УНИАН

Реформа "неба в клеточку"

На министерском уровне текущий год заявлен годом начала реформы пенитенциарной системы страны. Однако задекларированные изменения пока еще не соответствуют суровым реалиям.

УНИАН

Реформу пенитенциарной службы министр юстиции Павел Петренко анонсировал еще в прошлом году. Однако с мертвой точки камень сдвинулся только несколько месяцев назад. 18 мая правительство ликвидировало центральный аппарат Государственной пенитенциарной службы (ГПтС), подчинив ее Минюсту. Также запланировали сокращение управленческого персонала, пообещали добавить должности психологов, которые будут помогать бывшим заключенным адаптироваться на свободе, предложили внедрить новую систему отбывания наказаний, так называемой пробации… 

«Пенитенциарная служба должна быть гражданским органом, основная цель деятельности которого заключается в перевоспитании, социализации и возвращении к нормальной жизни человека, который попала за решетку», – заверил министр Петренко.

Вместе с тем, по словам эксперта Харьковской правозащитной группы Андрея Диденко, формальная ликвидация ГПтС – это единственное, что пока сделано из обещанного. Да и этот шаг вызывает вопросы, поскольку, по сути, структура продолжает работать. «Руководители и их заместители остаются на местах в учреждениях исполнения наказаний. Как жалобы осужденных на персонал из этих учреждений не отправлялись, так они и не отправляются. Как применялись психологические и физические пытки к заключенным, рабский труд за «копейки», так и продолжают применяться», – говорит Диденко.

Работа или карцер?

В целом, принудительные силовые методы – одна из главных проблем пенитенциарной службы. И далеко не все верят в возможность это изменить.

Например, по словам пресс-секретаря ГПтС Екатерины Денисюк, в процессе гуманизации законодательства и внесения изменений в Уголовно-исполнительный кодекс, с мая 2014-го заключенные имеют право не работать. По состоянию на конец августа, на оплачиваемых работах было задействовано 13,6 тысяч осужденных – около 48,5% от общего количества трудоспособных. И, по итогам шести месяцев текущего года, среднемесячная зарплата у них составляет 655,8 гривен.

«Обычно их побуждают работать, поскольку, согласно УИК, имеются положения о применении условно-досрочного освобождения к людям, которые стали на путь исправления и своим добросовестным трудом доказали то, что они меняются», – добавляет Денисюк.

Заключенный тюрьма / ZN.UA

В свою очередь, член сообщества «Комитет по защите прав осужденных», бывший заключенный Олег Цвилый заявляет, что, при таких условиях, «эта реформа – пустышка»: «Вроде бы отменили рабский труд, но теперь создают такие условия, что человек вынужден выходить и работать бесплатно».

По его словам, если бы деньги платили нормально, зэки ходили бы на работу добровольно. В нынешних же условиях, если заключенный работать не хочет, из него легко сделать злостного нарушителя, чтобы о досрочном освобождении речь уже не шла. «К примеру, каждый зек обязан 2 часа бесплатно отработать на благоустройство. Но ведь благоустройство - это что-то покрасить, вазон принести, то есть, это необязательно какая-то грязная работа. На практике же назначают убирать мусор или туалеты после кого-то. Хотя понимают, что там есть уборщики. То есть это уже публичное унижение», - говорит Цвилый.

Когда же заключенный отказывается это делать, к нему применяются меры – выговоры, санкции, карцер… «Они знают, как спровоцировать человека на конфликт», - убежден он.

Таким образом, по мнению Цвилого, учитывая, что карательная система в украинских тюрьмах цементировалась годами, условия содержания до сих пор оставляют желать лучшего.

Печальное тюремное наследие

Старший специалист отдела адвокации БО «Всеукраинская сеть людей, живущих с ВИЧ/СПИД» Александр Гатиятуллин убежден, что реформа пенитенциарной системы, ее демилитаризация и отход от карательного подхода действительно нужны. По его мнению, Украине давно пора избавляться от наследия СССР – «махины» пенитенциарной системы, которая «сжирала» баснословные суммы на свое содержание, и была полностью военизированной, поэтому ресоциализацией осужденных не занималась. По его словам, и сегодня в исправительно-трудовой системе существует масса пережитков прошлого. «К примеру, заключенным нельзя носить бороду. В ГУЛАГовской системе это было обосновано санитарно-эпидемиологическими правилами. Почему-то они действуют и сейчас. В СИЗО запрещены цветные карандаши, нельзя иметь радио в камере. Возможно, потому что в те времена считалось, что из радио можно сделать передатчик для информации. Сейчас же это бред. Учитывая, что в камерах СИЗО немало нелегальных телефонов и разрешены телевизоры. Из них, выходит, передатчик не удастся сделать?» – удивляется он.

Вместе с тем, эксперт также отмечает, что на условия содержания заключенных формальная ликвидация ГПтС пока не повлияла. По его словам, на практике, условия содержания заключенных стали лучше, только потому, что «разгрузились» тюрьмы: начиная с 2013-го года, «тюремное население» страны стало стремительно сокращаться. Собственно, это стало основанием для оптимизации системы учреждений. «Приведу пример: если взять плацкартный вагон, забитый людьми, то, в летний зной, при закрытых окнах и открытых туалетах, когда люди едут сутками, получается типичная камера следственного изолятора. И, естественно, если количество людей уменьшить, ехать в таком вагоне станет удобнее… Так и с условиями содержания заключенных в колониях», – объясняет Гатиятуллин.

REUTERS

По словам одного из таких заключенных, который пожелал остаться неназванным, чем красивее обустроены «образцово-показательные» колонии, тем хуже там относятся к людям. «Там, где в бытовом плане хуже всего, людям легче жить. А там, где красоту демонстрируют, там и жмут. Потому что они прикрыты прокуратурой, своими карманными правозащитниками», – говорит он.

В этой связи Александр Гатиятуллин отмечает, что и условия содержания, и отношение к заключенным напрямую зависят от руководства учреждения. «Возьмем, к примеру, Черновицкое СИЗО. Несмотря на то, что оно находится в здании, которое стоит чуть ли не с 1780-го года, там нет ни плесени, ни других кричащих фактов нарушения условий содержания заключенных. Я обошел каждую камеру, в некоторых даже были специальные душевые кабины. На самом деле, здесь все зависит от руководства», – рассказывает эксперт.

При этом, по его словам, проблема следственных изоляторов, которые уже давно изжили свой век, действительно актуальная для Украины.

Опасности бездумного освобождения

Изначально пенитенциарная система страны была рассчитана на 220 тысяч человек, то в 2015-м в СИЗО и в учреждениях исполнения наказаний насчитывалось уже около 70 тысяч. На сегодняшний день, по данным пресс-службы ГПтС, в Украине имеются 148 исправительных учреждений, в которых содержится более 61 тысячи человек - осужденных и взятых под стражу (среднесуточная стоимость содержания одного заключенного в 2016-м году составляет 135 гривен 85 копеек). Произошло это, как считают в минюсте, после принятия нового Уголовно-процессуального кодекса.

Но, кроме этого, резкому уменьшению количества заключенных в Украине немало поспособствовал так называемый «закон Савченко». Который, к слову, депутаты намерены изменить, едва начнет работу пятая сессия Верховной Рады. Дело в том, что, по состоянию на конец июля под действие закона попали 47 966 человек, из них освободились 6 670, а остальным скостили срок.

По данным ГПтС, среди вышедшего на волю потенциального электората Савченко больше всего воров и разбойников – 1584 и 1205 человек. Затем идут осужденные за грабежи (925), умышленное убийство (896), особо тяжкие телесные преступления (566) и наркотики (705). Имеются также осужденные за преступления против национальной безопасности (16), военные преступления (8), хулиганство (73) и присвоение чужого имущества (30).

REUTERS

«Масла в огонь» подливает еще и тот факт, что среди вышедших на свободу осужденных может быть немало больных открытой формой туберкулеза. А тендеры по закупке необходимых лекарств, лишающих 2 000 заключенных возможности лечения, по словам советника по вопросам расширения доступа к лечению БО «Всеукраинская сеть людей, живущих с ВИЧ/СПИД» Сергея Дмитриева, были провалены. «Еще с апреля ГПтС начинала объявлять тендера по поводу закупок, включая медицинский компонент. Они планировали закупать противотуберкулезные препараты, мы очень сильно «бились», чтобы закупили еще и антиретровирусные препараты – это обязательство страны перед Глобальным фондом. На данный момент антиретровирусную терапию для лечения ВИЧ закупал Глобальный фонд, но с этого года страна должна была уже самостоятельно обеспечить 1800 заключенных. Этого не произошло. ГПтС уперлось и АРТ не закупило. С туберкулезом же они объявили торги, но объявили их неправильно. Составили лот из 11 препаратов, и это в стране, где ни одна компания их все не производит и, соответственно, не может поставить. Это либо была глупая халатность, либо здесь есть коррупционная составляющая – торги под конкретного продавца», - рассказал он.

Кроме того, ГПтС должна была обеспечивать осужденным заместительную терапию – беспрерывность лечения для наркопотребителей. Это метадоновая программа, которую применяют в медицинском учреждении. Люди, попавшие в колонию, должны продолжать принимать препараты. «Однако, в пенитенциарной службе лечение обрывается», – добавляет Дмитриев.

Заключенные в оккупации

Еще одной глобальной проблемой пенитенциарной системы остается судьба исправительных учреждений, которые находятся на оккупированных территориях. Так, в Крыму по данным на 1 апреля 2014 года располагались 4 учреждения, в которых содержалось более 3 тысяч человек. В Донецкой области таких учреждений было 5, в Луганской – 14, а содержались в них, в общей сложности, почти 15 тысяч заключенных.

Поскольку Государственная пенитенциарная служба является исполнительным органом власти, заниматься переговорами с боевиками на оккупированных территориях Донбасса о передаче осужденных на территорию Украины она не может. Такими полномочиями обладает омбудсмен. Однако, усилиями уполномоченной Верховной Рады по правам человека Валерии Лутковской, за два года удалось забрать всего лишь 110 человек (всех с неподконтрольной территории Донецкой области). При этом из Крыма в Украину за время аннексии полуострова не удалось передать ни одного осужденного, отмечают в ГПтС.

По словам координатора общественной инициативы «Евромайдан-SOS» Александры Матвийчук, заключенные Донбасса – одна из наиболее дискриминационных групп. «Есть информация об обстрелах этих учреждений, которые они не могут покинуть, в некоторых даже не было питания надлежащего, и вообще никакого определенное время», – рассказывает она.

При этом, в отличие от заключенных из Крыма, правозащитникам не известны факты незаконного перемещения заключенных с Донбасса в Россию. А вот из Крыма, по словам Матвийчук, приблизительно 2200 человек были перемещены в, как минимум, 16 мест несвободы, которые находятся на территории Российской Федерации. «Эти люди лишены возможности защиты от государства [Украина], потому что они считаются [российской властью] российскими гражданами. Они находятся далеко от родных, усложнена связь с внешним миром. На первом месте среди этих людей категория несовершеннолетних и женщин. По данным Регионального центра по правам человека, 240 женщин, дела которых рассматривались оккупационным судом уже после аннексии, были перемещены в Россию. Это первая проблема, на которую нужно обращать внимание, потому что это грубое нарушение международно-гуманитарного права, согласно которому страна-оккупант не имеет права перемещать людей и, в частности, заключенных, на третью территорию с оккупированной», – сообщает она.

…Учитывая все вышесказанное, у Украины есть план реформирования пенитенциарной системы, но самой реформы пока нет. К тому же, по мнению правозащитников, помимо концептуальных изменений в СИЗО, колониях и тюрьмах, необходимо менять общественное сознание и бороться с клеймом «ранее судимый». Поскольку сегодня множество освободившихся, кто далек от определения «рецидивист», попросту вынуждены врать о своем прошлом. К примеру, в анкетах о трудоустройстве. Ведь после правды, чаще всего, им просто указывают на дверь.

Ирина Шевченко

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter