При желании пройти нашу границу не так уж сложно / фото УНИАН

​​​​​​​Пограничные проблемы Украины

17:42, 24 октября 2018
20 мин. 1457

На днях Верховная Рада ввела уголовную ответственность за незаконное пересечение украинской госграницы гражданами страны-агрессора, но реалии таковы, что при желании пройти нашу границу не так уж сложно. А нарушение законов на пунктах пропуска – дело системное.

Военная агрессия России, в том числе, актуализировала вопросы готовности Украины противостоять разнообразным угрозам и для этого, частности, должным образом укреплять и модернизировать государственную границу – визитную карточку страны. Совсем недавно на проекты по реконструкции и обустройству пунктов пропуска на западной границе Украины со странами Евросоюза наши европейские партнеры выделяли 29,2 млн евро. Только вот в феврале этого года они это финансирование свернули, ведь украинские чиновники не смогли реализовать ни один из предполагаемых проектов.

Конечно, в правительстве декларировали, что ситуацию исправят. Мол, просто нужно время. «Этот проект начинался в 2007 году. Потом за него так нелепо брались несколько раз... Сегодня есть огромные юридические сложности. То есть у нас есть деньги, чтобы его завершить, но юридические сложности в том, что фактически запланированная стоимость выросла в разы, и мы сегодня не можем дофинансировать эту увеличенную стоимость. Поэтому мы ищем в сугубо юридической плоскости, каким образом это сделать. Считаю, что власть в те времена безответственно подошла к этому вопросу… Нам нужно время, и мы построим инфраструктуру», - заявлял премьер-министр Владимир Гройсман полгода назад, весной.

Читайте такжеИз-за "задержек" и "перерасхода": ЕС закрывает модернизацию пограничных пунктов на западе Украины

Только обещанного, как известно, три года ждут, а в данном случае хотелось бы побыстрее…

В рамках мониторингового исследования аналитики общественной организации «Европа без барьеров» в течение апреля-мая 2018 года опрашивали путешествующих на двадцати международных автомобильных и пешеходных пунктах пропуска на границе Украины с ЕС, Белоруссией и Россией. Украинских граждан расспрашивали об опыте выезда за границу, а иностранцев – о процедуре въезда в Украину. Всего было проведено более двух тысяч интервью, и общая «картина», на самом деле, вышла удручающая. Старая инфраструктура, недостаточная пропускная способность, огромнейшие очереди, коррупция – только краткий перечень того, с чем сталкиваются граждане на нашей государственной границе.

Самый большой дискомфорт на всех пунктах пропуска - из-за многочасового ожидания.

Дольше всего ждать приходится путешествующим на автомобиле в Польшу. Мониторинг «Европы баз барьеров» показал, что, к примеру, продолжительность въезда в Польшу на пункте «Краковец», в среднем, составляет пять часов. На международном автомобильном пункте пропуска «Шегини» пересекали границу быстрее – за четыре с половиной часа. А вот на пунктах «Смильниця», «Грушив» и «Ягодын» процедура занимает примерно два часа, поскольку погранично-таможенное оформление здесь совершается совместно украинскими и польскими контролирующими органами в одном здании.

Продолжительность въезда в Польшу на пункте «Краковец», в среднем, составляет пять часов / фото УНИАН

На пункте пропуска «Ужгород» на границе со Словакией пройти границу можно за три с половиной часа. А на украинско-белорусском пункте «Новые Яриловичи» достаточно часа. Кстати, по словам заместителя начальника управления связи Госпогранслужбы Александра Короля, на этом пункте пропуска вместе с фискальной службой они реализовали пилотный проект по автоматизации прохода границы.  

Выглядело это так: на въезде в пункт пропуска стоит пограничник с планшетом. Машина подъезжает к шлагбауму – на планшете считывается номерной знак, пограничник вписывает количество людей в автомобиле. Пока транспортное средство едет дальше на линию паспортного контроля, машину уже успели проверить по базам данных. На выезде из пункта пропуска стоит другой пограничник с планшетом – так же считывается номерной знак машины, высвечивается по ней информация. Если пограничник видит две зеленые «галочки» – это значит человек успешно прошел процедуры пограничного и таможенного контроля. Вопросов нет, число пассажиров совпадает – машина выезжает. 

На украинско-белорусском пункте «Новые Яриловичи» достаточно часа для прохождения границы / фото УНИАН

«Мы понимаем, что вот эта бумажка, на которой пишем количество человек в транспортном средстве – это атавизм… В правительстве увидели наше желание автоматизировать процесс, но проект оказался слишком дорогостоящим. Нужно присоединить базы данных между нами и ГФС, осовременить системы видеонаблюдения в пунктах пропуска, сделать систему считывания номерных знаков. Плюс, добавить планшеты, беспроводную связь. В общем, пока проект не реализован в том виде, что мы предложили», – говорит Король.

