Можно ли прожить без президента?

Можно ли прожить без президента?

Псевдоадепты патриотизма ставят знак равенства между силой государства и силой президента... Конституционная реформа в Украине в канадско-американском политическом зеркале...

Псевдоадепты патриотизма ставят знак равенства между силой государства и силой президента... Конституционная реформа в Украине в канадско-американском политическом зеркале...

Тимошенко, Янукович
Так или иначе, но общенациональная дискуссия об отличиях разных форм государственного правления – президентской и парламентской – сводится к довольно практическому и прагматичному вопросу - определению степени концентрации личной власти в руках лидера государства, то есть в конечном итоге к вопросу о Президенте и его власти.

В Украине принято почти безапелляционно считать, что разница между двумя способами организации власти заключается в разнице количества этой власти в распоряжении первого лица.

В Украине утвердился, как аксиома, тезис о том, что президентская республика – это много власти у руководителя страны, что граничит с авторитаризмом, а парламентская республика – это меньше власти у руководителя, который вынужден отдать ее парламенту.

Потому псведоадепты патриотизма ставят знак равенства между силой государства и силой президента и провозглашают на уровне собственного политологического понимания аксиому «Слабый президент – это слабое государство».

Действительно ли это так? Кратчайший путь к истине – сравнение собственных первых шагов к демократии с теми аналогами, которые находятся на вершине ее совершенства.

Образцово-показательным на планете оазисом государственно-политических демократических моделей является дружественная Украине северная Америка. Дело в том, что на противоположном берегу Атлантики действительно процветают два государства с полярными государственными устройствами: США “гегемонят” собственным народом и миром по-президентски, а Канада же “загнивает” (первое место в мире по стандартам человеческой жизни) – по-парламентски.

Тяжело найти более оптимальный эмпирический материал для сравнения, чем пара соседей "США-Канада", поскольку первую из этих стран, то есть США, можно расценивать, как идеальный вариант президентской республики, а вторую – Канаду, как идеальный вариант парламентской республики.

Начнем с вывода, который сформулировал на страницах канадской газеты The Ottawa citizen в публикации под красноречивым названием "Канада – это Республика Администрации Премьер-министра" профессор кафедры классических, новых восточных и религиозных исследований Университета провинции Британская Колумбия Джеймс Эванс: "Американские президенты могут разве что позавидовать власти канадских премьеров".

Вывод более, чем сенсационный: будучи во главе парламентской республики, канадский премьер обладает значительно больше полномочиями, то есть имеет значительно больше власти, чем американский президент, который стоит во главе республики президентской?

Уместным, очевидно, будет остановиться на нескольких параметрах, которые определяют саму субстанцию феномена власти.

1.Путь к овладению властью. С отдельными исключениями, к которым принадлежат и недавние президентские выборы 2000 года с их печальноизвестной флориадой и практически фактом назначения Президента Буша Верховным Судом, чтобы стать Президентом в США, лидер американской партии должен получить большинство голосов на выборах, то есть элементарно победить.

В Канаде иначе - здесь чтобы возглавить государство, этого не нужно – не требуется большинство голосов избирателей за партию-победителя, которая ставит своего партийного лидера Главой государства.

В соответствии с принципами парламентской республики, там нет президентских выборов и самого президента, а Главой государства, то есть премьером, становится руководитель той партии, члены которой составляют большинство среди новоизбранных депутатов. Партия-победительница должна набрать больше своих конкурентов, но не обязательно больше 50 процентов национального электората.

2.Отношения исполнительской и законодательной власти как система равновесия и противовесов. В Америке есть эта система, и тамошний Президент имеет очень много проблем с Конгрессом, когда в нем большинство имеет не его партия. Противостояние, взаимное етирование могут доводить политическую ситуацию до патовой. Отношения разных ветвей власти, когда они принадлежат разным партиям, носят бескомпромиссный характер. В таком случае Конгресс имеет огромные возможности "отстегивать" власть от Президента.

Этого не бывает в Канаде, потому что не может быть некогда. Никакого "равновесия" там нет. Ведь речь идет о самой "демократической" в мире парламентской республике, когда исполнительская и законодательная власть – единое целое без всевозможных там противовесов.

Для канадского премьера парламент не может быть не своим, потому что иначе он не стал бы премьером. Как может парламент пытаться завладеть его властью, когда он сам владеет этим парламентом - посылает туда спикером своего однопартийца, делегирует председателей комитетов, берет себе министров из числа депутатов – распоряжается, как одним из подотчетных ему департаментов власти.

 3. Отчетность правительства перед парламентом. Конгрессмены из Капитолия в Вашингтоне охотно и при первой же возможности дают как можно более суровую оценку директору ЦРУ или ФБР, любому госсекретарю (министру), что вполне реально может привести к их отставке. Высокие должностные лица из команды Президента могут оказаться беззащитными перед парламентским мандатом, как карательным мечом.

Вполне безопасно чувствуют себя их коллеги в Канаде, где министры сами является депутатами, то есть сами имеют те же мандаты. Более того, без них они не могут стать министрами, то есть правительство формируют только из числа членов парламента. Потому отчетность выглядит так: министр-парламентарий отчитывается перед самим собой – парламентарием-министром.

4.Глава государства и Сенат. Верхняя палата парламента – важное звено государственного управления в обеих странах. Стратегические решения Президента США приобретают легитимность только после одобрения сенаторами. Опять же, настолько сложнее Главе государства проводить свою политику, воплощенную в законопроекты, когда в Сенате его партия составляет меньшинство.

Канадского премьера такая "плохая судьба" обошла по той простой причине, что в тамошней политической практике не принято прибегать к такому болезненному приему, как импичмент, да и в Сенате он не может не иметь большинства. Почему? А потому, что в Канаде сенаторы не избираются, а назначаются. Кем? Тяжело поверить, но это правда – премьер-министром.

Канадцы критикуют такой свой Сенат, называя его "клубом премьерских адвокатов", но почтенное сеньерское общество эта критика не слишком волнует, поскольку еще не было такого случая, чтобы кто-то отказался от такой премьерской награды, как сенаторский мандат.

5.Длительность власти. В США по этому поводу дискуссий нет. Единственный пример того же Рузвельта, который приводят, в виде исключения, для подтверждения правила – американский Президент имеет право на власть на протяжении не больше двух каденций, то есть восьми лет. Идти на третий срок не позволит знаменитая американская Конституция.

Это – существенный вопрос, поскольку сентенция о том, что власть тем больше, чем она более длительнее, не лишена логики.

В Канаде, как известно, - парламентская демократия, которой чужое такое "антидемократическое" понятие, как ограничение власти. Нет здесь такого норматива, как конституционно закрепленное и математически очерченное во времени пребывание при власти.

Есть такие канадские премьеры, которые правили по два и больше десятилетий. Главой государства становится лидер той партии, которая получила больше всего мандатов в мажоритарных округах. А если это произошло третий раз подряд? Да хоть десятый.

6.Стабильность власти. Американская Конституция настолько придирчива к президентской власти, которая не только очертила ее продолжительность как для одного человека, но и называет точную дату передачи этой власти, то есть новых выборов. Даже если действующий Президент, что, к сожалению, случалось, не дожил до конца своего срока, его обязанности исполнял вице-президент, но выборов в иные сроки, чем определенный Конституцией, никто проводить не смел. Назвали родители-основатели дату свыше 200 лет назад – и все потомки должны ее безусловно придерживаться.

В Канаде дату выборов определяет не только Конституция. Личным правом назначать их по собственному усмотрению обладает все тот же всемогущий премьер, по формальному согласованию с генерал-губернатором, который не может не быть его однопартийцем.

Очевидно, дочитав этот сравнительный анализ, патентованный украинский демократ-патриот, автоматически возмутится – как так канадские граждане, среди которых, – миллионы украинцев мирятся с таким «тоталитаризмом», как они живут без президента, без которого в Украине множество граждан себе жизни не представляет.

Ответ здесь таков – канадцам как-то в голову не приходит плакать об отсутствии президента, поскольку все их мировоззрение в целом и патриотизм в частности определяет другая фундаментальная реалия, которую на себе чувствует каждый из них, – канадец живет, по данным ООН последних лет, в стране с наивысшим на планете уровнем жизнью. А в сравнении с этим фактом наличие или отсутствие президента – такой никчемный пустяк, на который как-то не подобает обращать внимание.

Следовательно, чуть ли не канонизация должности президента в Украине выглядит на фоне современных политических систем анахронизмом.

Шумом по поводу избрания президента в парламенте или ликвидации этой должности в целом украинский политический класс выставляет себя на осмеяние в глазах западной демократии, которая вполне резонно главу государства в эпоху глобализации трактует не как вождя или мессию, а как временно нанятого государственного менеджера – вне зависимости от того, как его должность называется.

Василий Базив, профессор кафедры глобалистики, политологии и международных коммуникаций Открытого Международного университета „Украина”, Чрезвычайный и Полномочный  Посол Украины

 

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter