В сфере правового регулирования оборота гражданского огнестрельного оружия в Украине существует пробел, который заполнялся соответствующей инструкцией МВД. Однако когда право человека на самооборону регулируется не законом, как актом высшей юридической силы, а подзаконным актом, в теории права это является аномалией.
Как адвокат, я вижу в этом не просто пробел, а сознательное ограничение правосубъектности гражданина. Поэтому вопрос принятия закона об оружии уже не является вопросом "принимать ли", а является вопросом "когда принимать и в какой редакции".
В конце концов, в современных реалиях эта правовая неопределенность может превратиться в прямую угрозу национальной безопасности. Ведь отдельным аспектом является способность вооруженного и обученного населения оказывать сопротивление любой вооруженной агрессии. Фактически, такие граждане являются ресурсом сопротивления.
На самом деле дискуссия между сторонниками и противниками этой темы имеет одну общую цель: минимизация невинных или случайных жертв. Но каждая сторона пытается достичь этой цели диаметрально противоположными путями.
Исключительно с юридической точки зрения, здесь происходит столкновение права на самозащиту одного человека и права на безопасную среду другого.
Объективное решение этого вопроса – в плоскости качественного нормативно-правового регулирования и жесткости и четкости процедур. И позиция сторонников легализации короткоствольного огнестрельного оружия выглядит более оправданной в долгосрочной перспективе. То есть юридически правильная модель должна базироваться на принципе презумпции правосубъектности: каждый психически здоровый, законопослушный и обученный гражданин имеет право на владение инструментом самозащиты.
Очевидно, что государство должно дифференцировать уровень угрозы от различных видов оружия и избегать чрезмерной бюрократии там, где риск минимален. Для гражданского короткоствольного оружия (пистолетов, револьверов) должна быть выстроена система предварительной проверки лица, желающего приобрести данный вид оружия, должна быть система специального обучения и сдачи экзаменов для получения разрешения перед приобретением. И это – очевидно.
Наряду с этим, должно быть четко закреплено нормативно право на самозащиту и необходимую оборону. Государство должно юридически закрепить норму о том, что применение оружия против вооруженного лица или группы лиц, а также для отражения нападения на жилище, является априори правомерным. То есть, гражданин не должен доказывать "соразмерность" самозащиты в момент, когда его убивают.
Ношение оружия в общественных местах должно быть скрытым. Во-первых, для того, чтобы демонстрация оружия не имела признаков демонстрации силы и не становилась средством психологического давления.
Во-вторых, для того, чтобы владелец оружия не стал мишенью для преступников, намеревающихся завладеть его оружием. В то же время, должен быть нормативно определен четкий перечень мест, где любое оружие запрещено вообще (школы, больницы, государственные учреждения, массовые мероприятия и т. п.).
Краеугольным камнем основы владения оружием должно быть качественное обучение – не на уровне получения формальной справки о прохождении курсов, а включающее часы теоретической и практической подготовки. Обучение должно завершаться полноценным государственным экзаменом.
Отдельным аспектом, конечно, является медицинская проверка, которая должна касаться не общего состояния здоровья владельца оружия, а о специфических для стрелка показателях – зрение, отсутствие неврологических патологий, периодический токсикологический скрининг на предмет содержания в крови психоактивных и наркотических веществ (по аналогии с тестами для профессиональных спортсменов или пилотов).
Кроме того, Единый реестр оружия должен быть синхронизирован с реестрами судебных решений, базами данных МВД по административным правонарушениям и другими реестрами. В таком случае, если на лицо составлен протокол по ст. 173-2 КУоАП (домашнее насилие), ст. 130 КУоАП (управление в состоянии опьянения), если лицо попало в реестр должников по алиментам и т. п., то право на ношение должно блокироваться автоматически.
Также актуальным может быть вопрос страхования гражданской ответственности владельцев оружия.
Например, гражданин, имеющий протоколы за мелкое хулиганство или ряд ДТП, может получить более высокую степень риска. Это увеличит для него стоимость услуг страховой компании, что, возможно, сделает владение оружием для него нецелесообразным. Также страховая компания может получить право контроля за хранением оружия (при условии жесткой ответственности за нарушение требований хранения). В случае нарушения – страховая компания расторгает договор. А это, в свою очередь, станет основанием для аннулирования разрешения МВД.
Государство должно сохранить за собой право изъятия оружия в случае нарушения правил хранения и пользования (но, опять же, все правила должны быть четко регламентированы законом).
Готова ли к этому правовая система? В нынешнем состоянии – нет. К сожалению, отечественная судебная и следственная практика годами работала с уклоном в сторону обвинения. То есть, для среднестатистического следователя тот, кто выстрелил, уже подозреваемый. Действующая судебная практика часто трактует любую успешную оборону как "превышение пределов"…
Следовательно, вместе с законом об оружии целесообразно внести и изменения в ст. 36 Уголовного кодекса Украины.
Без реформы института необходимой обороны легализация короткоствольного оружия станет юридической ловушкой. Действующая редакция ст. 36 УК Украины содержит крайне размытое понятие "соответствия защиты опасности нападения". Это создает условия для субъективизма следствия и судейского произвола.
Мы должны закрепить право гражданина на вооруженную самооборону, автоматическое признание правомерности применения оружия против лица, которое незаконно, с применением силы или тайно, врывается в жилище или иное владение другого лица. И еще один нюанс: здесь не может быть речи о "превышении пределов" и обеспечении иммунитета от гражданского иска. То есть, если суд признал действия лица в рамках необходимой обороны законными, нападающий или его родственники не должны иметь законного права требовать компенсации ущерба (в порядке гражданского судопроизводства).