УНИАН задался вопросом: действительно ли такая модернизация настолько дорога?

Коррупционерам и контрабандистам автоматизация не нужна

Глава Ассоциации ИТ-компаний Винницы Дмитрий Софина говорит, что только софт (без технического обеспечения) может стоить от трех до пяти млн грн. К тому же, на сложность фактической реализации проекта влияет ряд дополнительных факторов. Во-первых, интеграция в закрытые базы Госпогранслужбы и фискальной службы – не понятно, каким образом построены эти системы и какие протоколы обмена данными нужно использовать. Во-вторых, сертифицированная программа считывания номерных знаков является внешней патентованной разработкой.

«Требования к тендерам в украинских государственных органах достаточно бюрократические, соответственно, небольшие ИТ-компании просто отказываются от участия в тендере (хотя они могут работать по более выгодным ценам), а большие ИТ-компании не заинтересованы в украинском рынке – проще разработать для европейца, чем за минимальную «маржу» играть с украинскими чиновниками. Поэтому компании, которые рискуют работать с государственными органами, закладывают в бюджет все возможные сложности в работе», – объясняет Дмитрий Софина.

Также, по его мнению, для внедрения реально современных технологий в наших государственных органах не хватает качественного технического образования. «Для качественной постановки задачи от госоргана должен выступать профессиональный ИТ-специалист, который де-факто не может там работать из-за низкой оплаты труда и бюрократии», – убежден он.

Читайте такжеВерховная Рада ввела уголовную ответственность за незаконное пересечение госграницы

Член правления международной ассоциации «Института национальной политики» Марина Багрова считает, что процедуры идентификации автомобилей и числа пассажиров можно осуществлять даже без участия пограничника с планшетом. По ее мнению, достаточно установить систему видеонаблюдения и контроля по аналогии с системой фото- и видеофиксации нарушений правил дорожного движения, а базы данных между ГПСУ и ГФС объединить в одну общую базу. Багрова убеждена: в перспективе снизятся затраты на содержание пограничных пунктов пропуска, которые, в свою очередь, станут работать быстрее и эффективнее. «Стоимость реализации этих проектов, равна стоимости приобретения и монтажа системы видеонаблюдения и контроля, а также оплаты труда специалистов по объединению баз данных. Все эти расходы покрываются за счет финансирования из государственного бюджета», – говорит она.

Эксперт программы «Международная и внутренняя политика» Украинского института будущего Игар Тышкевич сетует, мол, мы – последнее государство, где до этого эксперимента даже не было даже попыток создать единую автоматизированную систему пересечения границы. По его словам, в том или ином масштабе автоматизированная система есть в Беларуси, в Польше, в других соседних с Украиной государствах. Тышкевич также считает, что от автоматизированной системы мы бы, в итоге, финансово выиграли, а закупка планшетов или обеспечения связи на пограничных пунктах - вполне могут окупиться.

«Каждый час работника контролирующего органа стоит денег. И возникает вопрос, возможно, полная автоматизация пересечения границы не выгодна, в частности, самим ведомствам – ведь это сокращение кадров», – рассуждает эксперт.

Кроме того, существует вероятность, что после объединения баз данных будет труднее скрыть контрабанду. «Не говорю, что это будет невозможно, просто труднее. Соответственно, такие нововведения не выгодны тем, кто сидит на потоках», – добавляет Тышкевич.

Схожего мнения придерживается, кстати, и ИТ-шник Дмитрий Софина. По его мнению, не заинтересованность и сопротивление коррупционного звена среди тех, кто отвечает за пункты пропуска, будет саботировать работу любой компании по внедрению автоматизированной системы.

Граница для людей?

Возвращаясь к проблеме очередей на границе, стоит отметить, что причин низкой пропускной способности пунктов пропуска, на самом деле, несколько. Во-первых, большинство МАПП элементарно не рассчитаны на нынешний поток транспорта. Часть из них проектировалась и строилась еще во времена СССР. И даже реконструкция отдельных пунктов не способна кардинально увеличить их пропускную способность.

«К примеру, по «Краковцу» - его проектная способность 10 тысяч в сутки, а пропускает он 15-16 тысяч. То есть работает с перегрузкой», – рассуждает сотрудник Госпогранслужбы Александр Король.

Во-вторых, проблема перегрузки в одних пунктах пропуска в тесной связке с проблемой ужасных дорог в районе других. Например, подъездные дороги к МАПП «Грушев» со стороны Украины так и не были отремонтированы, и это значительно снижает количество желающих воспользоваться этим пунктом пропуска.

Также респонденты, которых опрашивали аналитики «Европы без барьеров», жаловались на низкую скорость процедур пограничного и таможенного контроля, «зависание» баз» и неисправность компьютерных систем. «Очень медленно», «плохо настроена работа, нужно многое делать самостоятельно», «хаос на КПП, нужно много бегать», «очередь, туалет за деньги обслуживают частные фирмы», – такие цитаты опрашиваемых приводят аналитики в своем исследовании.

Читайте такжеУкраинская граница плохо справляется с "безвизом" - исследование

Представители Государственной пограничной службы Украины заявляют, мол, делаем все, что от нас зависит. «Если говорить о работе нашего инспектора пограничного контроля, который читает паспорта, то на оформление одного человека он тратит около тридцати-сорока секунд. Это с учетом того, что человек подошел, достал паспорт, отошел от кабинки паспортного контроля», – рассказывает Александр Король. 

Проверка данных сегодня осуществляется по разным базам данных: по базе Интерпола, по базе МВД «Угон», проверяется действительность документа, действительность страхового полиса «зеленая карта». Также проверяются иностранцы, которые превысили сроки пребывания в Украине (кстати, по словам Короля, европейские системы еще не могут проводить такую проверку и только планируют ее запустить к 2020 году). «С начала 2018 года выявлено более двадцати девяти тысяч случаев превышения разрешенных сроков пребывания иностранцами и лицами без гражданства», – подчеркивает Король.

Он напомнил, что Госпогранслужба является администратором межведомственной системы обмена «Аркан», которая включает двадцать правоохранительных органов и «все могут пользоваться сегодня базами данных Госпогранслужбы, то есть сведения о пересечении границы лицами и сведения о пересечении границы транспортными средствами – доступны».

На оформление одного человека инспектор погранконтроля тратит около 30-40 секунд / фото facebook.com/zahidnuy.kordon

Однако в экспертной среде декларируемым взаимодействием между силовыми структурами на границе не довольны. По мнению Андрея Крыжевского из закарпатской общественной организации «Центр стратегического партнерства», уровень такого сотрудничества, в принципе, нулевой. «В нашей области происходили нападения на сотрудников пограничной службы, связанные с выполнением профессиональных обязанностей (в СМИ, возможно, информации не было). И это значит, что сотрудничество - нулевое. А в одиночку пограничники не смогут противостоять организованной трансграничной преступности», – говорит он.

Юрий Танасийчук из львовского Информационно-правового центра «Наше право» также считает, что взаимодействие между силовыми ведомствами на границе де-факто отсутствует: «Если говорить о Львовщине, то люди, стоящие по шесть-семь часов в очереди, этих патрульных полицейских готовы порвать. И они реально на них нападают. К пограничнику обращаешься, говорит, мол: «даже админпротокол не могу составить на нарушителей, у меня нет этих полномочий». А патрульный говорит: «я не успеваю, мне нужна помощь пограничника»».

В свою очередь, заместитель начальника департамента охраны государственной границы ГПСУ, Юрий Лысюк напоминает, что быстро пропустить – это все-таки второстепенный вопрос для их ведомства: «Главное - это политика безопасности, особенно, когда война идет. То есть выявить нарушителей, оружие, взрывчатку, террориста, и да, хорошо пропускать нормальных граждан».

Однако, стоит отметить, что на некоторых пунктах пропуска пограничники и полиция, работая в связке, попросту не заинтересованы кого-либо правильно и справедливо пропускать. Согласно исследованию, украинцы критикуют МАПП «Чоп», «Косино», «Ужгород», «Малый Березный», «Краковец», «Устилуг», «Угринов», рассказывая о взяточничестве среди работников украинских приграничных ведомств, когда без очереди, зачастую, проезжают «свои люди».

В целом, коррупция на границе – отдельная тема в исследовании. Респонденты рассказывали об отдельных местных водителях, которые занимают места в очереди, чтобы потом, за отдельную плату, пропустить вперед другое авто, об уплате взяток за поверхностный осмотр транспортных средств, перевозку авто с иностранной регистрацией, перевозку контрабандных товаров (сигарет, алкоголя)...

Исполнительный директор Центра глобалистики «Стратегия ХХ» Виталий Мартынюк убежден, что противодействие контрабанде на границе не может быть односторонним процессом только со стороны Украины. Ведь, если товар пересекает границу, значит проблемы есть и на другой стороне. «С характерным случаем я как-то столкнулся на пункте «Ягодын». Нереальная очередь, десять-двенадцать часов пришлось бы ждать. А причина была, как мне сказали по секрету местные – «хорошая смена» на польской стороне. Выходит, они знают, какие там смены, и пытаются подстроиться», – вспоминает он.

Около 70% пассажиропотока на западной границе – местные жители / фото УНИАН

По словам Юрия Лысюка, около семидесяти процентов пассажиропотока на западной границе – это именно местные жители. Те, кто ездит туда-обратно, блок сигарет везет или так называемые «евробляхеры». «В прошлом году, когда в Польшу Папа Римский приезжал, то они на месяц приостановили малое приграничное движение. Это было прекрасно, мы наслаждались ситуацией – очередей нет, едут спокойно иностранцы, туристы», – вспоминает он.

Лысюк подчеркивает: Госпогранслужба совместно с другими ведомствами пробуют различные варианты для приведения в порядок ситуации на пунктах пропуска. Так, вместе с Львовской и Волынской ОГА и таможнями, внедрили эксперимент по разделению полос движения на трех пунктах пропуска «Краковец», «Ягодын», «Рава-Руська». Приграничное движение и «евробляхеры» – это одна очередь. А движение европейцев и граждан Украины из разных регионов – другая. По его словам, это позволило существенно ускорить процесс пересечения границы туристам.

Правозащитник Юрий Танасийчук, который буквально на днях пересекал границу через «Краковец» подтверждает: разделение здесь действительно работает. На выезд из Украины в пункт пропуска работает три полосы, одна из них – только для автомобилей с украинской регистрацией (после пункта пропуска, когда въезжаешь в Украину, также одна полоса). «Это удобно для водителей на автомобиле с украинским номерами. Поскольку их забрали из общей очереди, где очень много местных жителей, то время ожидания для заезда на границу в пункт пропуска действительно снизилось», - говорит Танасийчук.

По его словам, те, кто ездит за границу чаще, знают об отдельной выделенной полосе для авто с украинской регистрацией. Однако, в целом, информации по этому поводу здесь мало (есть одна не очень информативная табличка). Так что водители из более дальних областей могут не обратить внимания и немного запутаться. «Плюс, все остальные процедуры проверки на самой границе все равны одинаковые [для всех]. Так что, позитивный эффект от разделения есть, но не настолько, как говорит руководство Госпогранслужбы. У них гиперболизированные положительные результаты», – подчеркивает он.

Читайте такжеГраница на замке: как и почему планируют проверять иностранцев при въезде в Украину

Еще одним новшеством, которое Госпогранслужба хотела бы внедрить на пунктах пропуска, по словам Лысюка, является электронная система бронирования очереди (это уже работает в Литве и Эстонии). И опыт европейцев в этом смысле интересен тем, что такая система не нуждается в обязательном финансировании из госбюджета. «Орган местной власти выделяет землю перед пунктом пропуска. Находится инвестор, который организует там пространство и потом зарабатывает деньги – люди пользуются сервисной зоной. К примеру, водитель стоит, пьет кофе – на табло высвечивается его номерной знак, он подъезжает без очереди», – объясняет Лысюк.

Звучит, конечно, хорошо, но в успешную реализацию верится с трудом. Ведь у путешественников на пунктах пропуска существуют проблемы с удовлетворением даже базовых потребностей. «Вот, к примеру, КПП «Ужгород», время ожидания - от трех до шести часов. Люди, которые прошли пограничный контроль, не могут воспользоваться туалетом, пока не выйдут уже за нашу зону и не окажутся на нейтральной полосе. Это факт. Можно ли здесь говорить об уважении к гражданину Украины?», – сетует Андрей Крыжевский из «Центра стратегического партнерства», добавляя, что подобная ситуация отнюдь не только на КПП «Ужгород».

В целом, госграница Украины уже давно требует к себе особого внимания -ежедневный тысячный поток украинских и иностранных граждан заслуживает на комфортные, справедливые и безопасные условия прохода границы. Поэтому стране нужны новые пункты пропуска, модернизация уже существующих, ремонт подъездных дорог. И, если нет своих средств, то практику сотрудничества с ЕС никто не отменял. «Но, чтобы европейские партнеры возобновили финансирование международных пунктов пропуска с общим таможенно-пограничным контролем, необходимо дать им четкие гарантии того, что все проекты будут сданы в эксплуатацию в строго оговоренные сроки, при этом все финансовые средства будут израсходованы исключительно по назначению на реализацию проектов», – отмечает член правления международной ассоциации «Институт национальной политики» Марина Багрова.

Пожалуй, людям из высоких кабинетов стоит вспомнить о данных полгода назад очередных обещаниях всем этим заняться.

Ирина Шевченко

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
загрузка...

Нравится ли Вам сайт?
Оставьте свое мнение

Соглашаюсь
Мы используем cookies