Художник Чичкан: мы с Пинчуком готовим выставку на Марсе

Художник Чичкан: мы с Пинчуком готовим выставку на Марсе

На эту осень готовлю еще один проект – с некоей Жуковой. Это жена миллиардера Абрамовича. Шизофрения - прекрасное место, где можно делать все, что угодно... Интервью

Илья Чичкан родился в Киеве в 1967 году. Он внук профессора Леонида Чичкана – известного классика соцреализма, и сын украинского нонконформиста Аркадия Чичкана. Илья Чичкан -  представитель «новой волны» в искусстве, входит в  мировую сотню самых известных художников современности. Картины Ильи Чичкана есть в сборниках ведущих галерей мира, их стоимость оценивается до нескольких десятков тысяч долларов.

Художник и клипмейкер Илья Чичкан, известный своей эпатажностью, привычкой пользоваться матом и всех беспощадно, но справедливо, критиковать, ответил на вопросы УНИАН.

“ПИНЧУК КУПИЛ ЗА 3 МИЛЛИОНА КОРОВЬИ ГОЛОВЫ – ДА Я БЫ ЕМУ ЗА СТО ТЫСЯЧ ЭТИХ ГОЛОВ ПОДОГНАЛ СКОЛЬКО ВЛЕЗЕТ»

Илья, Вы активно сотрудничаете с разными олигархами. Какой сейчас проект готовите?

Мы с Виктором Пинчуком готовим к весне выставку на Марсе…

Шучу-шучу... Мы действительно готовим с ним общий проект, однако я не имею права о нем рассказывать.

На эту осень готовлю еще один проект – с некоей Жуковой. Это жена миллиардера Абрамовича. Он своей жене купил галерею, и вот мы с ее мамой в той галерее готовим проект. Это будет банальная живопись.

Также сейчас для Ахметова делаю огромный мяч. У меня до этого был проект, который я делал в Берлине на Мундиале. Был такой здоровенный мяч-путешественник, который катался в гондоле по каналам Венеции, он также был в Чернобыле, в Берлине поднимали его на Александр-платц.

И вот Ахметов попросил возобновить этот проект. Теперь мяч будет путешествовать на телеге или еще как-то по шести городам Украины.

Одним словом, работа есть.

Вы так тесно работаете с Виктором Пинчуком... Вы ему нравитесь?

Кажется, он мне даже больше нравится, чем я ему.

Я вот в политику не лезу, потому что меня интересуют вещи, которые касаются больше искусства. Я бы с удовольствием что-то сказал о политике, но вообще в ней не разбираюсь. Не люблю дилетантство. Поэтому не знаю, кто такой Пинчук в политическом позиционировании, но знаю, кто он такой в связи с современным искусством. То, что он делает, как по мне, имеет право на какую-то дискуссию – хорошо это или плохо.

Знаете, лучше что-то, чем ничего. Здесь Пинчук, по моему мнению, взял очень правильную позицию. Ему нужен скандал, и он его показывает. Таким образом он отучает людей от Андреевского спуска, от этой шароварщины. В этом отношении я его сильно уважаю.

Тому, что делает Пинчук, аналогов нет. То есть он такой фрик, фрик-бизнесмен. (Фрик-культура – культура смелых и абсолютно оторванных людей; «фрик» в переводе с английского жаргона – «безумный», «бешеный». – Авт.).

Он делает какую-то там х***ю, непонятную людям. Например, привез он как-то работы Демиена Херста. Эти коровьи головы в формалине. Сижу как-то со своим знакомым бизнесменом в ресторане, он мне говорит: «Ну и козел этот Пинчук, купил за три миллиона те коровьи головы. Да я бы ему за сто тысяч этих голов подогнал сколько влезет».

Вот это тот момент, где я уважаю Пинчука, потому что он фриковатый чувак. Он купил те маринованные головы за три «лимона», правду, я не знаю точной цены, и это заставляет людей задуматься над чем-то.

Этот фрик купил летающую тарелку Марико Мори где-то за 12 «лимонов». Никто в мире не решился купить ее, а этот *** взял и купил. На фига ему та летающая тарелка?!

Мало того, мы со моим другом Кириллом Проценко на презентации той тарелки идем и смотрим: жена Ющенко стоит в том куполе вся в проводах. Дмитрий Логвин ей говорит: «Давайте я вам экскурсию проведу». Она говорит: «Давайте». И вот жена Президента с головой, облепленной проводами, слушает экскурсию.

Вот такое фрикозойство мне нравится...

Есть ли у Пинчука финансовая стратегия под это? Я действительно плохо в этом разбираюсь. Могу лишь сказать, что это дикие поступки. А искусство должно быть интерактивное, должно вызывать какой-то диалог между зрителями – хороший или плохой. Не важно, просто должен быть какой-то вызов обществу. Такого давно уже нет. Малевич нарисовал «Черный квадрат». Все сказали: «О, ***, квадрат!»

А теперь все как-то закисло, особенно в Украине. У нас нет ни одной профессиональной галереи. В Москве их считать не пересчитать. Они работают профессионально, представляют своих художников, половина из которых, кстати, – украинские.

Почему так материтесь?

Я не матерюсь, я так разговариваю. Вы же должны понимать, что мы живем не в прошлом веке. Украинский и русский языки в последнее время не обогащаются. А эстетика со временем меняется. Как по мне, я разговариваю просто на актуальном языке.

 

УКРАИНУ НА ЗАПАДЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТ МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ, БУДТО МЫ ЖИВЕМ В ПАЛЕОЛИТЕ

Можете ли дать свое определение современному искусству?

Современное искусство – это в любом случае не эпатаж. Это время прошло, это было нужно в какой-то период. Сегодня это серьезный бизнес, в котором работают серьезные, умные люди.

Меня иногда спрашивают: «Если запихнуть цветы в унитаз – это искусство?» Нет, это не искусство. Но если ты засовываешь цветы в унитаз с детства до старости и доказал, что это правильно и нужно кому-то, тогда – да, я поверю, что это искусство.

Так просто стать художником невозможно.

Можно ли все сегодняшнее искусство называть современным?

Конечно, нет.

Тут очень тяжело определить критерии – где современное, где несовременное.

Но когда ты, будучи художником, понимаешь, что делаешь что-то нужное, в первую очередь себе, и ты в это веришь, а не делаешь из этого какой-то бизнес, – то это и есть современное искусство.

Это может быть примитивный художник, который всю жизнь рисовал каких-нибудь доярок. Он их рисует-рисует и даже не понимает, что делает. А представитель какого-нибудь музея посмотрит и скажет: «Да это ж офигенно! Это такой наив!» И это может быть современное искусство.

Мне кажется, что просто нужно работать. Я вот каждый день стою шесть часов у полотна. Раньше я “фотографировал”, а теперь рисую живопись.

Можете ли описать какие-то тенденции в современном искусстве?

Мне нравится, что в последнее время отошли в сторону гранты. Гранты – это страшная вещь, очень вредная для художников. Эта тенденция в искусстве чуть ли не разрушила всю художественную схему.

Я несколько раз побывал на вручении грантов, там встречал таких старых грантоедов, лет по 70, которые вообще не понимают, что они делают.

А теперь как раз неплохое время. В Украине (в России тоже) именно сейчас отходит момент шароварщины.

В Украине сейчас очень тяжелая ситуация, здесь все только начинается.

Шароварщина и настоящая украинская культура – где начинается одно и заканчивается другое?

Смотри, мы живем в 2008 году, и Украина живет в 2008 году, и то, как Украина представляется Министерством культуры на Западе, выглядит, как будто мы живем не сегодня, а где-то в палеолите. Ну согласись, что это так!

А это, как по мне, и есть шароварщина.

При этом есть группы, например, «Мертвий півень», которые представляют Украину такой, как она есть сейчас. Мне кажется, что это важно. Важно, чтобы не было бреда, что, например, есть 15 республик, у которых есть флаги, а те флаги имеют национальные танцы – и все!

Если «Гоголь Борделло» поет с Мадонной о Карпатских горах, и от этого люди тащаться, то это круто! Не случайно Женя Гудзь (американец украинского происхождения, руководитель группы «Гоголь Борделло») принадлежит к самым известным украинцам в мире.

Мы с ним знакомы еще по Нью-Йорку. В действительности еще по Оболони.

ШИЗОФРЕНИЯ - ПРЕКРАСНОЕ МЕСТО, ГДЕ МОЖНО ДЕЛАТЬ ВСЕ, ЧТО УГОДНО, И НИКТО ТЕБЕ НИЧЕГО НЕ СКАЖЕТ

Почему Вы вернулись из Нью-Йорка, где жили некоторое время, в Украину?

Я ненавижу Америку. Там есть какая-то небольшая группа счастливых людей и огромная толпа несчастных.

На днях встречался со своей первой любовью – Ириной. Я с ней встречался в восьмом или седьмом классе. Мы даже не спали вместе. Мне Ирина мама с самого утра позвонила по телефону и попросила встретить дочь. Ира прилетала из Нью-Йорка...

Хочу тебе сказать, это несчастный человек. Зачем она уехала в ту Америку? Непонятно. Она работает в Нью-Джерси смотрителем бассейнов. Я там был, это задница полная, там нечего делать, застрелиться можно.

А в школе Ира была отличницей, закончила школу с золотой медалью. Знала несколько языков. Ну, умным человеком была. А превратилась в какого-то зверька. Я с ней общался. Ужас. Ее дочь умнее ее. В Америке – если ты не на Манхетнене, ты никто, а если на Манхеттене, то должен работать 80 часов в день, чтобы быть кем-то.

Вы еврей?

Да, еврей, но необрезанный еврей.

Вы часто ходите на разные тусовки... Никак не могу понять, что настоящий художник может делать среди этой гламурной попсы?

О-о-о! Ты знаешь, я с тобой полностью согласен – там делать ничего. Чего я туда хожу? Я работаю в направлении, это я сам себе так его назвал, шизо-арт, то есть такое шизоидное искусство.

Шизофрения как раз такое прекрасное место, где можно делать все, что угодно, и никто тебе ничего не скажет.

Я актуальный художник, я стараюсь жить тем, чем живет страна. Да, я попсовый, я использую это в искусстве каким-то образом. Это, возможно, какая-то часть моего позиционирования. У меня нет определенной стратегии, например, вот делать то-то и то-то, снимать штаны там-то и там.

Я работаю, живую, думаю, пью, иногда принимаю какие-то наркотики, изменяю своей жене. То есть творчество – часть моей жизни, живу как живется, и искусство мое такое, как я себя чувствую.

Я НЕ МОГУ ПОДПИСАТЬСЯ ПОД ДЕРЬМОМ...

Вы не только рисуете, но и снимаете клипы. Вам это интересно или интересны деньги, которые получаете за это?

Хм, не задумывался. Наверное, и то, и другое. А еще там до черта интересных людей. Не только тех, кого мы видим на экране. Вот бы, кстати, исследовать роль этих людей. Скажем, жен известных певцов. Одна жена Святослава Вакарчука чего стоит!

Я снимал два или три клипа для «Океана Эльзы». Последнее сотрудничество с ней был полный ужас. Притом, что я ее не знал и знать никогда не хотел.

Я же Славика начинал здесь в Киеве, когда они приехали из Львова, я был их имиджмейкером. Это дети, которых я растил. Я Славику купил первые дорогие туфли, которые сожрали половину бюджета клипа.

Про жену Вакарчука, это что-то у Вас очень личное...

Да я понимаю, что у каждого свои за***ы. Но вы только послушайте...

Я снимал клип Вакарчука «Зелені очі». Проходит кастинг. Ляля привела какую-то свою куму. Ну так – русская красавица, коса до пояса, но не подходит она по сценарию. Я не хотел ее снимать, а Вакарчук подходит ко мне и говорит: «Делай вид, как будто снимаешь». Я как бы включаю камеру и “снимаю” ее, лишь бы Ляля была довольна.

По делу вібираю симпатичную девушку, и она умудрилась на съемочной площадке улыбнуться Вакарчуку.

Мой клип был такой: Вакарчук играет в теннис с девушкой с зелеными огромными очами-манго... Было все так прикольно.

Все снял и поехал за границу. Возвращаюсь через пару месяцев, смотрю клип: Вакарчук есть, а тёлки нет вообще! По телевидению вертится дерьмо полное. А я под этим подписался. Но я не могу подписываться под говном!

Я НЕ ЧУВСТВУЮ СЕБЯ УКРАИНЦЕМ, НО МНЕ НРАВИТСЯ ИМ БЫТЬ

Вас послушать, так на жене известного певца весь мир сошелся... Вот Вы говорите, что в политике не разбираетесь. А как у гражданина Украины у Вас есть какие-то политические симпатии?

Я не чувствую себя украинцем или гражданином Украины. Но мне приятно жить в Украине и даже горжусь этим. Меня не парит быть украинцем. Потому что часто люди на Западе не знают, где находится наша страна. А это круто – быть страной, о которой не знают... В этом плане я очень доволен быть украинцем. Ну и евреем тоже.

У меня один дедушка из Краснодара, второй, – Шульц – из Одессы, бабушка Ляхович из Польши. То есть моя мама полуеврейка, отец тоже полуеврей. У меня здесь мешанина страшна.

Знаю, что у Вас какой-то скандал был из-за того, что Вы в своем проекте «Психодарвинизм» нарисовали с обезьяньей головой какого-то политика.

Я рисовал Ясира Арафата, но вышла полная обезьяна...

Палестинское консульство в Москве написало открытое письмо в СМИ, был такой скандал.

А мне евреи со всего мира писали: «Молодец, продолжай в том же духе».

Должен сказать, это была абсолютно аполитичная картина, я рисовал разных военных.

Консульство написало в галерею Гельмана письмо, что ваш мудак художник нарисовал нашего героя, лауреата Нобелевской премии в виде обезьяны.

Гельман, конечно, чувак сложный, но дал прекрасный ответ: «Если палестинское правительство разглядело в обезьяне Ясира Арафата, то какие могут быть к нам претензии?”

Вы успешный художник. Какие у Вас правила успеху?

Не драться (смеется. – Авт.), не зарываться, все время знать, что ты делаешь.

Мой принцип такой – я работаю для профессионалов. Да, это сложно, обычно, у меня это плохо выходит. Я не работаю для рядового гражданина. Если баба Параска проходит мимо и говорит: «Ой, что за ***!», – то мне это все равно.

Беседовала Ксеня Лесив

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter