Он охлаждается без насосов, скрыт под землёй и должен заработать в 2030 году.
Малый модульный реактор был излюбленным слайдом ядерной отрасли на протяжении примерно десяти лет. Его продвигали энергетические компании, моделировали правительства, о нём спорили на конференциях – и долгие годы этим всё и ограничивалось на Западе: перспективная разработка, которую так и не построили в масштабах энергосистемы.
Затем этой весной кран в Онтарио опустил в шахту глубиной 35 метров плиту из стали и бетона весом 953 тонны – и тихо завершил этап разговоров. Эта плита – основание первого GE Vernova Hitachi BWRX-300. Ontario Power Generation – провинциальная энергетическая компания, строящая его, – и GE Vernova называют его первым малым модульным реактором сетевого масштаба в западном мире, пишет Autonotion.
Он рассчитан на 300 мегаватт – достаточно примерно для 300 000 домов – и является первым из четырёх запланированных на той же площадке.
Ни один из них не выдаст ни ватта до конца 2030 года. Но бетон уже в земле – а это дальше, чем кто-либо на Западе заходил с этой технологией прежде.
Основание было установлено 1 мая, и это поистине удивительная инженерная конструкция. Она весит около 953 метрических тонн, имеет 37 метров в диаметре и была сварена целиком перед тем, как один из крупнейших в мире гусеничных кранов опустил её на 35 метров ниже уровня земли в вырытую шахту реактора.
Это первый случай в Канаде, когда фундамент реакторного здания собирался по модульному принципу – OPG назвала это "вставить "М" в ММР".
То, что бетонная плита стала новостью, объясняется особенностями ядерной "бухгалтерии". На традиционных станциях заливка первого бетона под основание реактора – это момент, когда проект официально считается ядерным энергоблоком в стадии строительства.
Канадская комиссия по ядерной безопасности выдала лицензию на строительство в апреле 2025 года, провинция дала окончательное добро несколькими неделями позже, а фундамент – физическое подтверждение реальности стройки. Это также первый новый реактор, начатый в Онтарио с начала 1990-х годов, когда был введён в эксплуатацию последний из действующих блоков Дарлингтона.
Всё это время провинция занималась модернизацией существующих мощностей, а не строила новые.
BWRX-300 – именно то, что следует из названия: кипящий водяной реактор мощностью 300 мегаватт, примерно втрое меньше крупных блоков, составляющих основу большинства атомных станций.
GE Vernova называет его разработкой десятого поколения – это вежливый способ сказать, что он последний в очень длинной линейке кипящих водяных реакторов и опирается на обоснование безопасности ESBWR – более крупной конструкции, уже сертифицированной Комиссией по ядерному регулированию США.
Он охлаждается за счёт естественной циркуляции, не требуя электрических насосов, размещается в заглублённой ниже уровня земли защитной оболочке, а по данным GE Vernova, весь энергетический блок умещается на площади примерно двух международных футбольных полей – около 130 на 60 метров.
Разработчик утверждает, что время строительства для последующих серийных блоков, после отработки первого, сократится до 24–36 месяцев.
Есть одна сложность, связанная с топливом. BWRX-300 работает на стандартном слабообогащённом уране – том же, что питает большинство мировых реакторов, а не на высокообогащённом HALEU, который требуется более экзотическим конструкциям.
Это привычно. Но есть местная особенность: существующий канадский парк реакторов CANDU работает на природном, необогащённом уране, поэтому страна не обогащает уран внутри страны, а новые реакторы потребуют топлива, которое пока приходится закупать за рубежом. Проблема решаемая. Но пока не решённая.
Пресс-релизы активно используют слово "первый", поэтому полезно уточнить, о каком именно "первом" идёт речь. OPG и GE Vernova тщательно указывают: "первый в западном мире" или "первый среди стран G7" МММ сетевого масштаба – и это уточнение важно.
Россия и Китай уже эксплуатируют малые модульные реакторы, в Аргентине ведётся строительство пилотного, так что это не первый МММ на Земле. Это первый, построенный страной G7 и подключённый к крупной энергосистеме.
Это также принципиально иная машина по сравнению с другими проектами передовых реакторов, которые сейчас начинают строиться. Компания Билла Гейтса TerraPower только что приступила к строительству реактора с натриевым охлаждением в штате Вайоминг, а итальянская компания испытывает полномасштабный стенд с жидким свинцовым охладителем и электронагревателями вместо топлива.
Это быстрые реакторы, делающие ставку на экзотические хладагенты. BWRX-300 – ставка противоположная: намеренно традиционный, водоохлаждаемый реактор, уменьшенный в масштабе и строящийся по заводскому принципу, рассчитанный быть предсказуемым и тиражируемым, а не новаторским. И пока ни один из них не вырабатывает электричество.
OPG намечает подключение к сети на конец 2030 года, а завершение строительства – примерно на 2029-й.
Это недешёвый способ выяснить результат. По опубликованной оценке OPG, стоимость первого реактора составляет 6,1 миллиарда канадских долларов плюс ещё 1,6 миллиарда на дороги, тоннели, линии охлаждающей воды и прочую инфраструктуру, общую для всех четырёх блоков – итого 7,7 миллиарда только для запуска первого.
Весь четырёхблочный проект оценивается в 20,9 миллиарда канадских долларов (около 15 миллиардов долларов США) в ценах 2024 года с учётом процентов и непредвиденных расходов; OPG ожидает, что каждый последующий блок обойдётся дешевле по мере созревания цепочки поставок – до примерно 4,1 миллиарда канадских за четвёртый блок.
За эти деньги четыре реактора должны обеспечить 1 200 мегаватт – достаточно примерно для 1,2 миллиона домов. Conference Board of Canada оценивает, что программа добавит 38,5 миллиарда канадских долларов к национальной экономике за 65 лет и обеспечит 18 000 рабочих мест в год на пятилетнем строительном этапе, причём более 80 процентов расходов придётся на канадские компании и около 5 процентов – на американские, в основном GE Vernova за проектирование.
Canada Growth Fund и Building Ontario Fund берут миноритарные доли, вложив в общей сложности 3 миллиарда канадских долларов в виде акционерного капитала.
Оператор сети Онтарио оценил стоимость электроэнергии примерно в 14,9 цента за киловатт-час и пришёл к выводу, что сопоставимый пакет из ветровой, солнечной энергетики и систем хранения обойдётся и дороже, и рискованнее.
Выполнение этого прогноза полностью зависит от того, уложится ли первый реактор в бюджет, – а это то, чего никто не может гарантировать.
Эта конкретная стройка важна за пределами Онтарио потому, что Дарлингтон – эталонный блок для куда более масштабного замысла. В Теннесси Tennessee Valley Authority стала первой американской энергетической компанией, подавшей заявку на разрешение на строительство BWRX-300, для одного реактора на площадке Clinch River вблизи Окридж.
Комиссия по ядерному регулированию США приняла заявку к рассмотрению в июле 2025 года и рассчитывает завершить экспертизу к концу 2026-го; TVA заявила, что предварительные работы на площадке могут начаться уже в этом году, и Министерство энергетики выделило на это 400 миллионов долларов США.
Польская Orlen Synthos Green Energy планирует парк из около 24 таких реакторов, с первым блоком под Влоцлавком к 2032 году, а энергетические компании Швеции, Эстонии, Венгрии и канадской провинции Саскачеван – все где-то на том же пути.
Весь экономический аргумент в пользу малых модульных реакторов строится на стандартизации: строить одну и ту же машину снова и снова, пока цена не снизится, – так же как при модернизации Дарлингтона второй реактор был готов на 250 дней быстрее первого.
Именно в Дарлингтоне эта теория либо выдержит испытание, либо нет. Правильно построить первый – и следующие два десятка станет легче и дешевле финансировать. Выйти за рамки бюджета – и все наблюдающие энергетические компании тихо пересмотрят свои планы.
Фундамент установлен, краны поднимают здание реактора из шахты, и OPG активно опирается на примерно 7 000 уроков, извлечённых при модернизации действующих блоков Дарлингтона, – проект завершился досрочно и примерно на 150 миллионов канадских долларов ниже бюджета. Этот послужной список – самый весомый козырь.
Но фундамент – это пока только фундамент. На нём ещё нужно построить реактор, загрузить топливо, получить лицензию на эксплуатацию и реально включить его в сеть – и всё это откладывается на 2030 год.
Запад потратил большую часть двух десятилетий, обсуждая малые модульные реакторы. Канада первой выясняет, выдержит ли эта идея соприкосновение с залитым бетоном.
Ранее УНИАН сообщал, что в Австралии открыли завод, который превращает углерод в бетон и стекло.