Эксперт аналитического центра DiXi Group Геннадий Рябцев / фото УНИАН

Геннадий Рябцев: На историю с коронавирусом отреагировал не рынок нефти, а спекулянты

Мировые рынки резко отреагировали на ситуацию с коронавирусом в Китае. Особо чувствительными оказались нефтяные торговые площадки - котировки обвалились до годового минимума. УНИАН расспросил эксперта аналитического центра DiXi Group Геннадия Рябцева, чего стоит ожидать в ближайшее время на глобальных рынках и как происходящее аукнется Украине.

Эксперт аналитического центра DiXi Group Геннадий Рябцев / фото УНИАН

Мир продолжает сотрясать китайская коронавирусная история. Количество заболевших превысило 24 тысячи человек, погибших - свыше 500. География заболевания уже составляет 23 страны. Вирусологи выяснили, что ДНК коронавируса из Уханя на 80% совпадает с генетическим кодом возбудителя тяжелого острого респираторного синдрома SARS, вспышка которого 17 лет назад унесла более 700 жизней. Тогда от атипичной пневмонии умирал почти каждый десятый зараженный. Но новый вирус, по словам ученых, значительно менее опасен. Всемирная организация здравоохранения признала происходящее чрезвычайной ситуацией, но заявила, что пандемией ее назвать нельзя.

Отреагировали на коронавирус все мировые рынки. Особенно «отличился» рынок нефтепродуктов. Котировки «черного золота» обвалились до минимума за последние 13 месяцев. Так, марка нефти WTI подешевела с чуть менее 70 долларов за баррель в январе до примерно 56 долларов в начале февраля, на 16,3% - максимальными темпами с мая прошлого года, марка нефти Brent тоже упала, но лишь на 12%. Такое положение дел брокеры объясняют тем, что из-за распространения коронавируса резко сократился спрос на нефть в Китае – крупнейшем в мире потребителе топлива (около 15% мирового потребления). Как сообщает Bloomberg, ежесуточное потребление нефтепродуктов в КНР снизилось примерно на 3 млн баррелей, то есть на 20%.

Ввиду происходящего, аналитики Citigroup уже снизили прогноз по средней цене на нефть марки Brent в первом квартале 2020 года до 54 долларов. Максимально цена может упасть до 47 долларов, что станет худшим результатом за два с половиной года.

Международное рейтинговое агентство Moody’s предупредило, что перерастание вспышки коронавируса в пандемию может стать более «черным лебедем», чем глобальный финансовый кризис 2008 года и последовавшая за ним рецессия.

CNBC пишет о том, что Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК) уже рассматривает меры по уменьшению добычи нефти более, чем на миллион баррелей в сутки. Сейчас членами картеля якобы обсуждается проведение внеочередной встречи. Хотя ряд СМИ пишут о том, что ничего подобного не происходит, ОПЕК спокойна, все идет своим чередом, а Китай успешно справляется с коронавирусной проблемой.

На нефть же могут оказывать давление и другие глобальные истории. Так, агентство Fitch прогнозирует, что цены на нефть в 2020 году останутся крайне волатильными. Аналитики агентства считают, что политика ОПЕК+ по сдерживанию добычи в соответствии со спросом и ценовая чувствительность американской сланцевой нефти делают длительный спад цен на нефть ниже 50 долларов за баррель для Brent маловероятным даже в стрессовом сценарии. Fitch прогнозирует цены на нефть на уровне 62,5 доллара за баррель в 2020 году, 60 долларов за баррель в 2021 году и 57,5 доллара за баррель в 2022 году и в дальнейшем. При этом, агентство отмечает, что большинство производителей нефти и газа чувствуют себя комфортно с ценами от 50 до 60 долларов за баррель.

Так что же происходит на мировом нефтерынке и как ситуация скажется на Украине? Об этом УНИАН рассказал эксперт аналитического центра DiXi Group Геннадий Рябцев.

По словам Рябцева, влияние истории с коронавирусом на рынок физической нефти - нулевое / фото facebook.com/riabtsevgl

Что сейчас происходит с ценами на нефть?

На историю с коронавирусом отреагировал не рынок нефти, а спекулянты, которые к рынку нефти не имеют никакого отношения. Они торгуют не нефтью, а вторичными финансовыми инструментами, которые называются деривативами. Они, чтобы заработать на росте или снижении котировок, используют любой информационный повод. Поэтому все заявления о том, что якобы Китай сократил объемы потребления нефти или ее импорт из-за коронавируса, выглядят, по меньшей мере, странно. Такие заявления направленны только на одну цель – убедить непрофессиональных участников биржевых торгов в том, что то или иное событие способно оказать влияние на соотношение спроса и предложения на энергетических рынках. А влияние истории с коронавирусом на рынок физической нефти - нулевое. Эти события давят только на поведение биржевых спекулянтов.

Но, судя по информации СМИ, Китай, который является крупнейшим в мире импортером энергоресурсов, сейчас действительно переживает сложнейшее время. Дают себя знать срыв новогодних праздников, замораживание транспортных перевозок и так далее…

Все передаваемые ужасы - попытка отдельных средств массовой информации увеличить количество просмотров за счет публикации новостей с негативным контекстом. К примеру, мало кто передает данные о количестве выздоровевших, или о динамике именно выздоровевших. Все только то и делают, что рассказывают о смертях. А китайские власти приняли все необходимые усилия, даже сверх того, чтобы справиться с проблемой…

Почему-то никто не говорит, что в мире от осложнений гриппа ежегодно умирают 650 тысяч человек. Кстати, это никаким образом не влияет на нефтяные котировки.

Что касается Китая, то автобусы маршрутные стоят, но увеличилось число «скорых», масштаб патрулирования, огромное количество самолетов прилетело в КНР с гуманитарной и другой помощью, строятся клинические мобильные комплексы, завозится много оборудования, установлено множество генераторов. И для всего этого нужна техника, а для нее надо топливо. Поэтому я очень сомневаюсь, что количество потребляемого топлива в Китае сократилось.  

Но нефтяные котировки падают?

Повторюсь – любой информационный повод используется биржевыми спекулянтами, чтобы заработать на колебаниях котировок.

Иллюстрация / REUTERS

ОПЕК тоже отреагировала. Участники картеля заговорили о проведении внеочередной сессии для решения возникшей проблемы со снижением цен на нефть…

Какая цель ОПЕК? Заработать как можно больше. Они тоже увидели в нынешнем информационном поводе эту прекрасную возможность. Один доллар нефтяных котировок в мировом масштабе – это в целом четыре триллиона долларов, которые можно благополучным образом поделить между участниками ОПЕК. Поэтому картель и будет рассказывать, как он сейчас озабочен. К сожалению, людей с критическим мышлением в мире всего пять процентов. А думать нужно.

Тем не менее, цены на нефть упали до годового минимума…

Действительно, цена упала на несколько процентов. Вспомните ситуацию с якобы атакой дронами нефтяных мощностей Саудовской Аравии. Стоимость нефти тоже упала, но потом скандал быстро заглох и всем стало понятно, что на самом деле случившееся никакого влияния на добычу нефти не оказало. Но кто-то заработал на этом миллиарды. Точно также зарабатывают сейчас на коронавирусе. Но влияние его на рынок ограниченное. Если посмотреть на цены контрактов на поставку реальной, физической нефти, то они не изменились. 

То есть, на украинских АЗС в ближайшее время ничего существенного не произойдет?

Нет. У нас цены на заправках определяются в данный конкретный момент соглашениями, достигнутыми между президентом и трейдерами, которые к коронавирусу не имеют отношения. Зеленский заявил, что цены на нефтепродукты завышены. Стоимость должна составлять один доллар десять центов и потребовал снижения цен до этого уровня. Трейдеры согласились с этим, но в обмен на закрытие нелегальных АЗС. Подзаборные заправки действительно закрывают, аж 178 штук ликвидировали.

По словам Рябцева, Кабмин ничего не сделал, чтобы ситуация с нелегальными заправками не повторилась / фото УНИАН

В разгар истории со снижением цен на наших АЗС вы сказали, что на законодательном уровне нет механизмов, дабы добиться этого от трейдеров. Но ведь в итоге получилось…

Получилось только благодаря неформальным договоренностям. В Украине, к сожалению, не все определяется наличием законодательной базы. Любой трейдер понимает, что если он не будет реагировать на «настойчивые просьбы» власти, то его будут кошмарить. К нему быстро придут налоговики, пожарные, полиция, представители местной власти и начнут говорить о его рабочих «промахах». То есть, придраться найдут к чему. Есть еще Антимонопольный комитет, который у одних нарушения замечает, а у других – нет. К примеру, по решению АМКУ, компания, которая имеет всего 59 заправок из шести с половиной тысяч действующих, пользуется монопольным положением на рынке.  А объясняется это тем, что против этого трейдера ведутся какие-то разработки. Так кому из трейдеров такое нужно? Никому. Вот они и согласились с президентом. «Взяли под козырек», и выполнили предписание, вне зависимости от цены на нефть, стоимости топлива на границе, курса гривни. Такая у нас реальность.

Все идет в ручном режиме?

Да. Правительство ничего не сделало на законодательном уровне, не предприняло ни единого шага, чтобы ситуация с нелегальными заправками не повторилась. Просто провели рейды и все. Сейчас эти «левые» АЗС открываются снова, только в других местах.

Украина очень зависима от импорта нефтепродуктов, который составляет порядка восьмидесяти процентов. Мы уже переживали несколько кризисов. Один из них был связан с «грязной» нефтью в трубопроводе «Дружба», когда Беларусь с Россией выясняли «нефтяные» отношения. Это происходит и в данный момент. Власти неоднократно говорили о необходимости увеличения собственной добычи нефти, но пока идея не реализуется. Что нужно сделать, чтобы она воплотилась в жизнь?

В Украине в ходу временные периоды - «сегодня», «завтра» и «послезавтра». Вот «послезавтра» мы можем все обеспечить, «сегодня» и «завтра» - это мы сделать не в состоянии. Чтобы «послезавтра» что-то получить, необходимо вложить в идею деньги «сегодня». Но никто не хочет это делать. Так обстоят дела с добычей нефти.

Иллюстрация REUTERS

Почему не хотят вкладывать в нефтедобычу?

Значительно легче закупить уже готовые нефтепродукты, получить прибыль уже сегодня, чем вкладывать в проект, нервничать по поводу его реализации, развивать производство, бороться со всякими ведомственными преградами. У нас сейчас тот, кто что-то производит или добывает, фактически никак не защищен, в том числе его инвестиции. Поэтому компаниям не выгодно вкладываться в развитие добычи, переработки, в совершенствование технологий. Им куда легче заниматься куплей-продажей.

Государству необходимо переломить систему.  Если оно хочет, чтобы этот сектор развивался, то нужно такой вид деятельности простимулировать. Но этого не делается. Принимается куча противоречащих решений, что не позволяет потенциальным инвесторам вкладываться в данный бизнес.

В стратегии реформирования государственного управления до 2021 года есть показательная фраза – Кабинет министров Украины пока не способен к стратегическому планированию. Чтобы какая-то отрасль реальной экономики получила развитие, планирования на год, как происходит с бюджетной росписью, недостаточно. Есть инерционные отрасли, к которым относится любая добывающая отрасль, где эффект может быть через пять-семь лет. А у нас каждое новое правительство приходит и сразу заявляет, что «попередники» были плохими, занимались не тем, а мы сейчас разработаем новые программы и стратегии, и все пойдет верным путем. Но пока они этим делом занимаются, их срок полномочий заканчивается. Приходят другие лица и все начинается сызнова. Причем, если посмотреть на всех представителей власти до их назначения на должности, то они нормальные, трезвомыслящие люди. А потом происходят с ними странные вещи.

Иллюстрация / REUTERS

Вернемся к «нефтяной» проблеме – нерешенности отношений между Россией и Беларусью. От этого зависит импорт нефтепродуктов в Украину. Чем нам грозит их конфликт?

В январе было в четыре раза меньше поставлено нефти в Беларусь из России, по сравнению с январем прошлого года. Январь, конечно, не является ярким показателем. Но проблема есть, и она до сих пор не решена. Поскольку из Беларуси завозится в Украину порядка сорока процентов от всего импорта нефтепродуктов, то наша страна на треть зависит от белорусских поставок в целом от объема потребления.

Заменить белорусские нефтепродукты очень сложно. А из России нефтепродукты завозятся к нам по отдельным разрешениям, и тут тоже проблема. Из других источников можно увеличить объемы поставок, но это связано с ухудшением логистики, увеличатся затраты на транспортировку, да и цены могут быть выше, чем у Беларуси, так как с ней уже налажены каналы поставок.

В том случае, если Беларусь сократит объемы поставок нефтепродуктов в Украину, топливо может подорожать на несколько процентов. Но дефицита не будет, потому что украинский нефтерынок открытый и трейдеры могут компенсировать поставки. В последнем случае, конечно, на этом захотят заработать. Поэтому нельзя исключать, что украинские потребители сокращение поставок из Беларуси ощутят на своих кошельках. Но в течение ближайших недель влияние «белорусской» проблемы будет минимальным. К тому же, если даже у трейдеров и появятся причины для повышения цен, то они вряд ли решатся на такой шаг, опасаясь реакции власти.

В дальнейшем на ситуацию будут влиять два основных фактора – курс гривни и стоимость топлива на границе. Пока все стабильно.

Нана Черная

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter