Лешек Бальцерович: Подписание Соглашения об ассоциации с ЕС - огромный шанс для Украины

Лешек Бальцерович: Подписание Соглашения об ассоциации с ЕС - огромный шанс для Украины

Автор польского «экономического чуда» в интервью УНИАН рассказал, как можно преодолеть взяточничество на государственном уровне, грозит ли гривне обвал и почему так важно Украине подписать соглашение об ассоциации с Евросоюзом.

Лешек Бальцерович - экс-министр финансов Польши, профессор Варшавской школы экономики, член престижной Группы авторитетов Международного института финансов в Цюрихе - известен  едва ли не всем на постсоветском пространстве как автор «Плана экономических реформ», так называемой «шоковой» терапии, примененной в Польше в 1991 году. Он пребывал на высоких чиновничьих постах недолго, но ему удалось почти невозможное: всего за несколько месяцев запустить маховик реформ настолько мощно, что последствия того импульса ощущаются по сей день. По сути, именно его экономическая и общечеловеческая  жесткость стали залогом сегодняшнего положения Польши, которая не просто активный участник Евросоюза, но и пример грамотной политики правительства в условиях кризиса. На нее во многом равняются, приводят ее в пример, вспоминая, что еще 20 лет назад она своей бедностью и зарегулированностью мало чем отличалась от других стран социалистического лагеря. Сейчас Бальцерович - общепризнанный эксперт в вопросах макроэкономики. Тем любопытнее узнать его мнение об Украине.

- Господин Бальцерович, как Вы оцениваете экономическую ситуацию в Украине?

- Украина переживает стагнацию. Я говорю это, основываясь на данных международных финансовых институтов. В Украине - крайне сложная и опасная ситуация в фискальной сфере. Объем долгов и расходов по отношению к ВВП весьма высок. Причем особенно волнует огромный  дефицит платежного баланса – более 8%. Это значит, что импорт существенно опережает экспорт.

Украине нужно то, что экономисты называют фискальной консолидацией. И тут выбор действий невелик – либо повышать налоги, либо сокращать расходы. Но поскольку налоги и без того  внушительны, да и премьер-министр Николай Азаров не раз заявлял, что налоговые ставки повышаться не будут, то необходимо сокращать расходы.

- Вы говорите об урезании бюджетных статей?

- Отнюдь. Я говорю об объемах субсидирования нефтегазовой сферы, которые не только увеличивают бюджетный дефицит, но и никоим образом не способствуют снижению зависимости Украины от российского газа. Между тем, сокращая субсидирование «Нафтогаза», вы не только сможете оздоровить фискальную составляющую, но и сократить зависимость от России.

- МВФ тоже на этом настаивает …

- Потому что это очевидно. Это - некий здравый посыл, который необходимо понять. Здесь нет ничего революционного. Многие страны сделали подобное давно, несмотря на всю кажущуюся болезненность шага. И я не предлагаю лишнего, но демонстрирую причинно-следственную связь и апеллирую к общемировой практике.

- Как Вы считаете, украинское правительство готово идти в ногу со «здравым смыслом»?

- Я в этом деле не эксперт. Правительство, понятно, должно реагировать на все вызовы и учитывать все факторы. В том числе и общественное мнение… 

- А что Вы можете сказать о нашей дефляции: 14 месяцев полного затишья в смысле роста цен в нынешних экономических условиях. Это - повод для волнения?

- Ну, скажем, я бы не называл это поводом для каких-то особенных волнений. В любом случае инфляция свое возьмет - рост цен произойдет. Волноваться надо о деловой среде, о доверии судебной власти, о прогнозируемости политической ситуации.

- Что будет с гривней, если ситуация не изменится и политика правительства останется прежней?

- Страна, привязанная к фиксированному курсу, должна демонстрировать такую же жесткую фискальную дисциплину. Если ее нет, а дефицит платежного баланса растет, курс не меняется, то это не совсем то, что нужно. Подобная ситуация долго продолжаться не будет. 

И тут позволю себе напомнить, что еще одним требованием МВФ для продолжения сотрудничества с Украиной является гибкость в сфере курсообразования.    

- Как Вы оцениваете политику правительства Украины в сфере заимствования?

- А что тут оценивать: если ситуация такова, что политика бюджетных расходов во многом зависит от субсидирования закупки газа, то заимствования неизбежны. Другое дело, что заимствования –  новые финансовые трудности, это - долги, покрытие которых требует новых заимствований. 

- Приватизация может спасти ситуацию? К слову, как Вы считаете, Украина добилась успеха в сфере разгосударствления, если сравнивать, например, с Польшей?

- Признаться, не вижу каких-либо существенных отличий между польским частным сектором и украинским. Но дело не в приватизации как в процессе смены собственника и получения денег в бюджет. Дело в деловой среде - как новому собственнику потом работается. В Польше политика и бизнес не связаны между собой, и это было принципиальным и главным условием наших реформ. Это было моим условием, когда я пришел работать в правительство.

- Кстати, о политике и бизнесе. Украина прикладывает немалые усилия в попытке побороть коррупцию. Во всяком случае, разговоров на эту тему ведется много. Как Вы считаете, коррупция как явление поддается «лечению»?

- Думаю, что, прежде всего, надо изучить источники коррупции. Чаще всего взятки берут там, где активное государственное администрирование. Стало быть, выход в том, чтобы максимально упразднить такое администрирование, где это возможно. Глубокая дерегуляция позволит избавиться от коррупции, поскольку упразднит саму причину возникновения взяточничества. 

Второй способ – кадровый. Вы не хуже меня знаете, что в любой стране можно найти тот или иной орган, пронизанный коррупцией настолько, что проще полностью сменить менеджмент, вплоть до последнего чиновника, чем пытаться каким-либо образом повлиять на систему построения работы. Такой способ – полная смена персонала – работает. Пример - Грузия, Болгария. В Грузии, в частности, полностью поменяли руководство дорожной инспекции, в Болгарии  - руководство таможни. Взяток там больше не берут.

- Украина в ноябре рассчитывает подписать Соглашение об Ассоциации с ЕС. Как Вы считает, нам удастся достичь желаемого?

- Я - не дипломат, и никогда не был дипломатом. Я – экономист. Но именно мне довелось в свое время, исполняя обязанности премьер-министра Польши в 1991 году, подписывать Соглашение об Ассоциации и Зоне свободной торговли с ЕС. Конечно, были сомнения, а сможет ли Польша выстоять, сможем ли мы быть успешными в условиях конкуренции того времени.

Что дало нам Соглашение? Во-первых, мы поняли, что выполнение условий вступления в ЕС – не проигрыш, это - приобретение. Что, скажем, плохого в усовершенствовании механизмов судебной власти и общего законодательства? Это ведь важно. Что плохого в усовершенствовании деловой среды? Что плохого в развитии торговли, в достижении целей торговой экспансии? Это был огромный шанс для Польши. И это - огромный шанс для Украины.

Обратите внимание: за последние 22 года Украина, к сожалению, так во многом и не смогла реализовать свой потенциал. Мы видим это по показателю роста ВВП. В Польше, и я горжусь этим, мы смогли удвоить ВВП, по сравнению с началом 90-х годов. Украина, увы, лишь подбирается к тому уровню, который она имела в начале 90-х.

Но что особенно важно: вопрос, почему так случилось – не экономический и не поведенческий. Это - вопрос политической воли. Многие знают и понимают, что нужно делать, куда нужно идти. Но слишком высок показатель противодействия очевидным и правильным процессам. Если эту проблему не решить, то она лишь усугубится. Это как болезнь - чем она запущеннее, тем радикальнее лечение.

Тем не менее, я искренне желаю Вам успеха на избранном пути. 

- Вас часто называют автором «шоковой» терапии…

- Не называйте меня так, не говорите слово «шок». Шок – это всегда плохо.

- И все же, Вы работали жестко и принимали непопулярные решения. Что придавало Вам смелости?

- Мне предложили работу, я предложение принял. Я должен был выполнять то, на что подписался. Только и всего.

Олеся Сафронова (УНИАН)

***Лешек Бальцерович, родился в 1947 году в г. Липно, Вроцлавского воеводства. В 23 года с отличием окончил факультет внешней торговли Главной школы планирования и статистики в Варшаве - ныне Варшавской высшей школы экономики. Будучи студентом, вступил в правящую Польскую объединенную рабочую партию. Однако это не помешало ему в 1972—1974 годах пройти стажировку в Университете St.John’s в Нью-Йорке (США), а позднее вернуться на родину, защитить докторскую диссертацию и два года проработать в Варшавском институте марксизма-ленинизма, занимаясь разработкой альтернативного проекта реформ в Польше.

К середине 80-х Бальцерович стал активным участником научных конференций в ФРГ, Великобритании, Швеции, Индии, Венгрии и других странах. В это же время начал консультировать профсоюзное объединение «Солидарность» и вышел из состава все еще правящей на тот момент Объединенной рабочей партии. В 1989 году Бальцерович стал координатором деятельности Европейской экономической ассоциации в Польше. В том же году будущий президент Польши Лех Валенса предложил Бальцеровичу войти в первое правительство «Солидарности» и возглавить экономические реформы. Бальцерович занял пост вице-премьера и министра финансов, а также возглавил Экономический комитет при Совете Министров Польши. 

Его план, «План Бальцеровича», предполагал строгое ограничение инфляции, приведение к равновесию в течение года государственного бюджета, товарного и денежного рынков, перевод всех сфер экономики на рыночные начала. Для этого повышались розничные цены, сокращались бюджетные дотации, ограничивались денежные доходы, а для предприятий вводилась частичная внутренняя обратимость национальной валюты и устанавливался ее единый курс.

Успех реформы был очевиден, однако социальные последствия уже в первый год начали вызывать недовольство и противоречивые оценки. В декабре 1991 года Бальцерович покинул правительственные посты. С тех пор он не привлекался к правительственной работе, однако его авторитет как теоретика и практика экономики остается неоспоримым.

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter