Футуролог Андрей Заблоцкий: Реальная картинка победы Украины над Россией выглядит так: в Москве с ужасом обсуждают, как нехорошие украинцы протолкнули своего кандидата в президенты РФ

​​​​​​​Директор Института постинформационного общества, футуролог-политолог Андрей Заблоцкий в интервью УНИАН рассказал, на чем основывается поддержка России некоторыми украинцами, помогает ли контрпропаганда в гибридной войне, как «ватниками» могут быть даже патриоты и почему самоорганизация на Майдане – это привет из будущего.

Гибридная война с агрессором продолжается который год. А у нас по всей стране остается огромное множество идейных «недороссиян», убежденных, что это «пиндосы» затеяли «гражданскую войну» и ссорят нас с «братской Россией».

С завидной регулярностью в разных украинских городах происходят неприятные истории…  «Ватные» водители маршруток хамят ветеранам АТО (совсем недавно очередной случай был в Одессе). Сварливые пенсионерки восхваляют Путина.

Почему в Украине остается огромное количество «ватников»? Нужна ли антироссийская пропаганда на государственном уровне?  Какое значение для будущего Украины будет иметь поместная церковь? УНИАН искал ответы на эти и другие вопросы у футуролога-политолога, директора Института постинформационного общества Андрея Заблоцкого.  

Вы как-то сказали: «Причина большинства проблем – в неразвитости сознания: личного и общественного, неспособности видеть причинно-следственные связи». Люди, которые верят в «русский мир», одним словом «ватники» – это тоже следствие неразвитого личного сознания?

Я очень не люблю обобщающие ярлыки, они сильно уменьшают потенциальную возможность взаимодействия – «ватники» один из таких терминов. Сегодня мир требует от человека невероятной открытости и гибкости. Готовности к тому, что ты однажды придешь домой, а из крана пойдет не вода, а свет или… варенье. Ни к чему не можешь быть готовым, просто нужно принимать новые условия и встраивать их в свою реальность. В противном случае, будешь накрывать голову тазиком и считать, что ничего не происходит. Если мы говорим о том, что человек не рефлексирует, не размышляет, то по большому счету, любой такой человек является в некотором смысле «ватником». В принципе «ватничество» или привязанность к ценностям мира, который себя уже исчерпал – это одна из реакций защиты на «футурошок».

Кроме того, ощущение счастья и удовлетворенности от жизни - это соотношение того, где я есть, и где я себя вижу. Чем больше дистанция, тем человек более несчастлив. Если я человек, по сути, уважаемый на предприятии, но считаю, что должен быть где-то на Багамах, то буду несчастлив, пока не окажусь на яхте.

То есть «ватники» – это глубоко несчастные люди?

Не бывает абсолютно счастливых или несчастных людей – физиология человека не позволяет. Из-за того, что в голове огромное количество взаимоисключающих концепций, при их взаимодействии возникает ощущение большого внутреннего несчастья. Но у малоосознанных людей причины несчастья всегда снаружи, даже если это порождено внутренним дискомфортом от внутренних противоречий.

Почему так получается, что «ватниками» могут быть и патриоты?

Патриотизм, как функция, это очень архаичная концепция. Вопрос «патриот ты или нет» может звучать так: «А готов ли ты погибнуть за Родину?». Но что, если для человека Родина – это Советский союз? А если не готов, значит, не патриот? А кто больший патриот – тот, кто готов погибнуть, или потратить на армию много денег?

Есть ребята, которые на передовой совершают подвиг каждый день. Но есть масса тех, кто на второй полосе «квасит» и ждет демобилизации. Здесь много сложностей.

И все же, на чем основывается поддержка России некоторыми украинцами? Почему у нас в обществе имел место миф о гражданской войне?

Мы с вами живем в абсолютно параллельной с этими людьми реальности. Они не могут понять, как это мы воюем с Россией, когда «великая страна и деды воевали…».

Российская пропаганда – идеальная пропагандистская машина. Поэтому абсолютно бессмысленные словосочетания, типа - «братские народы», могут у людей вызывать посыл к действию. Хотя, что такое «братские народы»? Каин и Авель тоже братья.

