Кадыров публично обещает Путину тысячи бойцов, но статистика потерь и ситуация в Чечне свидетельствуют об обратном: масштабного участия республики в войне нет.
Рамзан Кадыров публично демонстрирует безоговорочную поддержку войны России против Украины и регулярно заверяет диктатора Владимира Путина в готовности чеченских подразделений выполнять его приказы. В то же время, как пишет The Economist, чеченский лидер фактически избегает масштабного вовлечения собственного населения в войну.
В столице Чечни Грозном война почти не ощущается. На фоне масштабного Мемориального комплекса Славы, посвященного отцу Рамзана Кадырова Ахмату, нет даже портретов чеченских военных, погибших в войне против Украины. О боевых действиях напоминают в основном плакаты с призывом вступить в российскую армию и реклама льгот для участников войны.
При этом Кадыров продолжает делать воинственные заявления. 18 июля он заявил, что чеченские спецподразделения готовы выполнять любые приказы российского руководства. Ранее глава Чечни утверждал, что республика якобы отправила на войну более 70 880 бойцов – около 9% мужского населения.
Однако статистика погибших не подтверждает масштабы, о которых говорит Кадыров. По данным "Медиазоны", по состоянию на 10 июля в числе погибших было подтверждено 539 чеченцев. Это около 0,2% от общего числа российских военных потерь, хотя население Чечни составляет примерно 1,1% населения России.
Одной из причин такого дисбаланса может быть особое положение Кадырова в российской системе власти. После двух чеченских войн, которые Россия вела в 1990-х и 2000-х годах, значительная часть населения республики не желает воевать в интересах Москвы.
Сам Кадыров в свое время воевал вместе с отцом на стороне чеченских сепаратистов во время первой войны. Однако во время второй войны его семья перешла на сторону Кремля. Ахмат Кадыров стал главой Чечни при поддержке Москвы, а после его гибели в 2004 году власть постепенно перешла к его сыну, который возглавляет республику с 2007 года.
В обмен на лояльность Кадыров получил значительные финансовые ресурсы и чрезвычайно широкие полномочия. Одним из результатов стало фактическое избежание масштабной принудительной мобилизации в Чечне.
В то же время Кадыров использует войну и для укрепления собственной власти. По данным издания, людей, которых чеченские власти считают нежелательными, могут заставлять подписывать контракты с Министерством обороны России. Среди таких людей – преступники, родственники оппозиционеров и другие представители групп, попавших в немилость властей.
По данным "Новой газеты", районным руководителям полиции могли устанавливать планы по поиску 25–50 человек в месяц для отправки на войну. При этом за отказ от участия в боевых действиях, как утверждается, могли требовать взятки.
Одним из главных символов участия Чечни в войне стало подразделение "Ахмат". Его бойцы регулярно появляются в видео в социальных сетях, демонстрируя боевую подготовку и заявляя об участии в боевых действиях.
Впрочем, часть чеченских подразделений российские военные блогеры насмешливо называют "войсками ТикТока", намекая на значительное количество постановочных видео и активность бойцов в соцсетях.
По словам командира "Ахмата", лишь около четверти его бойцов являются чеченцами. Остальных привлекают из других регионов, в частности за финансовое вознаграждение.
При этом часть чеченцев действительно добровольно поддерживает войну. Один из таких бойцов, Ильяс Джамалутдинов, ушел на фронт после начала полномасштабного вторжения, участвовал в боях за Мариуполь и после ранения вернулся на передовую.
Его история показывает, насколько тесно для части чеченского общества переплелись войны прошлого и настоящего. Джамалутдинов хранит фотографию из детства, на которой шестилетний мальчик держит автомат на фоне первой чеченской войны.
"Все, что я видел в своей жизни, – это война", – сказал он, вспоминая свое детство.
Как сообщал УНИАН, в июле Кадыров призвал Россию расширить войну и нанести удары по странам НАТО, которые поддерживают Украину оружием, разведданными и другой помощью.
"Мы – пехотинцы, и мы готовы выдвинуться в любом указанном Верховным Главнокомандующим направлении, а отряды спецназа буквально горят желанием выполнить приказы повышенной сложности", – написал он.