Взрослым людям бывает трудно спокойно относиться к ошибкам.
Представьте маленького ребенка, который слишком мал, чтобы дотянуться до кнопки лифта, и потому просит взрослых поднять его на нужный этаж. Со временем он вырастет, однажды проверит – и обнаружит, что теперь достает до кнопки сам. Но что было бы, если бы он никогда больше этого не проверял и всю жизнь ждал, что его отвезут наверх?
Вопрос кажется нелепым, и применительно к лифту так оно и есть. Но разве не бывает ситуаций, в которых определенные убеждения – вещи, о которых мы "знаем, что это так", больше никогда в жизни не проверяются? Так мы подходим к определению когнитивных схем: это общие суждения о том, как устроен мир в целом, которые помогают нам иметь социальную и поведенческую систему координат, пишет Republica.
Эти когнитивные схемы формируются начиная с раннего детства и непрерывно развиваются и адаптируются на протяжении жизни под влиянием переживаний, которым мы подвергаемся.
В сказанном выше ключевое слово – адаптация. В детстве нас окружает небольшое число людей и ограниченная среда. Мы формируем некоторые схемы мышления на основе этих ориентиров, но впоследствии, по мере того как у нас появляется новый опыт, мы адаптируем эти схемы к всё более широкому и сложному миру.
Некоторые из этих ранних когнитивных схем являются дезадаптивными. Дж. Э. Янг выделил 18 типов ранних когнитивных схем, которые приводят к тому, что человек видит жизнь через искажённые "линзы" и которые приносят много несчастья в жизнь взрослых.
Эти схемы касаются нескольких категорий убеждений: эмоциональная отстраненность и отвержение со стороны других, личная несостоятельность, нечеткие границы, подчинение другим и подавленность, связанная с гипербдительностью. Я посвящу этим типам схем отдельные публикации, но сейчас хочу коснуться строго необходимости переписывать их с течением времени.
Так же как дети моих соседей осознали, что выросли, и в какой-то момент стали достаточно высокими, чтобы самим нажимать кнопку лифта, точно так же и нам следует время от времени проверять реальность, чтобы увидеть, действительны ли наши когнитивные схемы в настоящем.
К сожалению, однако, это происходит нелегко, особенно в случае дезадаптивных схем. Изначально они формируются как механизмы защиты и выживания и продолжают применяться и во взрослом возрасте.
Возьмем несколько примеров: ребёнок, выросший с эмоционально холодными родителями, усвоил, что выражение эмоций не приносит никакой выгоды, а то и вовсе не поощряется. Однако это не означает, что все вокруг такие; напротив, в основе здоровых отношений в паре и в воспитании лежит в том числе подлинный эмоциональный обмен.
Допустим, ребенок вырос с тревожными родителями – для него всё опасно, будь то занятия или риски для здоровья. Если он не перепишет эту когнитивную схему, у него будет жизнь, полная ограничений, связанных с сильным неприятием любого риска, даже воображаемого. Если ребенка в родной семье сурово наказывали за каждую ошибку, он будет ожидать, что общество в целом такое же, а значит, будет в ужасе от мысли сделать малейший шаг в неверном направлении.
Часто мы не осознаем, что действуем на основе этих ущербных когнитивных схем, потому что, будучи многократно проверенными в период своего формирования, они автоматизируются и становятся инстинктивными.
Что ж, поскольку речь идет о когнитивных схемах, они доступны, ведь они являются продуктами мышления (даже если касаются способов обращения с эмоциями). Поэтому мы можем их выявить, а затем внимательно исследовать, чтобы увидеть, действительны ли они еще.
Если нет – их можно переписать через переформулирование и освоение форм поведения, которые соответствуют схеме, адаптированной к настоящему. Через повторение новые когнитивные схемы автоматизируются и в итоге заменяют собой старые.
Это непросто и происходит небыстро, но это возможно, а наградой за усилие сделать это является лучшая адаптация к среде и лучшее внутреннее равновесие.
Ранее УНИАН сообщал, почему люди после 60 становятся упрямыми.