, представить подобную ситуацию где-то, скажем, на российских просторах: когда разгоняют или тем более до крови травмируют тех, кто отстаивает свое право на государственный русский язык или право жить по законам РФ? В Одессе – можно.

Нет сомнений, с учетом этой ситуации определенные силы могли смоделировать реакцию на совершение преступления и в этот раз. Подняли головы в университете проклятые молодые националисты? Сделаем из вас фашистов. А следовательно – нож в грудь, чтобы другим не хотелось.

Однако слишком много белых ниток повылезало из последнего кровавого шитья. Кроме банальных криминальных “нестыковок”. Уже сам факт гибели молодого человека “выплеснул” ситуацию за пределы Одессы, где все, возможно, и сварилось бы, и срослось должным образом. Президент Виктор Ющенко дал соответствующие поручения правоохранительным структурам. Поэтому “отмазать” на местном уровне тех, кого раньше было нетрудно “отмазывать”, в этот раз будет, очевидно, тяжелее. Смерть Максима взялись расследовать ряд всеукраинских СМИ, а их запугать местными “авторитетами” сложнее, чем одесских журналистов. (На местном же уровне это, к сожалению, пока еще реально. За то, что один из веб-сайтов, близкий к партии «Родина», разместил после гибели Чайки публикацию местного журналиста Александра Галяса «Прерванный полет Чайки: кое-что о возможных последствиях одесского убийства», в котором были развенчаны заявления «Антифы» о том, что Максим был нацистом и скинхедом, – редактор издания на следующий же день лишился должности, а творческий коллектив, как было отмечено в редакционной публикации, «по не зависящим от него обстоятельствам», вынужден был уволиться в полном составе. Правда, впоследствии сообщение было снято).

Наконец “прорезался” голос и у Службы безопасности Украины. Спикер СБУ Марина Остапенко заявила, что СБУ проверяет версию причастности лидера партии “Родина” Игоря Маркова к убийству Чайки. По ее словам, СБУ рассматривает две версии – о причастности лидера “Родини” к финансированию “Антифы” и организации убийства Чайки, а также о политических мотивах этого преступления и координации действий “Антифы” со стороны иностранных организаций. Тогда же было озвучено, что «до избрания депутатом Одесского горсовета руководитель “Родини” был в разных преступных группировках, неоднократно задерживался органами внутренних дел и проходил по ряду уголовных дел. В частности, его неоднократно задерживали работники УБОПа за незаконное хранение огнестрельного оружия, а  по материалам уголовных дел Марков в период из 1995-го по 2003 год входил в боевое крыло одной из преступных группировок и был причастен к распространению наркотиков в развлекательных заведениях города Одессы". Спикер СБУ также сообщила, что СБУ отправила в Министерство юстиции письма с просьбой проверить соблюдение требований устава партией “Родина” и рассмотреть возможность отмены регистрации партии. “Есть все основания для того, чтобы отменить регистрацию партии и запретить ее де

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter