Участников помещали в аппарат МРТ и поочередно показывали им два раздражителя.
Ученые из Мичиганского университета выяснили, что боль от расставания – это не просто фигура речи, пишет siliconcanals.
Команду возглавил психолог Итан Кросс вместе с коллегами Марком Берманом, Уолтером Мишелем, Эдвардом Смитом и Тором Вейгером. Для эксперимента они пригласили сорок человек, которые недавно пережили расставание по инициативе партнера – и до сих пор остро это ощущали.
Участников помещали в аппарат МРТ и поочередно показывали им два раздражителя: фотографию бывшей половинки и кратковременное тепловое воздействие на предплечье, близкое к пределу болевого порога – примерно как от слишком горячей кофейной чашки в руке.
Результат сканирования показал, что оба переживания – и взгляд на фото бывшего партнера, и физический ожог – активировали одни и те же участки мозга: вторичную соматосенсорную кору и заднюю часть островковой доли. Причем у тех же самых людей, во время одной и той же сессии сканирования.
Для сравнения исследователи также показывали участникам фото друга вместе с воспоминанием о приятном совместном событии – и давали тепло без болевого эффекта. Это позволило проверить каждого человека относительно его собственного состояния, а не сравнивать разные группы испытуемых, как это делали раньше.
Впрочем, не все ученые согласились с такой интерпретацией. Исследователи Джан Доминико Ианнетти и Андре Муро раскритиковали выводы коллег, отметив, что эти же участки мозга активируются во время любых напряженных или эмоционально насыщенных ситуаций – не обязательно связанных именно с болью. По их мнению, совпадение активности скорее свидетельствует об общем сигнале "произошло что-то важное и неприятное", чем об идентичности болевых ощущений.
В ответ Кросс и его соавторы настаивали, что сравнивали реакцию мозга именно с тепловой болью, подобранной по интенсивности и значимости, – а не со случайным эмоциональным раздражителем. По их мнению, это указывает на нечто более конкретное, чем просто общая тревога.
Дискуссия между учеными продолжается до сих пор.