Главной причиной краха Стармера стало полное игнорирование необходимости немедленного восстановления боеспособности армии в условиях ежедневного обострения глобальной ситуации в сфере безопасности.
Независимо от того, кто именно возглавит правительство Великобритании после политического падения сэра Кира Стармера, новый премьер-министр столкнется с критически важной задачей – реформировать Вооруженные силы с учетом вызовов будущих войн, а не опыта прошлых конфликтов, пишет The Telegraph.
Главной причиной краха Стармера стало полное игнорирование необходимости немедленного восстановления боеспособности армии в условиях ежедневного обострения глобальной ситуации в сфере безопасности. Его постоянные заявления о том, что защита государства является приоритетом, полностью нивелировались отказом выделять средства на финансирование военных нужд. Это привело к системному кризису и громким отставкам в кабинете, в частности министра обороны Джона Хили и министра по делам вооруженных сил Эла Карнса.
Намерение Стармера в спешке обнародовать затянувшийся План оборонных инвестиций (DIP) перед июльским саммитом НАТО лишь подтверждает неадекватность предложенных им финансовых инициатив масштабу национальных угроз.
В настоящее время лидером гонки за пост главы правительства считается Энди Бернем, который уже выразил готовность пересмотреть заложенное Стармером скромное увеличение бюджета на 10 миллиардов фунтов стерлингов. Однако эксперты отмечают, что даже для простого сбалансирования оборонных расходов ведомству немедленно требуется не менее 28 миллиардов.
В то же время дополнительное финансирование будет иметь смысл лишь при условии его радикального перераспределения в пользу новейших технологий. Прошлогодний Стратегический оборонный обзор хоть и раскрыл катастрофическое состояние армии, но его рекомендации по массовой закупке традиционных военных кораблей, самолетов и танков Challenger выглядят устаревшими на фоне стремительной технологической трансформации современного поля боя.
Революционный опыт украино-российской войны, в ходе которой украинские военные продемонстрировали феноменальное применение беспилотных систем, стал важнейшим этапом развития военного дела со времён появления первых танков в Первой мировой войне. Обновленная концепция требует полной интеграции дронов и искусственного интеллекта в традиционные подразделения.
Например, текущая программа модернизации парка из 148 британских танков Challenger стоимостью около 1 миллиарда фунтов стерлингов будет эффективной лишь при условии их тесного взаимодействия с воздушными и наземными беспилотными платформами.
Как отметил начальник Генерального штаба генерал сэр Роли Уокер, в случае потенциального столкновения с таким враждебным государством, как Россия, традиционная бронетехника будет действовать исключительно в синергии с робототехникой.
Главной проблемой Соединённого Королевства остаётся абсолютная неспособность вести длительную интенсивную войну из-за деградации промышленной базы после десятилетий финансовых сокращений. Сейчас в распоряжении британской армии находится около 10 000 беспилотников, что фактически равно количеству дронов, которое Вооруженные силы Украины расходуют за один день ожесточенных боев.
Для обеспечения обороны Украина производит около четырёх миллионов беспилотных аппаратов в год, что на данный момент является недостижимым показателем для разрушенной британской промышленности. Для создания реальной силы сдерживания Лондону недостаточно просто закупать готовую технику – необходимо перевести промышленность страны на военные рельсы и создать масштабные замкнутые циклы производства боеприпасов и дронов, чтобы объемы накопления оружия соответствовали способности армии его применять.
Как сообщают издания Sky News и The Guardian, премьер-министр Великобритании Кир Стармер официально объявил об отставке 22 июня. Глава правительства также отметил, что покидает пост лидера Лейбористской партии и уже проинформировал о своём решении короля Чарльза III. В своем обращении Стармер подчеркнул, что "с уважением" относится к позиции однопартийцев, которые больше не видят в нем лидера, способного привести партию к победе.
"Сейчас перед моей партией встал вопрос: являюсь ли я именно тем человеком, у которого есть наилучшие шансы возглавить ее на предстоящих всеобщих выборах. Я услышал четкий ответ коллег и принимаю его с полным уважением", – подытожил Стармер.