Как спасать гривню?

Как спасать гривню?

Нацбанк Украины, как и в начале 90-х, опять печатает деньги... Исполнительная власть гасит инфляционный пожар с грацией бегемота... Правительства соревнуются в популизме... Западные аналитики хватаются за голову...

Нацбанк Украины, как и в начале 90-х, опять печатает деньги... Исполнительная власть гасит инфляционный пожар с грацией бегемота... Правительства соревнуются в популизме... Западные аналитики хватаются за голову...

Если на идеологических поприщах мы еще долго будем находиться в поисках объединительной национальной идеи, то на экономическом фронте мы сами ее себе, не без помощи дальнего зарубежья, сотворили.

Называется эта идея – побороть инфляцию. «Если инфляция начинается, то она обычно растет», утверждает в своих мемуарах Алан Гринспен, бывший глава Федеральной резервной системы США.

Отечественную дамбу, которая сдерживала инфляционный напор, похоже, прорвало. Наши доходы обесценились лишь за последний месяц на 2,9%; с начала года – на 11,7%, за последние 12 месяцев – на 14,8%. Если вы год назад положили гривни на депозит под 15%, то вы разве что сохранили деньги, однако богаче не стали ни на йоту, скорее – наоборот. Исполнительная власть гасила инфляционный пожар с грацией бегемота. Власть “монетарная” – вообще делала вид, что Нацбанк не имеет к росту цен никакого отношения. Апофеозом правительственной непутевости стало требование к производителям и торговцам заблаговременно, за десять дней, предупреждать о запланированном повышении цен... Это все равно, что зубной щеткой бетонировать щели в Днепрогесе.

Инфляционный поток, вырвавшись на волю, угрожает смыть все то, за что так долго и упорно боролись. Макроэкономическую стабильность. Экономический рост. Уважение к гривне. Стабильную зарплату. Условия кредитования, которые становились все более доступными.

О том, почему в макроэкономическом котловане накопилось инфляционное давление в несколько атмосфер, написано уже достаточно много. Дискуссия о причинах и следствиях должна уступить место практическим действиям. В условиях фактического отсутствия правительства (возможно, это и к лучшему, поскольку бороться с инфляцией азаровскими методами – все равно что задувать кислород в инфляционную топку), основную ответственность должен взять на себя Нацбанк. Именно для этого ему и была гарантирована законом существенная независимость – чтобы принимать временами непопулярные решения. Такое время наступило. Буш-старший сделал виновным в своем поражении на перевыборах того же Гринспена, обвинив Федеральную резервную систему в пассивности. Американский центробанк, невзирая на критику со стороны Белого Дома, выдерживал собственную линию и преодолел рецессию не кавалерийским наскоком, как к тому стремился Буш, а спокойной точечной рефлексотерапией.

Нацбанк Украины, как и в начале 90-х, опять печатает деньги. Конечно, аналогия не совсем корректна, поскольку, в отличие от пресловутой эпохи гиперинфляции, на сегодня эмиссионным покрытием служит приток в Украину иностранной валюты. Нацбанк вполне разумно обеспокоен тем, что львиная доля этой валюты имеет спекулятивный аромат, однако чем дальше, тем болеьше Украина как магнитом будет притягивать к себе «быстрые горячие деньги», как это случилось с ее восточноевропейскими соседями.

Бояться этого не стоит, вместо этого лучше перестраивать фондовый рынок и новые финансовые институты по примеру негосударственных пенсионных фондов. Между тем денежная масса разбухает на глазах, ей тесно в параметрах, определенных Основами денежно-кредитной политики на 2007 год. Нацбанк на удивление вяло использует стерилизационные инструменты, которые есть в его арсенале, и мало беспокоится о том, чтобы впитать влажной губкой депозитных сертификатов лишнюю ликвидность на рынке. Спасительным клапаном, через который выпускается инфляционное давление, не позволяя ему достичь зимбабвийского уровня, является на удивление высокий спрос на деньги. Переориентация банков на выдачу гривневых ипотечных кредитов, которая в последнее время набирает обороты, этот спрос лишь усилит.

Однако выкупать валюту по курсу 5,05 и принуждать Монетный двор работать круглосуточно – это стать по одну сторону баррикады с инфляционным драконом, вместо того, чтобы поклясться отсечь ему голову.

Чуть ли не все восточноевропейские соседи Украины были вынуждены в свое время согласиться с подорожанием своих национальных валют, поскольку их центробанк, накопив, как и НБУ, достаточные валютные резервы, признали это меньшим злом, чем постоянно абсорбировать приток иностранной валюты и печатать под нее деньги. Бесспорно, ревальвация гривни, уменьшение прироста монетарных агрегатов и попытки стреножить инфляцию является краткосрочным заданием. В дальнейшем, избрав политику гибкого обменного курса, отказавшись от зацементированной привязки к одной валюте, которая к тому же имеет удовольствие падать по всему миру, сосредоточившись на укрощении инфляции, – Нацбанк ограждает себя от роли амортизатора, который любой ценой защищает Украину от внешних потрясений. Пусть даже этой ценой является хроническая инфляция, которая за год (от октября до октября) превратила украинскую гривню в 85 копеек.

В инфляционный водоем, кроме эмиссионной дельты, впадают и другие реки, ручьи и потоки.

Банковское кредитование растет темпами, от которых за голову берутся западные аналитики. Непрерывная раздача кредитов (фактически, всем, кто этого хочет, если речь идет о розничном кредитовании) разжигает совокупный спрос, за которым не успевает товарное предложение, усиливая давление на цены.

Правительство за правительством устраивает популистские соревнования – кто кого переплюнет в социальном флирте, не беспокоясь о том, что энерджайзер зарплат и пенсий давно оставил позади украинскую рахитичную производительность труда. Хотя здесь есть один нюанс: нельзя не согласиться с главой Нацбанка Владимиром Стельмахом, что Украина еще ожидает своего исследователя, который поможет обсчитать, какой же в действительности является динамика производительности труда в Украине и где именно она находится на дистанции по сравнению с зарплатным спринтером.

Так же Украина ожидает и своего Гринспена, который преодолеет инфляционную гидру. В своих мемуарах, вспоминая времена, когда при Президенте Форде впервые в США инфляция начала измеряться двузначными числами, а он на то время занимал должность Председателя группы экономических советников Белого Дома, Гринспен высказался по-мужски резко: «Пока мы не закопали инфляцию в землю, мы ничем больше не занимались».

Станислав Голубенко

 

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter