Эгидиус Варейкис / lrs.lt

Глава комитета ПАСЕ: В Евросоюзе нет политического решения по Украине

16:37, 27.11.2012
11 мин. 6122

Накануне последнего раунда дебатов Европарламента о ситуации в нашей стране УНИАНу дал интервью член Литовского парламента и глава процедурного комитета ПАСЕ Эгидиус Варейкис.

Во вторник стало известно, что дебаты в Европарламенте относительно Украины все же состоятся до конца этого года – по последней информации, 12 декабря, в Страсбурге. Там же планируется принять резолюцию по нашему государству после обсуждения оценок парламентских выборов в стране и перспектив дальнейшего развития отношений Украины с ЕС, а именно – касательно подписания Соглашения об ассоциации. Судя по противоречивым заявлениям европейских политиков, то обещающих подписание соглашения в ближайшие месяцы, то призывающих к бойкоту Украины, окончательное решение о дальнейшем диалоге с Украиной еще не принято. УНИАН встретился с членом Европейской народной партии (EPP) и главой процедурного комитета ПАСЕ, литовским депутатом Эгидиусом Варейкисом, чтобы узнать его видение ситуации.

- Господин Варейкис, что лично вам известно о намерениях Европейского Союза подписать с Украиной Соглашение об ассоциации?

- В принципе, Европейский Союз думает, что ассоциация с Украиной нужна, но вот вопрос – когда. Одни считают,  что надо подождать, пока Украина докажет, что она – демократическая страна. Другие – что все это (текущая политическая ситуация в стране, - УНИАН) временно и надо подписывать.

Я затруднюсь, правда,  сказать теперь, как лучше быть сейчас. С практической стороны, чем быстрее это случится, тем лучше.

- То есть, вопрос сближения Украины с ЕС – только во времени?

- Когда Евросоюз принимает политическое решение, то тогда вопрос его осуществления уже только во времени. Из своих закулисных источников я знаю, что по Украине политического решения нет. Вот по Балканским странам такое решение есть. Они еще не готовы присоединятся к ЕС, но, когда будут готовы, если ничего не изменится, их в Евросоюз примут. По Молдове политического решения нет, хотя она очень захотела в последнее время стать членом Объединенной Европы, и даже думает, как ей вдруг стать балканской страной. По Турции политического решения окончательного нет. Мы вроде и хотим интеграции, но не совсем так, как они хотят. Я, например, за, и у меня есть аргументация в эту пользу…

А насчет Украины… Впечатление со стороны, что Украина не очень-то хочет в Евросоюз. А вот европейцы очень хотят, чтоб их хотели. Когда мы (страны Прибалтики, – УНИАН) вступали в ЕС, то не было такого, чтоб нас об этом просили. Это не Евросоюз вступал в Литву, а Литва – в Евросоюз.

Также существует определенная процедура. Есть правила, есть регламенты… И есть сейчас серьезные замечания относительно демократии в Украине. Поэтому Евросоюз очень спокойно говорит: вы готовьтесь, это вам не помешает, а потом будем смотреть. И даже то, что с Украиной хотят подписать этот договор (об ассоциации, - УНИАН) – это еще не вступление в Европейский Союз. Это такой прагматичный договор,  его подписание не значит,  что он закончится вступлением в ЕС.

- Что мешает Украине, на ваш взгляд, получить такое политическое решение – об интеграции – от ЕС?

- Часто в Страсбург украинские делегаты привозят свои внутренние проблемы. Я все время им советую этого не делать. Когда мы (Литва, – УНИАН) вступали в ЕС – нам как-то удавалось избегать таких действий, хотя мы (литовские политики, – УНИАН) тоже не любили друг друга. Но у нас был договор не использовать проблематику НАТО и Евросоюза для достижения своих узких политических целей. Мы приезжали туда, как единая страна. Украине это очень часто не удается, и я сам, например, говорю, что не хочу решать внутренние проблемы Украины в Страсбурге. Им (украинским политикам, - УНИАН) все говорят приезжать единой платформой. Но, видимо, у них (украинских политиков, - УНИАН) другие приоритеты.

- Вы имеете в виду, что нынешняя украинская власть просит подписать соглашение, а представители оппозиции – не делать этого. Получается, что несогласованность украинских политиков ставит ЕС в непростую ситуацию…

- Действительно, Евросоюз в деликатном положении. С одной стороны – все эти ваши трудности временны и нужно подписывать ассоциацию, с другой стороны -  украинская оппозиция сразу упрекнет европейских политиков в пренебрежении правами человека. Очень часто в таких случаях ЕС откладывает решение – не хочет сказать ни да, ни нет. Когда мы, Литва, вступали в НАТО, нам все время подчеркивали, что в Альянс вступает вся страна, а не одна партия или министерство обороны. А если у вас два противоположных мнения, то в Евросоюзе думают, что стоит отложить на завтра, на послезавтра... Я не знаю, что они решат, но вероятно, что все отложится.

- У Литвы есть единая позиция по украинскому вопросу?

- Я бы не сказал, что в Литве есть единая очень четкая позиция. Мы, с одной стороны, исходим из того, что раз уж Украина считается демократическим государством, хотя там есть проблемы, если она выбрала парламент и сформировала правительство, значит, с этим нужно считаться. Поэтому мы считаем, что Украину нужно «держать», потому что, если мы ее отпустим, то будет плохо. С другой стороны, я являюсь членом Европейской народной партии в Европарламенте, и вы знаете, что мы говорим о Тимошенко и Луценко – они должны быть освобождены.  Есть у нас (в Литве, – УНИАН) политические силы, которые не обращают внимания на Юлю, я – обращаю. Считать ли это согласованной позицией?

- Вы лично что думаете?

- Я лично хочу видеть Украину на западной стороне Европы. Я придерживаюсь позиции, что нельзя сейчас сказать Украине «нет». Но я встречался с Тимошенко несколько раз тут, в Киеве, мы ведь в одной группе в Европаламенте, она из нашей компании. Это не значит, что мы ее поддерживаем на 100%, но есть у нас в программе такой пункт, чтобы ее дело было пересмотрено. Конечно, это не значит, что все сразу решится, но все же. Но, так как наша группа в Европейском парламенте самая большая, то от ее мнения многое зависит.

- Освобождение Юлии Тимошенко и Юрия Луценко могло бы кардинально изменить ситуацию?

- Если говорить хитро, то это был бы очень хороший аргумент сказать, что ситуация улучшилась.

- Наши переговоры с Россией о Таможенном Союзе и ЕврАзЭС влияют на отношения с Европой и переговоры об ассоциации?

- Формально, если это не меняет текста и сути договора с Евросоюзом, это не мешает. Но мы (Литва – УНИАН), когда-то сделали с Евросоюзом большой  грех… Когда мы договаривались о вступлении Литвы в Евросоюз, было предусмотрено постепенно закрыть нашу небезопасную ядерную электростанцию и установить альтернативные источники энергии. И в тоже время мы вели переговоры с Россией, она предложила нам низкие цены на газ и мы пообещали не искать альтернативных источников. В итоге мы пострадали – у нас альтернативных источников энергии нет, и стоимость газа для нас теперь самая большая.

То есть, двойная игра тут никак не получится. Если украинские договоры по сути противоположны, то…

- Сидеть на двух стульях опасно…

- Если бы эти стулья хотя бы рядом стояли… А если они напротив друг друга? Что получится в перспективе из Евразийского союза, я не знаю. Есть пессимисты, есть оптимисты на этот счет, но за последние 20 лет российские проекты не были успешны. Ни СНГ, ни Шанхайская группа, которая так хорошо начиналась, но затихла, и относительно Евразийского союза тоже стихает оптимизм… Посмотрим. У Евросоюза, конечно, тоже есть проблемы.

- Вы пессимист в отношении ЕС?

- Евросоюз стареет, у него кризис… Существует такая теория, что всякие такие большие геополитические структуры  входят в кризис по достижению 70 лет, когда люди, жившие во время их зарождения, умирают. Например, Советский Союз существовал где-то 70 лет, Объединенная Германия Бисмарка прожила 70 лет до Второй мировой войны, евроинтеграция началась где-то в 50-м году и вот уже скоро ей будет 70 лет… Мы должны придумать что-то качественно новое. Мы должны найти какую-то новую систему. Мы видим выход из кризиса в достижении докризисного состояния, мы реанимируем больного, но не лечим болезнь. Европа пока не предлагает ничего нового. Китай тоже, кстати, не предлагает никакой новой идеологии. Он просто предлагает себя, как фабрику для Европы. Индия тоже ничего нового не предлагает. Предлагает только римско-католическая церковь. Папа Римский несколько лет уже, как написал книгу, в которой он, грубо говоря, призывает «подбить» мир заново к христианской идеологии. Ренессанс религии – это, в принципе, интересно…

- Литва может что-то предложить, когда будет председательствовать в Евросоюзе в следующем году…

- Евросоюз тоже радикально новых идей не предлагает. Предлагается много сценариев развития промышленности, торговли, но нет сценариев развития морали, отношений… А от этого ведь очень много зависит. Вот мы в Литве в этом году утвердили такой декларативный документ-стратегию «как сделать счастливую Литву к 2030 году». Там есть очень много интересных идей, но нет о том, что случится со связью между поколениями, с ценностями, как будет жить общество. Мы можем достигнуть того, чтобы у нас был самый быстрый в мире интернет, но счастья из-за этого не прибавится.

- О счастье – как живется Литве спустя восемь лет членства в ЕС?

- С 2000 года и до кризиса у нас был очень высокий рост. Страны Прибалтики в какой-то момент были почти самыми быстрорастущими  экономиками Евросоюза. Стало сейчас жить лучше или хуже? По многим параметрам мы сейчас на одном уровне с Польшей, Венгрией и Словакией, а еще в 1987 году Словакия для нас была заграницей. Так что качественно по многим индексам и рейтингам мы уже отличаемся от России и Украины. Например, наши аграрии не верили, что будут получать деньги от Евросоюза, но теперь получают. Меньше, чем французы, конечно, но чувствуют они себя хорошо. В сельском хозяйстве кризиса практически нет. Как у нас говорят – десять лет назад все хотели идти с вилами на министра сельского хозяйства, теперь все хотят сфотографироваться с ним.

Во время кризиса, конечно, ситуация ухудшилась, но относительно, ведь мы очень быстро росли. Как будет дальше, я не знаю, я не такой уж большой оптимист. Мы не сможем сразу стать Японией, но, если Евросоюз будет себя вести как сейчас, то страны Прибалтики смогут развиваться хорошо. Но у нас есть психологические проблемы – в СССР мы были лучшими, нас все хвалили, а в Евросоюз мы перешли, как в высшую лигу, и оказались среди худших, поэтому многие литовцы не так уж любят Евросоюз.

А вообще, я бы хотел, чтобы мы (литовцы, - УНИАН), что-то предлагали Евросоюзу, а мы ездим в Брюссель только за тем, чтобы брать то, что  нам положено. А положено нам много… Около 30% бюджета Литвы – это деньги Евросоюза. Представьте, если бы Украина получала к своему бюджету еще 30%...

Анастасия Береза

Новости партнеров
загрузка...
Мы используем cookies
Соглашаюсь