Знаете, долго пытался найти ответ на вопрос, почему, хоть мыслю на русском языке, я русофоб? Считаю, что причина этого кроется в украинском языке. Украинский способ мышления никак не позволяет запустить в голову «русский мир». Наличие украинского блока мышления позволяет рефлексировать, не мыслить имперски. То есть, чем больше украиноязычных текстов прошло через тебя, тем больше ты противник «русского мира».

Тем не менее, если даже мы уходим от российского «братства», то никуда не девается российское соседство.

У меня есть устойчивое понимание, что все страны бывшего Советского Союза унаследовали инфраструктуру, социальные отношения и институциональные механизмы от Советского Союза. Пойдите в любое наше государственное учреждение – столкнетесь с тяжелым наследием СССР. В России все в еще более тяжелых формах. Институциональная конструкция настолько изношена, что может лопнуть в любой момент. У нас это проявлялось в виде Майданов. Однако Россия выбрала устойчивость (согласно Нассиму Николасу Талебу, хрупкость), что, на самом деле, критично – ведь весь мир сейчас переживает футурошок.

Что это значит?

Мир столкнулся с вызовами, абсолютно до этого невиданными, похожее было, когда появилось трансконтинентальное мореплавание или газеты. Мы живем в очень сложной системе, видим одновременно и маргинальное население, и суперсовременное. К примеру, в израильской пустыне - бедуины, а в Тель-Авиве – технологичные IT-компании.

Вы говорите о высокоразвитых странах, разве Россия из таких?

Однозначно сказать, что Россия – деградант, а вокруг нее только развитые страны, мы не можем. К примеру, для Туркменистана, Монголии, Северной Кореи она является символом прогресса. Нельзя говорить, что Россия не является высокоразвитой, ведь важно понимать, чем мы меряем развитие. Так, например, важно понимать, на каком этапе взросления находится российский социум, какое общественное устройство свойственно этому этапу, какие кризисы подстерегают мир, в котором есть такой социум.

Масштабные перемены в Российской империи в начале XX века зацепили всех – кому-то пришлось бежать, а кому-то – умереть. Не было социальных слоев, которые не изменили бы поведение. Подобные перемены переживет и современная Российская империя (которая почему-то называется Федерацией). К примеру, главари на оккупированных территориях Украины – из никого стали всем, а потом – погибшими «героями» (для определенной части людей). То, что происходит там, может быть примером будущего России в случае коллапса.

То есть, гипотетический распад России, о котором у нас любят рассуждать, вполне реален?

Это не исключено. Но этот сценарий для Украины настолько плох, что я бы очень остерегался. Украина готова принять и ассимилировать большое количество беженцев, но россияне, которые поедут к нам спасаться от катастроф, обладают специфическим культурным кодом. Мы можем оказаться не готовы переварить такое количество смыслов антиукраинского тренда, которые сейчас бродят на России.

Может случится, как в 30-х годах при Советском Союзе, когда нашу страну не естественным путем наводнили мигранты, и зарождавшиеся ценные украинские смыслы просто погибли под ментальной смысловой массой переселенцев.

А вы думаете, россияне побегут к нам?

У них не такое большое пространство для выбора – Беларусь (она не сможет много принять), Прибалтика, Украина. Я не говорю сейчас о богатых людях с возможностями. Поэтому сценарий распада России я не исключаю, но считаю, что мировые силы постараются этого не допустить.

Вообще, если говорить о «картинке победы Украины над Россией», то нужно понимать, что, к примеру, «убить всех русских» – это не картинка победы. Присоединить Кубань – тоже. Реальная картинка победы Украины выглядит так: политтехнологи и журналисты в Москве с ужасом обсуждают, как нехорошие украинцы протолкнули своего кандидата в президенты России.

Ну, на сегодня российская пропаганда в Украине формирует «вату», которая помогает российской пропаганде. Какой-то замкнутый круг. Лекарство от «ватничества» знаете?

Время – лучшее лекарство от всего. Плюс, позитивные практики Украины и негативные практики России – а это сейчас данность. Если ватник очень долго видит позитивные примеры европейского мышления, рано или поздно, поймет, что диктатура – это не такое уж и благо.

Другое дело, если «ватник» - пенсионер, с этим ничего не сделаешь. У большинства пенсионеров пик их социального счастья пришелся на совсем другую страну. То, что срез российского общества транслирует картинку советского счастья сюда – мы с этим тоже ничего не можем сделать. Думаю, если бы Северная Корея правильно транслировала свою жизнь, и до нас это долетало, многие хотели бы жить и там.

Пока не прошло то самое время, необходимое для выздоровления от «ватничества», как нам с этим уживаться?

Я бы, честно, локализовал отношения с идеологическими противниками до экономических – могу я показать, что моя модель жизни более успешна или нет. Все мои друзья – не ватники, а люди модерного мышления, естественно, мы будем оберегать своих детей от архаичного мышления, транслировать экономически полезное мышление. Если я, как человек модерного мышления, буду успешнее, чем человек имперского мышления, то многие подумают, кем они больше хотят стать.

У вас есть какие-то свои маркеры, по которым можно определить, что человек перед вами – «ватник»? К примеру, формулировка «эта страна», вместо «наша страна» для вас маркер?

Нет, потому что, к сожалению, я тоже по привычке говорю «эта страна», хотя стараюсь чистить речь. Я, скорее, ищу проявление имперского сознания. Кроме того, если человек даже критикует Украину, но не уезжает и продолжает здесь работать – это лучше, чем человек из Канады, говорящий «про нэньку».

А если человек не уезжает, но говорит: «Скорей бы Путин пришел»?

Мне не нравится ситуация, когда внутри страны есть люди, которые желают ей поражения. Однако, возможно, под формулировкой «скорей бы Путин…» они имеют ввиду какой-то другой тип общественного договора.  К примеру, те же оккупированные территории. Они ведь хотели не того, что имеют сейчас, а каких-то особых отношений, в которых ничего не понимали.

Простой пример – если человек низкого достатка выигрывает много в лотерею, обычно, он очень плохо заканчивает. Представим, что завтра мне дали сто миллиардов долларов, и я начал раздавать людям деньги, чтобы они жили счастливо. Так вот, кто-то, получив эти средства, сопьется, кто-то сойдет с ума от скуки без работы, и очень небольшое количество людей используют деньги рационально.

Именно поэтому, кстати, я не верю, что на следующих выборах придет какой-то волшебник, условный «Зеленский-Вакарчук», зайдет в Администрацию президента, скажет: «Все, парни, с сегодняшнего дня мы живем по-новому», и мгновенно все местные царьки, которые получали сверхприбыль, начнут поступать правильно, потому что «Вакарчук же президент…».

Я скорее, поверю человеку, который давно в украинской политике. Имея мотивы личной наживы, он, как минимум, не поломает сложную структуру управления страной. А понимать нашу сложную систему взаимосвязей – с чем заходить к какому лидеру региона, кто любит охоту, кто любит поесть – очень важно. Вот, к примеру, Кернес – ватник. Но, извините, Харьков – украинский, и, говорят, что город хорошо развивается.

То есть, если президентом сейчас становится молодой, честный политик…

…я боюсь, что от страны не останется ничего.

Я обожаю всех новых политиков, но давайте представим: вот, пришел ты - молодой, перспективный, проевропейский политик, стрижешься в барбершопе и ездишь на велосипеде, стал президентом и уволил всех старых ментовских генералов. А как же системы баланса, выстроенные между ними и «ворами в законе», чтобы уровень криминала не повышался?

Предположим, что и в парламент зашли все четыреста пятьдесят молодых, юристов-политологов-международников. Просто весь Гарвард снялся с насиженных мест и полетел управлять Украиной. Президент, парламент, сотрудники Администрации президента, губернаторы, министерства – все с нимбами, бывших друзей забыли, выполнили все требования людей, а сами люди перестали бездумно потреблять воду и электричество… Я не понимаю, как это все должно произойти. Облако какого вещества должно упасть на Украину?

Это выглядит как советская концепция госплана – поставим один большой компьютер и смоделируем всю страну...

…а еще в стране война.

Ужасно, что наши лучшие люди гибнут. Однако, если бы не было войны, мы бы в том болоте, которое я описываю, тонули. Война стимулирует, напоминает, что мы не в шоколаде живем. Парад на День Независимости тоже был хорошим напоминанием.

Кстати, почему общество не беспокоится о войне? – Сейчас война, прошу прощения, это горячая, условно, стационарная граница. Она генерирует какое-то количество смертей, к которому привыкаешь. К сожалению, это наша данность, общественный договор. Как только граница начнет двигаться в любую сторону – общество тут же возбудится.

Как быть с тем, что даже на пятый год войны в некоторых украинских городах можно услышать «вставай, страна огромная»? Причем, прямо во время исполнения украинского гимна – как это было в текущем году на праздновании годовщины освобождения Одессы от нацистов. По-вашему, требуются ли какие-то специально подготовленные люди, чтобы эффективно проводить антироссийскую пропаганду?

Пропаганда, как государственная машина, крайне опасна. Если мы говорим об информационной войне, то да, у нас не так много специалистов, но их все равно больше, чем на всем европейском пространстве.

Ощущение, что они не очень эффективны.

Давайте будем честными. Это в России есть государственные программы, направленные на изменение реальности. Я бы не хотел, чтобы в моей стране, где бы я ни жил, существовала государственная машина, которая бы уничтожала мышление…

Поверьте, у нас есть специалисты с уникальным опытом, которые работают. И к нам за консультациями уже приезжают западные специалисты.

То есть считать, что наши специалисты в вопросах антипропаганды слабее российских – неправильно? Люди просто о них не знают?

Как говорят о воздухе: «Замечается его отсутствие…». Да, наверное, можно было бы лучше. Но нужно учитывать наш человеческий капитал, историю, возможности, финансирование государством и так далее…

Любой из нас, каким бы здравомыслящим себя ни считал, может оказаться объектом пропаганды. Как себя обезопасить? Что делаете вы?

Очень много думаю. Но я могу себе это позволить, я так зарабатываю. Наверное, всегда в голове нужно держать представление о том, что тот текст, который я читаю, сюжет, который смотрю, с какой-то целью попался мне на глаза. Помнить, что у каждого из нас есть «кнопка», то есть всех на что-то пробивает. Меня – на очередное обострение на фронте. Условно, если будет обострение, я опять туда поеду. У кого-то его «кнопка» – это защита женщин, детей, мучение котят, что угодно. Какое-то «наших бьют» есть у любого. В этой парадигме мы и должны себя предохранять.

Процитирую волонтера и писателя Руслана Горового, написавшего любопытный пост о «простом человеке»: «Простой человек не делает выбора. С удовольствием отдает голос на выборах за того, кто-что даст. Сидит на попе ровно, когда в дом заходит оккупант…». Согласны ли вы с тем, что оккупация случилась, помимо прочего, из-за пассивности, нейтральности населения. Нужно ли что-то с нейтральностью делать?

Я не соглашусь с концепцией «простого человека» в этом срезе. У любого человека есть потребности, где-то общие, а где-то разные. Достаточно четко концепцию этих потребностей описал Маслоу. В зависимости от уровня нахождения в разных социальных слоях, тип потребности меняется. Для кого-то важно, чтобы его книгу читали, а для кого-то – чтобы пацаны на районе уважали.

Огромная и важная часть общественного договора – это усредненная потребность. Это часть, вызванная культурным слоем, информационным пространством, и это нельзя поменять. Управлять чужим информационным пространством на уровне страны, конечно, можно. Однако тогда мы создаем пропагандистскую машину, как в России, чтобы заставить людей мыслить так, как «нам удобно». Хочу ли я такого – нет, конечно.

По вашему мнению, насколько силен деструктивный потенциал «ваты» и таких вот «простых людей»? У кого он сильнее? Учитывая, что скоро выборы.

Важный вопрос, что такое деструктивный потенциал – выбрать идиотов в парламент? Наш парламент – это зеркальное отображение «идеального украинского общества». «Идеальные украинцы» собираются в парламенте, наделенные «лучшими» качествами украинца.

Вы уже неоднократно упоминали общественной договор. Какой он сейчас?

У нас комплексный общественный договор, сложно округлять. Есть постсоветские люди, которые не обучены отвечать за себя, и все события вокруг себя делегируют куда-то наверх. Эти люди очень похожи на россиян, поэтому я опасаюсь усиления этой группы. У нас есть группа людей постдевяностых, для которых главным правилом было выживание, накопление достатка, откат. Есть люди, для которых высочайшая ценность – украинская нация, больше даже, чем их собственная жизнь. Они доказывают это на фронте.

Общество живет по своим сложным законам, которые, в некотором смысле, можно рассматривать как большой организм. 90-е – яркий пример общественного договора, когда были бандиты и «крыши». Когда этот общественный договор стал противоестественным, он закончился. Между тем, общественный договор, в котором есть кумовство и круги доверия, как инструменты защиты своих интересов, остается.

Меня пугает, что сегодня достаточно известные мыслители Украины, присоединившись к лагерю Юлии Тимошенко, говорят, что можно общественный договор переписать. Это бредовая идея и непонимание психологии, социологии, незнание политической истории, которые теперь используется для политических манипуляций.

Нельзя просто сесть и написать, мол, мы, общество, подписываем договор… Невозможно заставить общество жить по-другому, кроме как – если утрировать – массовыми расстрелами (и то, на это уходит до десяти-пятнадцати лет – вспомним «красный террор»).

Что же должно произойти, чтобы наш нынешний общественный договор изменился?

Трансформация общественного договора происходит непрерывно. В 2013 году был общественный договор – бояться Януковича. В 2014 году – не бояться. Это – существенная трансформация. Более того, я ничего не вижу плохого в украинском общественном договоре. Он не плохой и не хороший, он просто такой.

Раз уж мы заговорили о событиях 2013-2014 годов, на Майдане украинцы выбрали свое будущее – встали на защиту национальной идентичности и Европы. Для вас как футуролога, какое значение имеют эти процессы?

Майдан был очень необычной проекцией общества будущего на нашу реальность. Новые специфические социальные отношения, которые были на Майдане, могут наступить и через двадцать пять, и через сто пятьдесят лет (как уж пойдет развитие).

Самая неприятная история, которая может случиться с нами – если культура, произведенная на Майдане, сможет сохраниться в современном украинском общественном договоре только в виде условных руин. Они будут «торчать» посреди ландшафта и ассимилироваться более социально развитыми обществами. Как пример, древнегреческая культура никакого отношения к современной Греции не имеет, но имеет огромное влияние на весь мир.

Объясните проще, что вы имеете в виду?

Тот уровень самоотдачи, вовлеченности, общественных ценностей, негласной договоренности, который был на Майдане, сейчас недоступен ни одному социуму. Это был высочайший уровень логистической, продовольственной, военной, культурной самоорганизации. И мы, кто были внутри Майдана, можем со всей ответственностью утверждать, что это не было моделирование.

Почему думаете, что в украинском общественном договоре Майдан останется, разве что, в виде условных руин?

Каждый волонтер, который «выгорел», это и есть яркий пример руины майдановского общества.

Ресурсов, которые вкладываются в пробег на стометровку, не хватит для марафона. После стометровки нужно неделю восстанавливаться, нам же нужно бежать дальше, а это очень тяжело. Не было структурного планирования, было – индивидуальное. Но никто не виноват, что так получилось.

То, что такие всплески из будущего вообще возможны – это отлично. Значит, зерно есть. Другое дело, что для каждого зерна нужны условия – полив, солнечный свет, тепло. Хотелось бы, чтобы в следующий раз эти зерна взошли не в стрессовом состоянии, а в результате планомерного развития социума.

И сколько времени может уйти на это развитие?

В прошлом веке на это ушло бы лет тридцать, но сейчас скорость другая, и трансформации могут случиться быстрее.

Правда, при этом, например, свадебные традиции «пить водку из пластмассовых тапочек» никуда не деваются (смеется, - УНИАН).

Это нас очень тормозит?

Если мы примем прогресс как благо, то, очевидно: нас что-то от этого блага отделяет. Но если мы возьмем, например, восточную культуру проживания – здесь и сейчас – то нас от блага не отделяет ничего. Потому что мы прямо сейчас находимся в благе.

Мы сейчас живем как в том анекдоте: я против коррупции, но всегда надеюсь, что кум порешает…

Да, такой у нас общественный договор. Есть вот такие правила и навыки в нашем обществе. Если в скандинавском общественном договоре твой доход должен очень четко соответствовать расходу, то у нас немножко красть из бюджета – это нормально.

В каждом рядовом украинце живет и маленький янукович, и маленький порошенко, и маленький зеленский, и маленькая надя савченко.

И, честно, не вижу больших проблем в механизмах «порешать». Предприниматель ведь не в вакууме работает. Это человек, который умеет добывать прибыль в существующих социально-экономических условиях. А если предприятие будет работать полностью по экономическим правилам, то получит доход – минус тринадцать процентов, я пробовал (смеется, - УНИАН).

То есть, если я вас правильно понимаю, пока у нас не трансформируется общественный договор, коррупция, контрабанда – все будет оставаться на своих местах?

Так и есть. А трансформируется он только в результате вызовов. Но, повторюсь, что наш сегодняшний общественный договор – не так уж и плох.

Кстати, насчет контрабанды. Извините, а мы сигареты в Тису бросаем или их кто-то покупает? Не бывает так, что одна страна, насквозь прожженная контрабандой, а в другой – все чисто.

Если говорить о Западной Украине, то там вообще все замечательно. Деньги заходят из контрабанды, еще из чего-то, но регион оживает, строительство идет. Во Львове освобождаешь парковку, и тут же на этом месте образуется уличная кафешка с тремя столиками. Все эти вещи достаточно явно демонстрируют трансформацию нашего общественного договора и его сложность. Просто вот так взять и заставить всех жить по новым правилам нельзя. Так не бывает.

Украина близка к обретению единой поместной церкви. Как это может повлиять на будущее страны?

В моем идеальном мире будущего религия – это очень некритичный вопрос. Но мир, к моему несчастью, не идеален (смеется, - УНИАН). Церковь и религиозные коммуникации – один из источников информации, а содержимое проповеди минимально осмысливается.

Человечество прошло через много этапов познания мира и осознания себя в мире. Но сейчас мы стоим на пороге новой концепции познания, в которой и религия, и наука, и философия будут просто включены в новый смысл и новую попытку познания.

Например, если мы начнем колонизировать Марс – это может сильно повлиять. «Наши марсиане» будут друг с другом гораздо ближе, чем с землянами, так что будут с большим недоумением смотреть на разрозненность землян.

А если говорить о церкви и ее влиянии на общество в качестве элемента антипропаганды?

С точки зрения локальной политики и политологии, конечно, это очень важно. Но с точки зрения будущего – не имеет никакого значения.

Слушаю ваши рассуждения и любопытно: считаете себя украинцем или космополитом?

Слово космополит было когда-то ругательным, но, наверное, им. Я киевлянин и вырос в Киеве, но много жил в Европе, Америке, много бывал на Дальнем Востоке. У меня есть какой-то свой способ мышления, который я адаптирую, понимая, как мыслит мир.

Совет читателям, что нужно делать сегодня для cвоего «светлого будущего»?

Есть очень красивая штука, называется реверс-инжиниринг. Условно, находишь прибор, который хочешь построить, разбираешь его и смотришь, как бы ты его строил. То есть, рисуете свое «светлое будущее», к примеру, через двадцать лет. Смотрите, что было за год до него, за два года, а потом задом наперед выстраиваете к нему дорогу.

Это для каждого индивидуально. А в рамках страны как это работает?

Если вся страна так сделает – это будет самая счастливая страна на планете.

А если мое «светлое будущее» противоречит «светлому будущему» соседа?

Прелесть современного мира в том, что можно жить в соседних квартирах в абсолютно разных мирах. Кто-то может жить в квартире царской России, обвешенной портретами Николая II. А кто-то рядом быть айтишником из Силиконовой долины. Современный мир это позволяет.

Есть у вас частный дом в Киеве, но вы хотите жить в Италии. Так вот, у вас нет никаких ограничений – постройте маленькую итальянскую идиллию на своей территории и приглашайте в гости друзей.

А если один киевлянин видит свое будущее с возможностями пройти с парнем за руку, а второй – сторонник так называемых традиционных ценностей, и в его картинке будущего однополым парам нет места?

Если для меня отсутствие однополых пар на улицах – критичная ценность, то при нормальном планировании я понимаю необходимость переехать в маленький ортодоксальный городок, где их не будет. Но, понятно, что люди, которые хотят жить в нетолерантном мире, не будут заниматься реверс-инжинирингом.

Знаете, читал интересное исследование, согласно которому, толерантность – это не следствие прогресса, а причина. Толерантность позволяет принимать чужое мышление в свою голову, и на этих стыках рождаются новые идеи. То есть, любой прогресс – это уже не традиционность. Поддерживая так называемые традиционные «русские ценности», будь согласен жить в мире без горячей воды с сортиром во дворе. Я же люблю теплые уборные, появление которых вызвано, в том числе, научно-техническим прогрессом. Если хочешь жить в мире прогресса и технологий – должен быть толерантным.

Ирина Шевченко