Офицер морской пехоты ВСУ, кавалер ордена "За мужество" III степени Елена Белозерская / фото УНИАН

​​​​​​​Елена Белозерская: Командиры пытаются не пускать женщин на «ноль». Гибель любого бойца - горе. Смерть женщины - двойная трагедия, особенно, если она мать

Елена Билозерская вместе с мужем прошла на войну в 2014-м, была снайпером в составе ДУК «Правый сектор» и УДА. В 2018-м закончила офицерские курсы, командует взводом САУ. В интервью УНИАН она рассказала, почему женщины на передовой лучше мужчин, о чем только женщина может подумать во время боя и почему не стоит осуждать желание сделать в окопе маникюр.

Офицер морской пехоты ВСУ, кавалер ордена "За мужество" III степени Елена Белозерская / фото УНИАН

Как сейчас относятся к женщинам в армии?

Когда началась война, женщины не могли официально занимать боевые должности. Они воевали снайперами, пулеметчиками, а числились поварами и швеями, в лучшем случае – связистами или медиками. После этого была проведена большая работа. В 2016 году большинство боевых должностей было открыто для женщин, а потом, в 2018-м, были внесены изменения в устав ВСУ, сейчас женщины ходят в наряд наравне с мужчинами. Я – офицер, командир взвода САУ «Гвоздика». В 2014-м я не могла бы занимать такую должность.

Но сейчас наблюдается немного другие тенденции, когда девчата числятся стрелками, вторыми номерами гранатометчиков, а работают деловодами, в штабах. В армии очень много бюрократии, очень много работы с бумагами, реально деловодов нужно больше, чем предусмотрено штатным расписанием. И традиционно считается, что бумаги – женское дело.

Можете рассказать насколько оправдана такая бюрократия?

На учениях Sea Breeze мы видели, как американцы получали горючее. Подъехал заправщик, военнослужащий, возможно, где-то расписался и поехал. У нас сутки уйдут на сбор кучи подписей. Надо написать рапорт, по нему получить путевки, потом заверить у медика и того, того, того. Офицеры вместо боевой подготовки занимаются бумагами. «Ноль» - это единственное место, где можно отдохнуть от этого.

Белозерская: Офицеры вместо боевой подготовки занимаются бумагами / фото УНИАН

Можно ли говорить о том, что женщин привлекают армейские зарплаты?

Есть те, кто идет в армию из-за того, что там высокая зарплата. Они не хотят быть воинами, это такая же женщина, как на тыловой работе. Но они служат там, куда может прилететь. В прошлом году девушка была ранена осколком снаряда - артиллерия обстреляла тыловые позиции. Так что они рискуют жизнью.

Есть женщины, которые реально воюют. Яна Червона была пулеметчиком (погибла 2 апреля 2019 года). С нами в батальоне служит взрослая женщина, мать троих детей. И она всю ротацию отвоевала на «нуле» наравне с мужиками. Еще и успевала им готовить. Очень боевая женщина. Ее муж – старшина батальона, и он не стал ей мешать, отпустил на передовую.

Конечно, командиры стараются не пускать женщин на «ноль», это было и будет. Для него есть разница, кто погиб: мужчина или женщина. Смерть женщины - двойная трагедия, особенно, если она мать. Можно услышать: «Как я буду жить после этого». В принципе, такого не должно быть. Гибель любого бойца – горе.

В чем преимущества женщин?

Женщины слабее физически, а так больше ничем не отличаются. Если девушке нужны особые условия, ей не место в армии.

Нервы крепче у женщин. Я не видела девушки, которая упала бы на передовой в обморок, с которой случилась бы истерика. С необстрелянными парнями такое бывает. И это не означает, что они трусы. Это стрессовая реакция, к обстрелам привыкают.

Нервы крепче у женщин / фото УНИАН

Женщины не пьют, или пьют намного меньше. Они более обязательные, не исчезают с выключенным телефоном. Мужчины не такие аккуратные.

Однажды, у нас был ожесточенный бой, пулеметы не смолкали. Я испугалась, что будет перегрев ствола у «Покемона» (ПКМ), а запасных стволов не было, это был страшный дефицит. Помню, кричала: «Парни, не спалите стволы! Стреляйте короткими!». Этот бой есть на видео, и когда его увидел Дмитрий Ярош, то сказал, что только женщина в такой ситуации может о таком подумать.

Женщинам, которые реально воюют, свойственно не уважать девушек, которые следят за своей внешностью, красятся. Которые, якобы, в первую очередь женщины, а не солдаты. Я с этим не согласна. Если она хорошо выполняет свою работу, то какая разница, накрашена она или нет?

Есть девушки, которые в окопе делают маникюр. Под донецким аэропортом зимой холод был таким, что мы одевали по несколько свитеров. И ты видишь девушку, которая закутана до бровей, но глаза – накрашены. Никакого вреда от этого не было.

Парни на это обращали внимание?

Нет. Они не обращают на это внимание ни на фронте, ни в гражданской жизни. Мужчины реагируют на поведение, а не на косметику.

Тяжело ли было воевать рядом с мужем? Переживали за него?

Если твоя половинка далеко, и ты не знаешь, что с ней – вот тогда ты переживаешь. А тут, вот она, рядом.

У нас запрещено, чтобы муж и жена были подчиненным и начальником. Глупость ужасная. Наоборот, это цементирует отношения. Семейные связи переносятся на подразделение. На войне создаются пары, это нормально. Вот, в нашего бойца «Каталонца» влюбилась девушка из Донецка. Она приехала к нам в подразделение, сказала, что будет поваром. Оказалось, что готовить она совсем не умела или не хотела, но проявились другие таланты, отвечала за внутреннею безопасность. Сейчас они поженились, у них родилась дочка.

На войне создаются пары, это нормально / фото УНИАН

Но некоторые, наоборот, расходятся. В соседнем подразделении была пара - он пулеметчик, она сапер и гранатометчик-уникум. Были красивой парой, но расстались. Сейчас она вышла замуж за другого, если не ошибаюсь, он не был на фронте. Насколько знаю – счастлива.

Насколько строг к вам был муж?

Муж меня третировал (смеется). Но, когда я «в зубах» принесла мертвого сепара, все прекратилось.

Писали, что вы ликвидировали троих боевиков. Можете об этом рассказать подробней?

Да. Лучший результат за мою снайперскую карьеру. Это было на День Независимости в 2017 году. Они думали, что мы отпраздновали, лежим пьяными в окопе и готовили нам какой-то неприятный сюрприз. Это, как мы потом узнали, были россияне, кубанские казаки.

Читайте такжеКурт Волкер: На оккупированных территориях нет людей, которые хотели бы стать частью России. Здесь есть люди, которые хотели бы, чтобы не было линий разграничения

В ту ночь я не должна была дежурить, но интуиция мужа говорила, что «что-то будет». Пришли на позицию. Проходит полчаса. Я вижу в тепловизорный прицел несколько человек. Один уже вылез из окопа, другие начинают передавать ему оружие. Обычно они так себя не вели. Высовывались секунд на пять, стреляли, и ты не успевал поймать их в прицел. А тут…

У меня не было готовой позиции, мои мешки расстреляли, новые накидали как попало. Кладешь на них винтовку, она задирает нос, в небо смотрит. Я матюгнулась, хотя по жизни не ругаюсь. Вскочила в полный рост и стреляла практически с рук.

Попала с первого выстрела, и сразу же сделала еще два, чтобы они подумали, что это обычный прострел из окопа, а не снайпер. За первым сразу вылез второй, я решила, что он пьяный или обкуренный – так смело он вылез. Выстрелила. Успокоилась. Сменила позицию. Протерла прицел. Смотрю: эвакуируют раннего, вдвоем тянут. И это такая цель была хорошая. Но у нас в подразделении запрет: «не превращать благородное искусство войны в скотство». Во время эвакуации раненых стрелять нельзя. Унесли они «300-го». Но потом один возвращается. Я по нему отработала. Вот так - три цели за ночь.

Белозерская: у нас в подразделении запрет: «не превращать благородное искусство войны в скотство» / фото УНИАН

Скольких вы ликвидировали за войну?

Как правило, об этом не говорят. Думаю, пехотное отделение наберется. Это не много.

Есть снайперы, которых называют легендами?

«Браконьер». У него сумасшедшие цифры, кто-то говорит - сотня, кто-то - больше сотни. Есть «Чех» - более сорока. Но снайперы мало рассказывают о себе.

Расскажу историю про «Капрала» и «Чеха». Один шел на позицию и встретил другого. Парни заспорили, каждый говорил: «Это моя позиция! Что ты там делаешь?». И кто-то предложил выдать сепарам таблички: «Я – Капрала» и «Я – Чеха». Чтобы они с ними высовывались и не было споров.

Вы участвовали в снайперских дуэлях?

Мне не хватало квалификации. В своей книжке я описываю, как «Капрал» в паре с «Мориарти» работал против женщины-снайпера и уничтожил ее. Это было на шахте «Бутовка».

Елена Белозерская презентовала свою документальную книгу "Дневник нелегального солдата" о событиях 2014-2017 годов / фото УНИАН

Она - хорошо замаскировалась. Сначала наши заметили на крыше слабое тепло в куче тряпок. Сперва решили, что из-за того, что крыша нагрелась, но начали наблюдать. «Тепло» пошевелилось, стало понятно, что там человек, который накрылся тряпками, может, мокрыми, и из-за этого тепло не пробивалось.

«Капрал» сделал выстрел. И сразу же сорвалась вражеская БМП. Раненого снайпера хотели эвакуировать, но, как говорится, у нее был несчастливый день. Наши ВСУшники сделали точный выстрел из ПТРК уже по «бэхе».

Какую роль снайперы играют на этой войне?

Огромную. Важно психологическое давление. Активность противника на передовой уменьшается в разы.

Можно прочитать, что цель снайпера - убить командира, пулеметчика, другого снайпера. Иногда можно прочитать, что задача – ранить. Во-первых, кричащий от боли боец деморализует, во-вторых, ему оказывают помощь, а не принимают участие в бою.

Но снайперу не обязательно убивать или ранить. Например, в доме стоит огневая точка. Можно попасть в стену рядом с окном, даже не в само окно – и мы, на какое-то время, вывели врага из боя. Он знает, что его окно снайпер держит на прицеле и стреляет мало или вообще не стреляет.

Несколько тяжело было работать?

Это как на экзамене. Ты собрана, спокойна, некоторый адреналин есть, страха нет. Работаешь и все. То, что тяжело стрелять в человека, выдумали диванные моралисты. Ничего тяжелого нет.

Снайперу не обязательно убивать или ранить / фото УНИАН

Когда у тебя есть попадание, ты догадываешься, что попал, точно никогда не знаешь. Расстояние большое, при выстреле прицел дергается, а тот, в кого ты целился, падет в окоп или густую траву, и ты его не видишь. Но если попадаешь, как правило, огонь прекращается, они занимаются эвакуацией. Если просвистела мимо, боевики начинают злится и кроют в ответ из всего. Но это только косвенные признаки.

Что есть подтвержденное попадания, можно узнать тремя способами: если в паре с тобой работает наблюдатель, который визуально зафиксировал попадание, если записывается видео и если есть подтверждение из радиоперехвата.

После того случая на День Независимости на меня начали охотится. Переполох был серьезный. Я еще месяц там была на других позициях. Потом появилась возможность, поехала учиться на офицерские курсы, через время пошла в армию на контракт.

Не хотите вернуться?

Желание есть, возможности – нет. Я артиллерист, командир взвода. Кто меня отпустит снайперить? Разве что в самоволку (смеется).

Влад Абрамов

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter