REUTERS
 
 

365 дней Евромайдана: Год поломанных судеб, неожиданных взлетов и горьких падений

Год после Евромайдана изменил Украину и украинцев. Судьбы многих – кардинально. УНИАН собрал несколько ярких, показательных историй.

REUTERS
 
 

За прошедшие 365 дней изменения произошли во всех регионах Украины: от Львова до Донецка, от Киева до Ялты. Страна подписала и ратифицирована Соглашение об ассоциации с ЕС, пережила досрочные президентские и парламентские выборы. В Крыму подняли российский флаг. На Донбассе идут военные действия…

Первое, что через год бросается в глаза, - визуальные перемены. В Киеве, напоминая об ужасных событиях ночи 18 февраля 2014 года, чернеет обуглившийся дом профсоюзов, часть улицы Институтской, на которой и сейчас можно увидеть венки, щиты, каски, свечи и таблички памяти, городские власти переименовали в честь Героев Небесной Сотни, оставивших здесь свои жизни.

Визуально изменилась не только столица. В большинстве крупных и не очень городов и сел страны появились сине-желтые заборы, деревья и лавочки. Во многих населенных пунктах, с 23-летним опозданием, состоялся ленинопад. Практически у каждого украинца в гардеробе появилась одежда с национальной символикой.

Что касается трансформаций, которых не увидишь – изменилось сознание украинцев, их желания, мечты, взгляды, цели. У каждого эти перемены очень личные, свои. Но все же, украинцы уже не те, что были всего лишь год назад. Кто-то неожиданно прославился, кто-то потерял былую славу, кто-то поменял бизнес на волонтерство, кто-то выбился из селян в народные депутаты, а кто-то из активиста «переквалифицировался» в министры…

Стать знаменитым

К примеру, неожиданно для самого себя, на весь мир прославился украинский дипломат, ныне посол Украины в Польше Андрей Дещица. Не будь прошлогоднего Майдана, не известно, возглавил бы он украинское внешнеполитическое ведомство, став и.о. министра иностранных дел в правительстве «камикадзе» в тяжелое для страны время. Не будь Майдана, аннексии Крыма Россией, разжигания ею же войны на Донбассе, в Украине не появилась бы песенка футбольных фанатов о хозяине Кремля, на востоке нашей страны террористы не сбивали бы самолетов, киевляне не пикетировали бы по этому поводу посольство РФ, а Дещица вряд ли спел бы когда-нибудь пресловутое «ла-ла-ла-ла-ла-ла-ла-ла». 

 Фото: УНИАН

В одном из недавних интервью он признался, что в тот момент, во время исполнения вместе с митингующими нецензурной песни о президенте РФ Владимире Путине, меньше всего его заботила собственная карьера: «Я не думал ни о своей карьере, ни о том, что стану настолько популярным». Главной целью дипломата, по его же словам, было не допустить провокаций, не допустить радикальных действий по отношению к российским дипломатам, дабы не дать России использовать это как серьезный аргумент для ввода в Украину своих войск. К слову, только в РФ поведение Андрея Дещицы посчитали «параноидальным» и «неадекватным». Западные же дипломаты подхватили навязчивую мелодию песенки, правда, используя «ла-ла-ла-ла», только в личной переписке.

Что же касается в целом перемен в стране, Андрей Богданович считает, что «за этот год Украина стала крепче, а украинцы – сплоченными». «Об Украине в мире начали говорить с достоинством и уважением, - рассказал Дещица УНИАН. - Это был тяжелый год для всех нас. В значительной степени он был переломным. Украина определилась с европейским направлением своего будущего развития, и этот выбор получил всенародную поддержку».

К слову, о выборе. Точнее, о выборах. Не будь Майдана и последующих за ним событий, вряд ли простой украинец из села в Черновицкой области, козак четвертой сотни «Самообороны Майдана» Михаил Гаврилюк мог бы рассчитывать на победу в мажоритарном округе на Киевщине и получение депутатского мандата. Это понимает и сам новоизбранный депутат. «У меня за этот год все поменялось, во время Майдана был простым козаком, а в данный момент, как видите, стал депутатом», - сказал он УНИАН.

Украинцы, по его мнению, за год стали дружнее и искренне помогают друг другу, «это большой плюс». Что же касается Украины, то, по словам Гаврилюка, Украину сейчас сильно меняет война. «Нужно ее победить и дальше отстраивать наше государство, делать его сильнее», - считает он.

фото УНИАН

Стоит отметить, что без Майдана министром культуры вряд ли мог стать «голос» Майдана времен Оранжевой революции и модератор Евромайдана Олег Нищук. Еще меньше шансов возглавить министерство было и у активиста Автомайдана, нынешнего министра молодежи и спорта Украины Дмитрия Булатова.

Зыбкость власти

Впрочем, былая удача других политиков за этот год сошла на нет. Так, по результатам досрочных выборов Верховной Рады восьмого созыва в парламент не попали ВО «Свобода», коммунисты и часть представителей Партии регионов (из тех, кто не сбежал вслед за экс-президентом Виктором Януковичем в Россию). К слову, о сбежавших. Несмотря на то, что старший сын беглого президента Александр Янукович вовсю раздает некоторым изданиям интервью, на запросы УНИАН о судьбе его отца ни в ФМС, ни в Кремле не отвечают. Но, если Виктору Федоровичу пока удается успешно скрываться от украинского правосудия, информация о его бывших соратниках, время от времени, просачивается. Так, в СБУ отмечают, что младоолигарх Сергей Курченко получил российское гражданство. А бывший министр энергетики и угольной промышленности Украины Эдуард Ставицкий, по некоторым данным, стал гражданином Израиля и даже сменил фамилию на Розенберг.

Те же, кто после бегства Януковича остался в Украине, отвечать на вопросы УНИАН относительно изменений в их судьбах желания не изъявил. Единственным, кто откликнулся, стал экс-министр доходов и сборов Украины Александр Клименко, но говорить о личном не стал: «Для меня Украина-2014 – это война в моем родном Донбассе, это потеря Крыма, это революционные трибуналы и уличная люстрация вместо справедливой системы правосудия. Это также турбулентность экономики, сумасшедшая девальвация гривны, потеря рабочих мест и, что самое страшное, это десятки тысяч погибших и миллионы сломанных судеб… Сегодня уверенности в том, что будет завтра, нет ни у кого: ни у бизнеса, ни у инвестора, ни у врача, ни у шахтера. А когда ты не можешь сказать с уверенностью, что будет завтра, не может быть никакой стратегии развития и будущего, только ситуативные решения».

По его мнению, правительство не должно все просчеты списывать на войну, но есть надежда, что новый Кабмин отойдет от популизма и займется проведением реформ.

Помощь стране – каждый может

В принципе, простые украинцы тоже надеются, что будущий Кабмин все же возьмется за проведение реформ. А, пока политики ведут коалиционные бои, а армия – настоящие, рассчитывают только на себя. Так, Арсений Финберг - бизнесмен и основатель проекта «Интересный Киев», один из тех, кто отбросил практически все свои дела и «с головой» погрузился в Майдан, а, впоследствии, и в события на Востоке. «Каждый из нас искал свою роль на Майдане, думал, чем он может помочь. 17 февраля, когда начались обстрелы я начал создавать движение «Эскадроны добра». Я понял, что моей пользы непосредственно на Майдане мало. Поэтому взялся именно за направление медикаментов. Практически за несколько дней уже работали машины, развозили лекарства по больницам, в которых находились раненые», - отметил Арсений в эфире одного из телеканалов.

Армений Финберг / фото из соцсети

По его мнению, Майдан сделали люди, которые там стояли, которые готовили на кухне, которые волонтерили, подвозили вещи и еду. «Майдан изменил и его участников… Наше движение переросло из волонтерской сотни и теперь называется «Каждый может», то есть каждый из нас должен выбрать, как помогать стране», - подытожил он.

Именно так действует 29 - летняя Ирина, которая едва находит свободное время, чтобы встретиться с УНИАН. В ее повестке дня, вот уже целый год, нет, как она сама говорит, «дней для себя». «Хотя, пожалуй, то, что делаешь сейчас и есть «для себя», ведь мне жить в этой стране, и мне потом отвечать за равнодушие и бездействие», - улыбается она.

Свою новую «работу» девушка начала после 30 ноября, после жестокого разгона студентов «беркутовцами»: волонтерила на кухне Евромайдана, помогала собирать теплые вещи для майдановцев. Когда же начались события на Востоке, стала передавать сбор необходимого для украинских бойцов на передовой. «Год назад, в этот день, мы и подумать не могли, что переживем столько. Как много от нас уйдет друзей и сколько сил есть в каждом из нас на самом деле. У меня была обычная работа, я путешествовала и мечтала о создании семьи. А сейчас мечтаю снова мечтать после войны», - рассказывает она.

По ее мнению, украинцы за этот год накопили много достижений. Но важно суметь их сохранить. «Война рано или поздно завершится и главное для нас сохранить все, что мы получили за этот год, все, чему научились и что в себе преодолели. Сохранить, передать детям, укоренить в национальном сознании», - считает она.

Уже оканчивая разговор, Ирина признается, что в последнее время стало труднее: люди устали собирать средства на армию, устали слышать о смерти и предпочитают закрыться в «собственной ракушке»: «Но я никого не сужу. Иногда, правда, срываюсь, но это от перенапряжения, иногда от отчаяния. Я верю, что все закончится, и у нас будут другие поводы встретиться и поговорить».

Что-то - теряем, что-то - находим

Отдельной истории заслуживают жители оккупированного Крыма и Востока, а также переселенцы с этих территорий. Разве мог один из лидеров Меджлиса крымскотатарского народа Мустафа Джемилев представить себе, что в 21-м веке, с легкой руки российских «вождей» и их «зеленых человечков», снова станет не въездным на Родину? Разве могли проукраинские жители Донбасса предположить, что станут изгоями у себя дома?

Валерия Живлева переехала в Киев из Мариуполя. Для нее украинская революция - это повод, наконец, установить равновесие на всех территориях страны. Девушка признает, что на Востоке чувство принадлежности именно к Украине значительно меньше, чем в том же Киеве. «Недавно навещала родителей. Мама с папой никуда не собираются бежать, их дом в Мариуполе. Но будут ли местные бороться за украинское гражданство, в случае чего, - трудно сказать. Надо понимать, что любить свою страну нас не научили с детства, нам просто не привит патриотизм. И те, кто остался в городе, просто хотят мира, нормальной жизни, и все. Возможно, эта революция, война, что-то изменят», - отмечает девушка.

Валерия Живлева / фото из соцсети

«Я никогда не забуду свою Горловку, рассказывает УНИАН другая вынужденная переселенка Янина Процик. - Мой прадед был репрессирован и всю жизнь мечтал вернуться в родное село, на Восток Украины. Не сложилось. Родители часто рассказывали мне эту историю, а я не могла понять всей глубины трагедии деда. Теперь понимаю. Хочу верить, что вернусь в спокойную, украинскую Горловку».

С начала лета с мамой и трехлетним сыном она живет в городе Луцк, Волынской области. Женщина снимает жилье, практически сразу устроилась на работу. «Конечно, нам трудно, не хватает средств, ведь все добро оставили дома. Спасибо людям – помогают. Кто одеждой, кто деньгами, даже пищей. Однако как бы к нам хорошо не относились, я хочу вернуться в Горловку. Если же потеряем Донбасс, останусь на Западной Украине, но всю жизнь, как прадед, буду мечтать о возвращении… Вот такие у меня произошли судьбоносные изменения со времен Майдана - одновременно нашла и потеряла дом».

К слову, о потерях. Пока часть украинцев теряли малую Родину вместе с жильем и нажитым добром, украинская православная церковь Московского патриархата (УПЦ МП) теряла прихожан, которые ушли в лоно украинской православной церкви Киевского патриархата (УПЦ КП). Причем не только на Востоке, а в Центре и на Западе Украины. В целом, точной социологии по числу прихожан, которые перешли из одного прихода в другой – нет. На сегодняшний день известно лишь о 20 приходах, сменивших условную «прописку» с московской на киевскую. Сами верующие считают, что лучшая, думающая часть и паствы, и клира УПЦ МП уже переориентировались.

«Когда-то Москва запустила концепцию медленной эволюции УПЦ МП в путь поместности. И эта эволюция могла бы идти сто лет. Но потом умер Блаженнейший Владимир (Блаженнейший Митрополит Киевский и всея Украины, постоянный член Священного Синода Русской православной церкви – УНИАН), а он был национально ориентированным митрополитом, и началась война, которая просто обнажила то, насколько больна церковь… Для воцерковленных людей это очень больная ситуация, для невоцерковленных, но считающих себя православными, это момент четкой самоидентификации», - рассказала УНИАН создатель интернет-сообщества «За единую поместную церковь» Лана Самохвалова.

«Спасибо прессе, что все случаи, когда священники становились сепаратистами, когда отказывались отпевать воинов, когда проповедовали русский мир, освещались максимально широко. Сейчас я часть той паствы УПЦ МП, которая колотит в двери и взывает к митрополии, но у меня и у многих наступило страшное уныние, что церковь ведет себя так предательски… Это же очень видно, когда церковь самоустраняется, когда ты понимаешь, что это из-за денег или какой-то ограниченности, это очень больно. Митрополия как политбюро, они не понимают, что уже не будет как раньше, что пришло время единства… Им Москва шлет указания, но впервые за многие годы сами священники УПЦ МП пишут письма в поддержку единства. Верные (я не одна такая) пытаются самоорганизовываться», - подытожила она.

Наивность общества осталась в прошлом

По мнению заместителя директора социологической службы Центра Разумкова Михаила Мищенко, главное достижение после Революции достоинства - это умение все решать своими силами. По словам эксперта, в отличие от 2004 года, украинцы перестали надеяться на власть, политиков, чиновников. «С самого начала эти революции отличались тем, что в 2004 году изменений ждали от конкретного человека, в 2014 поняли, что многое зависит именно от них. Обычные граждане вполне могут влиять на все сферы жизни. Этим объясняется и необычайная социологическая активность украинцев, вот уже в течение года», - сказал он УНИАН.

Социолог убежден, что это позволит избежать разочарований и равнодушия населения после того, как война завершится, и страна постепенно вернется к нормальной жизни. Мищенко отмечает, что фактически украинцы научились, обогревать, одевать, обеспечивать всем необходимым целую армию, стоять до конца, даже ценой собственной жизни. А наивность, с которой когда-то общество ожидало изменений от очередного политика, осталась в прошлом.

REUTERS

«Что же касается жителей Востока, то произошло двойное разграничение: проукраинское и антиукраинское общество. С одной стороны, многие жители восточных регионов определились со своей национальной принадлежностью, идентификацией. Это мощный сигнал следующим поколениям. С другой стороны, имеем людей, которые не хотят жить в Украине, имеем расколы семей, общин, конфликты вчерашних друзей», - отмечает он.

Говорить же о том, чего после революции и войны будет больше – положительных или негативных изменений, социолог не берется: «Слишком субъективно говорить о негативе и позитиве. Сегодня мы имеем очевидные достижения, но имеем и события очевидного трагизма для народа Украины».

О. Каретникова-Котягина, Т. Урбанская

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter