Четверг,
17 августа 2017
Наши сообщества

Пренебрежительное отношение к судебным решениям оказывает медвежью услугу Виктору Андреевичу

“...Президент, как и любой гражданин на другой должности, должен выполнять решение суда... Дело Жовтяка не последнее, где он будет ответчиком”... Интервью с Александром Лавриновичем

Новый-старый министр юстиции Александр Лавринович ответил на вопросы УНИАН.

Господин министр, Вы во второй раз возвращаетесь на должность. Что изменилось в Министерстве юстиции за время Вашего отсутствия?

Изменилась частично структура – появилось еще одно управление, сменились некоторые лица в министерстве, соответственно ситуация по нескольким направлениям функционально поменялась. К сожалению, могу сказать, что не увидел изменений, которые бы свидетельствовали о большом прогрессе...

Ваше отношение к роли Министерства юстиции в условиях конституционной реформы?

К сожалению, пока еще никак не определена роль Минюста, в частности и в положении о министерстве. Надеюсь, что в соответствии с конституционными условиями деятельность органов юстиции будет упорядочена.

Сейчас есть необходимость в нормотворческой деятельности по подготовке законопроектов относительно внедрения в жизнь и реализации тех конституционных положений, которые бы изменили форму государственного правления. И мы над этим будем работать. Я начал в этом направлении работать еще в Кабинете Министров (Лавринович занимал должность первого заместителя министра Кабинета министров. – Ред.).

Возможен ли, с Вашей точки зрения, пересмотр конституционной реформы и возвращение к президентско-парламентской республике?

Плохо, что о возможности ревизии конституционной реформы в обществе и в журналистских кругах говорят так спокойно. Это спокойное восприятие свидетельствует о том, что Украина живет во времена постоянного кризиса с короткими промежутками перехода от одного кризиса к другому. Мне не нравится такой спокойный подход к тем проблемам, которые несут драматизм всему украинскому обществу.

Какой Вы видите роль министерства в этом процессе?

В том, чтобы квалифицированно готовить все предложения, которые принимает Кабинет министров Украины, и обнародовать ту правовую позицию, которая необходима для более полного осознания политиками своих планов и планирования соответствующих шагов.

Какими политиками?

Тех, которые хотят ревизии Конституции Украины. Отмечу – не ее совершенствования, не внесения изменений, которые бы развивали последующий путь Украины от президентской модели к парламентской, а шага назад. Когда страна ходит туда-сюда, то шатание такого государства и такого общества – это гарантированный негатив для всех, кто живет в Украине.

Когда Вы вступали в должность, то говорили, что Вы внепартийный. Означает ли это, что Вы лишены политического влияния со стороны любых политических сил?

Лишен влияния...

Когда Вас направляли на эту должность, ставилась ли перед вами программа максимум?

Как-то обошлось без этого. В конечном итоге вы бы могли увидеть, что вся моя работа в системе юстиции каждым шагом демонстрировала департийные подходы к происходящему. Будь то 2002 год, 2004-й, или сегодня. Обошлось и сегодня без партийных установок. У меня есть определенные взгляды, я предпринимал определенные шаги работая в парламенте или в министерстве...

Я узнал о своем назначении, находясь за тысячи километров от государства. И когда я приехал, то услышал установку на длинную и плодотворную работу.

Я не могу на сегодняшний день поставить перед собой программу минимум, или программу максимум. Я смотрю на систему юстиции в комплексе, на те ее сегменты, которые являются на сегодня самыми болезненными и нуждаются в немедленной реакции. За те две недели, пока я работаю, я увидел, что существует два таких сегмента. Первый – это сегмент нормотворчества, который затрагивает деятельность Кабинета министров, второй – государственной исполнительной службы. Я могу сказать, что следующий сегмент, который будет нуждаться в пристальном внимании, – это нотариат.

Некоторые изменения необходимы и в системе доступа к нотариальной профессии, определенного контроля за деятельностью нотариусов, перехода к единому нотариату в государстве, соотношение взаимодействия государственного нотариата в системе министерства и независимых органов нотариата. Там есть целый комплекс вопросов, я хочу в первую очередь в совершенстве овладеть всей ситуацией в нюансах, чтобы принять безошибочное решение.

А как изменился кадровый состав министерства?

Изменился, конечно. Хотя, к счастью, не очень.

А как Вы оцениваете инициативы вашего предшественника относительно защиты  прав ребенка (бывший министр Зварич преподносил эти инициативы как заслугу возглавляемого им министерства)?

Я не считаю это серьезной темой для Министерства юстиции. У нас существуют структуры, которые занимаются этим направлением, сегодня очень много других направлений, которые являются приоритетными для Министерства юстиции. Особенно  после этого интересного заседания СНБО...

А что Вам не понравилось в СНБО?

Когда в государстве работает орган, который рассматривает вопрос и принимает решение, которое состоит из одного пункта: Кабинету министров, двоеточие, дальше сделать то, то и то, – создается впечатление, что правительство – это такой малый ребенок, который не знает точно, куда ходить, что делать и как вести себя. Это аномально в государственном управлении.

За время Вашего отсутствия было осуществлено реформирование Государственной исполнительной службы. Как вы оцениваете этот шаг?

И своими действиями, и постановлением Кабинета министров, выданным уже через три дня после моего прихода в министерство, я так красноречиво ответил, что дальше так нельзя. То, что было сделано в мое отсутствие, принесло негативные результаты и нанесло, с моей субъективной точки зрения, вред системе юстиции. Поэтому сейчас это все, я надеюсь, будет оперативно возвращено в то структурное состояние, которое было до 2004 года. Это уже происходит на центральном уровне, и такая же судьба ожидает подавляющее большинство областей Украины.

Министерство юстиции осуществляет представительство государства и его высших должностных лиц, в том числе и Президента Украины, в украинских и международных судебных учреждениях.

Не находите ли Вы, что функцию представительства Президента Украины в судах административной юрисдикции, где Президент Украины выступает ответчиком как субъект властных полномочий в сфере управленческих отношений, должна осуществлять юридическая служба Секретариата Президента Украины?

Это право Президента определять, кто будет осуществлять его представительство. Если он сочтет, что Министерство юстиции может представлять его интересы в судах, то мы будем это делать.

Ваши предшественники на должности министра считали, что дела, в которых оспаривались Указы Президента как акты индивидуального действия (относительно увольнения должностных лиц) не подсудные административным судам. Ваше отношение к этой категории споров?

Все акты, которые выдавались, на сегодняшний день, подсудные административным судам в соответствии с действующим законодательством – о Государственной службе, административном судопроизводстве... Поэтому все остальное – это пылкие пожелания. Я бы согласился с тем, что министерство должно инициировать особенный порядок ведения дел относительно лиц, которые назначаются и освобождаются от должностей Верховной Радой, Президентом Украины и Кабинетом министров Украины, чтобы поднять уровень рассмотрения этих дел на высшую ступень административного судопроизводства.

У всех на слуху дело по освобождению Евгения Жовтяка от должности главы Киевской облгосадминистрации. Президент освободил Жовтяка, суд – восстановил, но решение не выполняется. Можно ли принимать принудительные меры к выполнению этих решений?

Я бы предпочел избежать персонализации... Но Президент Украины, равно как и любой гражданин на другой должности, должен придерживаться законов Украины и выполнять судебные решения. Понятно, что никаких мероприятий принудительного влияния проводиться не может, поскольку статус есть статус. Однако есть достаточно много обстоятельств, которые вынуждают меня говорить о том, что существует пренебрежительное отношение к судебным решениям и нормам права... Это оказывает медвежью услугу Виктору Андреевичу, и упомянутое вами дело – не последнее, в котором он будет ответчиком в суде общей юрисдикции.

А как выходить из этой ситуации?

Я думаю, что вы через какое-то время увидите цепь определенных действий, и выход сегодня есть.

Вопрос судопроизводства сегодня в Украине, в отличие от других европейских государств, не относится к сфере юстиции. Этим занимается Государственная судебная администрация как отдельный орган исполнительной власти.

Остальное – это судейское самоуправление и чистый процесс. Роль Министерства юстиции – это исключительно предложения к тем проектам законов, которые регулируют деятельность судов или определяют судебный процесс. И это все.

В последнее время Европейским Судом по правам человека принимаются решения, которыми  государство Украина признается нарушителем Конвенции о защите прав и основных свобод человека, и чаще всего речь идет о неисполнении судебных решений. Какое Ваше виденье этой проблемы и способов ее решения?

Мне кажется, что эта констатация не адекватна ситуации в Украине, поскольку общая ситуация с правами человека в Украине является приблизительно одинаковой на протяжении всех лет. Кардинальных изменений я не вижу, если сравнивать 1995,1998, 2003 или 2006 год.

Беседовала Лана Самохвалова

Читайте о самых важных и интересных событиях в УНИАН Telegram и Viber
Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Нравится ли Вам новый сайт?
Оставьте свое мнение